Там, где тепло - Павел Корнев

– Что скажешь? – спросил у него Константин.

– Магическая буря приближается, – запрокинул колдун голову к черному небу. – Фон неоднородный, если нас накроет, очень приличную дозу хапнем.

– Как быстро она к нам приближается? И есть ли возможность заранее узнать, затянуло дорогу после Рудного или нет?

– Мне пять минут на подготовку понадобится, – предупредил Иосиф.

– Действуй, – разрешил Константин.

Парень отошел к своим саням и вернулся обратно уже с кожаным кофром. Выбрав место на обочине, он потоптался, уминая снег, и зазвенел ключами, отпирая многочисленные замочки.

– Тьфу ты, чертовщина какая! – сплюнул себе под ноги Кирилл Ефимович и поспешил отойти подальше от рассыпавшего вокруг себя какой-то черный порошок колдуна.

Несмотря на усилившийся ветер, тяжелые крупинки падали отвесно вниз, и вскоре на утоптанном снегу оказался начертан круг с вписанной в него пентаграммой. Парень ловким движением кисти вывел у своих ног какой-то сложный символ, а в следующий миг я уловил резкий выброс магической энергии.

Неподвижно замерший на месте Иосиф с усилием, будто разрывая видимое только ему полотно, развел руки, и воздух над пентаклем задрожал, а потом пространство потекло и начало изгибаться, словно его вспарывал невидимый глазу клинок. Поражавшая своей неестественностью прореха замерцала голубоватым сиянием, и в ней замелькал калейдоскоп обрывочных видений – крыши домов и закопченные руины, нитка дороги, заснеженные дворы. Но вскоре яркие краски потухли, полностью поглощенные темнотой грозового неба. И даже не грозового, нет – много, много более черного.

Никак не прокомментировав увиденное, колдун позволил прорехе затянуться и сотворил мерцающую полусферу размером с футбольный мяч. Подобно снежку, он уплотнил ее и подбросил вверх. Энергетический шар поднялся метра на три, и от него стали отделяться ярко сиявшие частички. Синеватые искорки, постепенно затухая, потекли на север, а Иосиф беззвучно шевелил губами, внимательно наблюдая, как окончательно теряет форму и разрушается сотворенное им заклинание.

– Сорок пять, – вслух произнес он, когда от сферы осталось полуразмытое светящееся пятно, а после и вовсе выдал совершенную тарабарщину: – Тридцать восемь градусов относительно базы, затухание ноль шесть. Расстояние до пика тринадцать километров.

– Чего это он? – толкнул меня в бок удивленный Напалм.

– Определяет, с какой скоростью на нас фронт надвигается, – с умным видом предположил я, хотя и не был в этом полностью уверен.

– Не, насчет этой светящейся фигни понятно, – продолжил допытываться пиромант, – а что он до этого делал?

– Ты не видел, что ли?

– А должен был?

– Не знаю, – пожал я плечами. – У меня все прекрасно разглядеть получилось.

Колдун тем временем вновь полез в кофр и достал оттуда исписанную неразборчивыми каракулями тетрадь и логарифмическую линейку. То и дело сверяясь с записями, он провел какие-то вычисления и обернулся к ожидавшим его вердикта зрителям:

– Если будем продолжать двигаться с прежней скоростью, успеем проехать, прежде чем нас всерьез накроет. За Рудным чисто, фронт движется со стороны болот на Октябрьский.

– С такой же скоростью по городу? – поморщился Михаил Григорьевич. – Как-то оно сомнительно.

– Какой запас по времени у нас будет? – решил прояснить ситуацию начальник охраны.

– Максимум ноль три. Но тогда, возможно, нас захватит самым краешком.

– Ноль три – это как?

– Среднюю скорость можно снизить самое большее на тридцать процентов, – пояснил Иосиф, запирая кофр, в котором фонил какой-то мощный артефакт. Какой именно, мне разобрать не удалось, а проявлять излишнее любопытство, пытаясь заглянуть внутрь, показалось неуместным.

– Ну что? – повернулся Константин к Михаилу Григорьевичу. – Как поступим?

– Кирилл Ефимович, твое слово, – решил посоветоваться торговец с компаньоном.

– А, решайте сами! – с каким-то непонятным раздражением махнул рукой толстяк. – Вы мое мнение знаете.

– Как думаешь, успеем? – с тяжелым вздохом спросил Михаил Григорьевич у начальника охраны.

– А куда деваться? – поморщился Константин. – Не возвращаться же!

– Тоже верно. Едем!