Трон Знания. Книга 5 - Такаббир Эль Кебади

— А реальность Адэра?

— Спросите у него. И мой вам совет: не плодите надписи на стенах туалетов.

— Каких туалетов?

— Вы умный человек и прекрасно меня понимаете. Всего доброго, герцог Гаяри. — Малика встала со скамьи и пошла по аллее.

Надо сходить к Муну и осторожно расспросить о сбежавших из замка служанках.

***

Объявив о приходе герцога Гаяри, Гюст впустил его в гостиную.

— Отшлёпайте эту девчонку! — потребовал Модес с порога.

Адэр оторвал взгляд от книги, убрал ноги с журнального столика:

— Кого?

Модес проверил, плотно ли закрыта дверь, и прошествовал к Адэру, сидевшему в глубоком кресле:

— Малику. Она только что надерзила мне.

— Вообще-то, Малика мой тайный советник.

— Ах, да. Я и забыл, — проговорил Модес, наигранно закатив глаза. — Всё равноотшлёпайте.

— Тезар совсем прогнил? — спросил Адэр, не меняя вальяжной позы.

— Прогнил ваш Грасс-дэ-мор… — Модес вытянул шею. — Вы держите книгу вверх тормашками?

— Мне так легче думать. — Адэр бросил книгу на подоконник. — Вы зря назвалиМалику девчонкой.

— Если бы вы слышали, как она со мной разговаривала…

— Эмоции ей не чужды.

— Так научите её сдерживать эмоции!

— Вы ждёте, что я вытащу из брюк ремень?

Надсадно вздохнув, Модес повернулся, явно желая сделать круг по комнате, иуставился на Элайну, вжавшуюся в уголок кушетки:

— Дорогая, что ты делаешь?

Приблизившись, заглянул в коробку, установленную на стуле. Скользнул взглядомпо тряпочкам и драгоценным украшениям, разложенным на кушетке. Посмотрел наруки, обтянутые перчатками:

— Элайна! Это унизительно! Кто тебя заставил заниматься этой мерзостью?

Она виновато улыбнулась:

— Я сама вызвалась.

— Грасс-дэ-мор пагубно на тебя влияет. Мы тотчас уезжаем!

— Как только закончу работу.

Модес густо покраснел, хотел что-то сказать, но в последний миг сдержался ивышел из комнаты. Элайна расплакалась: тихо, жалобно.

— Я верну его, если ты ему признаешься.

— Нет, — промолвила сестра и принялась чистить золотой браслет.

Через час разложила украшения по шкатулкам и бархатным мешочкам, сделалаглубокий реверанс и без единого слова удалилась.

Перебравшись к столу, Адэр снял трубку с телефонного аппарата:

— Гюст, соедини меня с Дадье. — После щелчков и гудков ответил на приветствие Троя и после паузы проговорил: — Герцог Модес Гаяри закупает ракшадские изумруды и платину… В Партикураме, через подставное лицо… Я никуда не тороплюсь и тебя не тороплю. Да, и ещё, Трой. Поддержи Элайну.

***

Гюст быстро переложил коробочки из корзинки на стол и покинул гостиную Эйры. Адэр раздвинул занавеси, открыл окно, стараясь произвести как можно больше шума. Из спальни выглянула темнокожая старуха. Встряхнув многочисленнымикосичками, крикнула вглубь комнаты: «Хазир!», и захлопнула двери.

Сравнение с Иштаром резануло по нервам. Взирая на сад, Адэр сделал глубокий вдох, силясь вернуть спокойствие. Повернулся лицом к столу. Перед тем как принести украшения, он открыл из любопытства несколько футляров. Лучше бы не открывал. Вдобавок ко всем своим недостаткам Иштар обладал незауряднымвкусом и был щедрым на подарки. Намного щедрее Адэра. А если посмотреть правде в глаза, Адэр ничего не дарил Эйре. Его заботил вид, в котором онапоявлялась перед дворянами, и не более. Деньги на покупку драгоценностей, обувии тканей для нарядов получал Макидор. Он надевал ей на шею ожерелье или наруку браслет — не Адэр. Наверное, поэтому она отправилась в Ракшаду как нищенка: подумала, что эти вещи не принадлежат ей.

Эйра вышла из спальни:

— Я заставила вас ждать. — Уставилась на горку футляров и на минуту потеряладар речи. Медленно перевела взгляд на Адэра. — Что это?

— Твои украшения. Я приказал их почистить, но служанки, негодницы, не успели к твоему приезду.

— Почему вы решаете за меня? Кто вам дал такое право?

Адэр изогнул бровь. К подаркам Иштара она относится с трепетом.

— Почему все роются в моих вещах? Я здесь пустое место? Почему у меня ничегонет личного? Ни полки в шкафу, ни ящика в комоде, ни уголка в комнате, куда никтоне сунул бы свой нос.

Адэр подозвал Эйру жестом:

— Глотни свежего воздуха. Морской бриз, конечно, приятнее. Мы могли бы съездить к морю, но через час у меня встреча.

Она подошла к окну. Вдруг, повинуясь непонятному порыву, обняла Адэра за шею иприльнула щекой к его плечу:

— Я испугалась, что меня обокрали. Боялась сказать вам. Думала, вы расстроитесь. У вас дел полно, а тут я со своими побрякушками.

Адэр поднёс к её затылку ладонь, но, не коснувшись волос, спрятал руку за спину:

— Зачем ты меня обманула?

— Когда?

— Когда сказала, что порвала бальное платье.

— Я порвала.

— Ты никогда раньше не лгала мне.

Эйра тяжело вздохнула:

— В истории с платьем замешана придворная дама.

— Почему не сказала правду?

— А вдруг эта дама вам нравится. Я не хотела ставить вас в неловкое положение.

Немного помолчав, Адэр промолвил:

— Служанок подговорила моя сестра.

Руки соскользнули с его шеи. Эйра присела на краешек подоконника и устремилавзгляд на сад, накрытый густой тенью замка:

— Лучше бы это сделал герцог Гаяри. На него хоть злиться можно.

— Элайна совершила глупость. Прости её.

— Я ей благодарна.

— Снова ложь.

— Если бы она видела, как вы несли меня на руках…

— Её хватил бы удар. — Адэр привалился плечом к стене, борясь с желаниемподнять воротник пиджака и сохранить на шее тепло пальцев. — Проверь, ничегоне потерялось?

Эйра подошла к столу. Заглянула в бархатную коробочку:

— Всё на месте.

— Остальное проверить не хочешь?

— Потом посмотрю.

— Что в футляре? — спросил Адэр, сообразив, что там лежат самые ценные для Эйры украшения.

— У меня могут быть тайны?

— Эйра! Я не понимаю, что с тобой происходит. Тайны, ложь. Зачем? Мы должны доверять друг другу, иначе заниматься общим делом бессмысленно.

— Там обручальное колечко моей мамы. — Эйра принялась крутить пуговицу налифе платья. Такой знакомый и родной жест… — Мне неприятно, когда к нему прикасаются, и не хочу, чтобы на него смотрели. Это очень личное. Извините.