Странствия алхимика - Алекс Каменев

- Ты чего тут делаешь? Мы же договорились не встречаться на людях. Забыл?

Я нервно оглянулся на занавески, закрывающие проход в задние комнаты. Как бы хозяин не вышел, увидит, что не клиент, начнет орать, что трачу время зря на разговоры со всякими проходимцами.

Характер у старика ничуть не лучше, чем у Гренвира.

- Знаю, помню, - глухо откликнулась сгорбленная фигура. - По делу я. За помощью.

- За какой еще к Фарху помощью?! - яростно зашипел я.

- Плохо мне. Надо еще настойку Джилги.

- Да пошел ты! Знаешь сколько она стоит?! Я и так в прошлый раз едва сумел скрыть, что за бутылку не заплатили. Мелкий сморчок подозревал меня и скорее всего до сих пор подозревает.

Я снова оглянулся. Занавески не шелохнулись.

- Проваливай! - горячо прошептал я. - Потом что-нибудь принесу.

- Мне надо сейчас! - закашлялась фигура.

- Нет ничего, - мрачно буркнул я.

Мужик потоптался на месте, что-то пробубнил себе под нос и угрюмо пожаловался:

- Оболочка не выдерживает.

Я остался равнодушен.

- Так смени, - холодно предложил я.

- Не могу, - огрызнулась сгорбленная фигура.

Помолчали.

- А что с колдуном? Он тебе не мешает вообще? Сколько времени прошло, - произнес я.

- Да нет его уже давно. Сознание погасло.

- И ты только сейчас об этом говоришь? Охренел?!

- А тебе-то что? Жалко что ли стало? Так ты это брось, он был никчемный тщеславным ублюдком, жаждущим власти. Я же рассказывал, как он мечтал захватить тот городок и окрестные земли. Думаешь, чтобы сделать жителей счастливее? Не забывай, я видел его мысли и знаю о чем говорю.

Стоило признать, резон в прозвучавших словах имелся. Зачем лицемерить, мне никогда не было особого дела до неудачника, что купился на посулы лживого божества и впустил его в себя ради обретения мифического могущества.

Как говорится, естественный отбор в действии. Башкой следовало думать, прежде чем лезть в пасть гадюке.

- Мне плевать и на того недоделанного колдунишку и на тебя. Ты мне надоел своим нытьем. Проваливай!

Йогар-гал (а это был именно он) вымученно улыбнулся.

- Неужели тебе меня не жалко? - прохрипел он.

Я приподнял брови в изумлении.

- Издеваешься? После того, как ты смылся, едва мы очутились на пристани Хорса? - спросил я и смачно повторил: - Пошел ты!

Божок скорбно засопел.

- Я только хотел проверить, не является ли все это иллюзией.

По моим губам скользнула ехидная улыбка.

- И как? Проверил?

Я знал, что он врет. Как врал две недели назад, когда неожиданно вернулся, так и в дальнейшем.

Когда эта скотина исчезла в порту, то я грешным делом подумал, что случившееся его проделки. Персональное чистилище в иллюзорном мире, так сказать.

Но шло время, а ничего не происходило. Реальность оставалась реальностью. Стало ясно, что перенос произошел по-настоящему.

Поначалу всех к себе пригласил купец, имевший в Хорсе довольно вместительный дом. Лоренцо Мортиц оказался столь любезен, что предложил отпраздновать возвращение и перевести дух после приключений.

Два-три дня народ тупо отходил от мысли, что удалось выбраться и что зловещая Нипхаан-гур осталась где-то далеко позади, на южном континенте.

Забухали на радостях, куда уж без этого. Праздник длился три дня, пока не начались будни суровой действительности. Люди вспомнили, что путешествие фактически подошло к концу (пусть и не на корабле капитана Махани) и пора возвращаться к прежней жизни.

Первой свалила Клара Шенриз, девушка заявила, что у нее дела и без лишних слов покинула компанию.

За ней последовал брат Фабио. Толстяк что-то напевно пробормотал (видимо молитву) и был таков, напоследок пожелав всем удачи.

Следующим ушел Секач. Перед прощанием боцман заявил, что постарается выручить капитана. Не знаю, что конкретно он имел ввиду, надеюсь у здоровяка хватит мозгов больше не соваться к южным пределам океана.

Я остался один. И тут стало ясно, что идти мне особо некуда. Становиться обузой не хотелось, да и Мортиц не походил на тех, кто страдает благотворительностью.

Нет, к торговцу претензий нет. Наверняка, попроси я об одолжении, он бы нашел мне какую-нибудь работу. Как-никак магик, пусть и недоучка. Нашел бы куда пристроить.

Однако трудиться в сфере импорта-экспорта на тот момент не входило в мои планы, энергия свитка напоминала о себе каждый день дикой мигренью. Следовало торопиться, чтобы не зажариться в скором времени от бушующей внутри магической энергии.

Средства еще оставались, из золота, что дал одержимый колдун. Так что я снял комнату, нашел библиотеку и... обалдел от расценок по ее использованию.

К местным магам обратиться за помощью не рискнул. Боялся, что распознают тип необычных свойств дара искаженной искры. Чёрт его знает, как отреагируют. Может помогут, а может раструбят на весь свет. Или что еще хуже, сами захотят воспользоваться удобным моментом. А в центре пентаграммы я уже сидел и вновь становиться объектом исследований и колдовских ритуалов совсем не стремился.

В общем, действовал сам. Искал любые упоминания о похожих случаях в чародейских фолиантах (их в библиотеке тоже хватило и что самое поразительное брать их тоже мог любой, вопрос только в том, смог бы обычный человек что-нибудь там прочитать и понять).

День проходил за днями. Пыльные залы, полные книжных стеллажей сменяли один другой, а решения проблемы так и не находилось.

Так длилось до тех пор, пока деньги не кончились. Успел немного поголодать, пару раз переночевать в подворотнях. Очень помог опыт Эри выживания на улице.

Ну а дальше, удача, везение, фортуна, называйте как хотите, вместо бродяжничества небольшой магазинчик лекарственных снадобий.

Собственно к тому времени мне было уже все равно, думал не проживу и недели, когда совершенно внезапно пылающий жар внутри стал постепенно стихать, пока не превратился в едва тлеющие угли.

Что произошло? До сих пор не знаю и сильно опасаюсь, что истинный дар вспыхнет вновь, пожирая меня изнутри.

Согласившийся взять на работу аптекарь видел, что испытываю сильные трудности и воспользовался этим по полной. Заставлял вставать ни свет ни заря, заниматься подготовкой ингредиентов, толочь, мельчить, перемешивать. И это, не считая обычных хозяйственных дел вроде мытья полов и колки дров.

Я не спорил, не качал права, делал все быстро, стараясь как можно скорее втереться в доверие. В конце концов исполнительность и усердие помогли, старик стал больше проводить времени у себя в подсобке, оставляя лавку на молодого помощника.