Попробуй ее сжечь! - Надежда Первухина

– Идемте в кофейню, – обреченно сказал Данила.

Кофейня «Сладкая жизнь» оказалась чрезвычайно приличным и даже с претензией на роскошь заведением. По раннему времени посетителей в ней не было. Тем не менее официантки, стайкой теснившиеся у автомата для варки кофе эспрессо, даже не обратили на посетителей внимания. Из их стайки доносились отдельные возгласы:

– И вы думаете, это правда? Такой артефакт – в нашем городе?

– Акашкина опять мучают фантазии…

– Нет, девочки, об Арфе невозможно ничего придумать. Это вам не волшебная палочка!

– Ну, допустим, она есть. Допустим, что она хранится у мадам Гюллинг. Но что из того? Ты что, пойдешь к этой ведьме и заберешь Арфу?

– Зачем так примитивно? Можно собрать шабаш и потребовать…

– Шабаш! Да плевала она на наш шабаш, когда у нее в руках такая вещь! Мы колдовству учились по учебникам, а она природная ведьма, да еще с артефактом! В жаб превратит, будем, как Акашкин, квакать!

– Трусиха!

– Я просто разумно мыслю. А вас всех какой-то бес обуял…

– Кхм! – громко кашлянул Данила, привлекая к себе внимание.

– Ой! – Официантки обернулись, горя золотыми и алыми глазами, но, увидев посетителей, приугасили ведьмовское сияние своих глаз и смутились. Данила меж тем усадил Юлю и Марину за столик и сел сам.

– Благословенны будьте, – сказал он официанткам-ведьмочкам. – Заказик примете?

– Конечно, конечно. – Одна, самая яркоглазая, отделилась от подруг. – Что будете? Жареных кошек, сушеные лягушачьи лапки, жабьи глазки в соусе сабайон?

– Это шутки? – нахмурилась Юля.

– Спокойно, – сказал Данила и заказал: – Три черных кофе с сахаром и сливками, круассаны, сливочный сыр, два шоколадных мусса…

– Хо-хо! – сделала ехидную гримаску официантка.

– …И я не сообщу вашему приятелю, куда в прошлом месяце подевалась большая часть его зарплаты, – проговорил Данила ровным голосом.

– Провидец! – прошипела ведьмочка.

– Он самый, – слегка склонил голову Данила.

– Ладно, всё будет по высшему разряду. – И официантка унеслась в глубину зала, не касаясь ногами земли.

– Данила, – с восхищением сказала Юля, – а тебя боятся.

– А пусть, – повел плечом Данила. – У тех, кто любит похамить, обязательно должен быть тип, которого они боятся. Эти ведьмы слишком молоды для того, чтобы безнаказанно оскорблять меня и моих друзей.

– Ты и сам не слишком старый, – засмеялась Юля.

– Зато хлебнувший жизненного опыта, – загробным голосом выдал Данила.

Девочки засмеялись.

Принесли заказ: и круассаны, и шоколадный мусс были самого высшего качества, так что девчонки отдали им должное. Данила же, выпив кофе, положил ладони на стол, слегка откинул голову, закрыл глаза и так замер.

– Ой, что это он? – спросила Марина у Юли, давясь шоколадом.

– Не знаю, – прошептала Юля. Она смотрела на Данилу во все глаза: от его головы в разные стороны разбегались сверкающие разноцветные лучи. Они переливались и подрагивали, словно струны у гитары… Юля залюбовалась таким чудом, а потом вдруг услышала в собственной голове отзвук Данилиного голоса:

«Игорь, вызываю… – монотонно говорил Данила. – Мы в кофейне «Сладкая жизнь», приезжай, как только сможешь…»

«Он вызывает друзей, – подумала Юля. – Не буду ему мешать».

И тут же ощутила, как ее словно накрыло теплой волной – это была Данилина благодарность…

Но мы пока оставим наших героев расправляться с круассанами в «Сладкой жизни», а сами вернемся в дом Анны Николаевны Гюллинг.

Здесь произошли некоторые перемены. Анна Николаевна и ее гостья уселись в комнате, о существовании которой девочки даже не подозревали. Комната не имела окон, ее потолок представлял собой карту звездного неба с крохотными лампочками-звездами, а на полу была выложена красноватой плиткой охранительная пентаграмма. За пределами пентаграммы на полу лежало множество подушек – громадных и совсем крошечных. На этих подушках сейчас в позах утомленных гурий возлежали Анна Николаевна и Марья Белинская и курили кальян. Клубы дыма, пахнущего яблоками, ванилью и кардамоном, возносились к потолку. Напротив двух ведьм чинно сидели тринадцать кошек и сверкали глазами.

– Итак, – сказала Анна Николаевна. – Будем считать, что наш шабаш в сборе. Я прошу у вас совета. Что мне делать с племянницей и Арфой?

Кошки пошушукались между собой, и вот кошка по имени Петронилла подняла вверх аккуратную лапку:

– Позвольте мне сказать, госпожа.

– Говори, сестра Петронилла.

– Если об Арфе уже знает весь город, нет никакого смысла прятать ее в Толедо. Думаю, следует поступить так: собрать большой круг шабаша и объявить об Арфе официально. После чего сообщить, что хранительницей Арфы является госпожа Марья Белинская. Против родной сестры Госпожи Ведьм никто не посмеет и мяукнуть.

– Ой ли… – с сомнением в голосе произнесла Марья.

– Идея не лишена смысла. Зачем прятать то, о чем всем уже известно?.. Но мой дом примутся осаждать толпы ведьм со всего света, да и вам, Марья Авдеевна, не уехать тогда из Щедрого.

– Верно… Нет, нужно что-то иное.

– Сестра Урсула просит слово.

– Говори, сестра Урсула.

Урсула заговорила мягко, но глаза ее так и мерцали лукавством:

– Нужно изготовить двойник Арфы – фальшивую безделку. И торжественно, со всевозможным шумом, отправить поддельную арфу в Толедо. Пусть ведьмы, которые в ней так нуждаются, ищут встречи с самой Госпожой! Настоящую же Арфу следует надежно прятать до тех пор, пока не наступит час снятия Знака Теодитора.

– Но, выходит, настоящая Арфа навсегда останется у меня в доме! Это слишком!

– Совсем необязательно. Когда заклятие с девицы будет снято, вы сможете отправиться в Толедо и передать Госпоже Ведьм настоящую Арфу.

– Сколько у нас есть времени до полнолуния и проявления Знака Теодитора?

– Почти три недели. Этого достаточно, чтобы изготовить фальшивую арфу, ни в чем не отличимую от настоящей.

– Кто возьмется за это вместе со мной? – спросила Анна Николаевна, выпуская из ноздрей клуб дыма.

– С вашего позволения, я, – сказала скромного вида кошечка Эльза. – В прошлой жизни я прославилась тем, что делала фальшивые монеты и вещи совершенно неотличимыми от настоящих.

– Возьмите также и меня, – подала голос кошка Бригитта. – Я умею заклинать дерево, так что оно становится послушным. Мы изготовим фальшивую арфу и тем спасем настоящую!

– И всё-таки судьба Арфы меня беспокоит меньше, чем судьба моей племянницы, – призналась Анна Николаевна. – Она ходит под знаком. Над ней уже начинают сгущаться тучи. Ее жизнь превратится в череду мелких неприятностей, которые высосут из нее все силы. До того момента, как проявится Знак Теодитора, Юля просто сляжет в постель со всеми мыслимыми и немыслимыми болезнями. И я ничего не смогу с этим поделать!