Тайнознатицы Муирвуда - Джефф Уилер

Майя закончила рассказ, всей кожей ощущая устремленные на нее взгляды. Она оглядела комнату. На известие о случившемся каждый отреагировал по-своему. Альдермастон был, как всегда, задумчив и молчалив, но глаза его смотрели приязненно. Жена его хмурилась и, по всей видимости, была расстроена рассказом о Джейен Секстон, ставшей новой фавориткой короля. Сенешаль Томас тихо сидел в уголке и изумленно покачивал головой. Казалось, он хочет что-то сказать, но стесняется говорить в присутствии альдермастона. Джон Тейт свел брови и смотрел грозно, словно в любую минуту готов был выйти за дверь, отыскать канцлера и снять ему голову с плеч, не размениваясь на какие-то там пальцы. Сюзенна тоже была здесь — бледная, встревоженная, она явно думала о Джейен, близкой подруге былых времен.

Как Майе не хватало бабушки! Советники альдермастона были мудры и благоразумны, однако политика так запутала все это дело, что Майя не знала, как ей быть.

— Какой ответ вы дали канцлеру Крабвеллу? — спросила жена альдермастона.

Майя глубоко вдохнула, поглядела на Джона Тейта и кивнула ему.

Джон Тейт беспокойно заерзал на месте.

— Она поблагодарила его за заботу о ее благополучии и сказала, что прежде, чем дать ответ, должна будет обдумать услышанное и посоветоваться с доверенными людьми. И правильно все сказала, мало ли что он вывернет. Клянусь Чишу, этот канцлер — просто паук, только отвернись, а он уж тебя оплел с ног до головы.

— Вам, должно быть, больно было все это слышать, — искренне заметил альдермастон.

Бескрайняя его способность к сочувствию в который раз поразила Майю. Этот человек вот-вот должен был утратить пост альдермастона и все же жалел другого больше, чем себя.

— Да, — сказала Майя, вновь оглядев комнату. — И я до сих пор не решила, что я ему отвечу.

Боясь скомпрометировать себя, канцлер не желал оставаться в аббатстве надолго и удалился в гостиницу «Пилигрим», сказав, что будет ждать ответа Майи до следующего утра, а затем отправится обратно в башню Пент.

Альдермастон откинулся на спинку кресла, и кожаные подушки под ним скрипнули. Одна его рука лежала на животе, вторую он опустил на стол.

— Затем ведь и существует Тайный совет, моя дорогая. Опыт подсказывает мне, что возможность обсудить волнующий вас вопрос с единомышленниками бесценна. Да, я всегда старался проникнуть в замысел Истока и понять, какова его воля, однако прежде я шел за советом к тем, к кому питаю глубочайшее уважение. Выслушав их, я составлял собственное мнение по вопросу и лишь потом обращался к Истоку, дабы он направил меня. О чем же ты хочешь спросить нас?

Взгляд его проникал Майе в душу.

Девушка прикусила губу.

— Я должна признаться: предложение канцлера показалось мне весьма соблазнительным. Союз с ним позволил бы мне бороться за восстановление моих прав законным путем. Это лучшее, что только можно придумать. Восстановив свои права, я могла бы помочь Муирвуду, защитить аббатство, спасти его от того, что замыслил отец. Однако мне представляется, что в первую очередь канцлер стремится сберечь собственную власть. И если я пойду за ним, это будет то же самое, что вверить свою судьбу кораблю за мгновение до его гибели.

— То-то и оно, — рьяно закивал Джон Тейт. — Голова у тебя варит, даром что сама с ноготок.

Одним движением руки альдермастон заставил его замолчать. Хозяин аббатства взял за руку жену и повернулся к сенешалю.

— Что скажете, Томас? Как следует поступить леди Майе?

Сенешаль улыбнулся, словно услышав понятную лишь им двоим шутку. На щеках у него появились ямочки.

— Вот всегда так, — доверительно пожаловался он Майе. — Первым никогда не говорит, всегда прежде спрашивает меня. Боюсь, по части сдержанности мне до нашего альдермастона далеко, и мнение мое ему нужно лишь затем, чтобы поступить наоборот, — он тихонько усмехнулся. — Майя… буду откровенен: я не мог бы волноваться о вас больше, будь вы членом моего собственного Семейства. Я не спускал с вас глаз с самого дня вашего прибытия. Вы всегда готовы служить другим, забывая при этом о себе. Вы станете великой королевой, и я от всего сердца готов поддержать вас.

Он улыбнулся, и улыбка его была исполнена искренности. Однако затем взгляд его посуровел.

— Однако что касается канцлера Крабвелла, я не доверил бы ему ничего важнее мытья горшков и сковородок. Он плетет козни против своего господина. И против вас тоже. Если вы взойдете на корабль, который меняет направление всякий раз, как подует ветер, вы никогда не достигнете цели. Я полагаю, что доверять канцлеру ни в коем случае нельзя.

Майя посмотрела в лицо сенешалю. Она была благодарна ему за совет.

— Но что мне ответить ему, Томас? Ведь простым молчанием мне не избежать последствий.