Тайна Изумрудного города. Особенности болотной криминалистики - Александра Черчень

– Ты стал на редкость неразборчив, – брезгливо поморщился Айлар Тис. – Значит так, Лельер Хинсар. Это мое последнее слово: или ты берешь себя в руки и перестаешь быть нашей проблемой, или пеняй на себя.

– И что ты мне сделаешь? – неподдельно заинтересовался Пытка. – Нет, это не ирония, мне и правда интересно!

– А я тебя убью, – тихо сказал Смерть, пристально глядя в безумные синие глаза и надеясь, что у ненормального феникса осталась хотя бы крупица инстинкта самосохранения. – Потому, что ты – один из Хранителей стихий, ты – один из восьми самых сильных магов этого мира… и ты проваливаешься в Безумие силы. А с таким диагнозом, мой дорогой шут, устраняют даже наших покровителей. – Мужчина развернулся и пошел на выход, уже в дверях остановился и добавил: – Я сказал.

– Да ты что! – раздалось шипение позади, и по комнате прошла силовая волна, откидывая все к стенкам. – А ты справишься со мной, полукровка?! С фениксом, который прошел преобразование, с последним представителем рода Белых!

– Наверное, тебе повезло, что ты последний, – хмыкнул Смерть, открывая дверь. – Не стыдно. Ни перед кем.

Раздалось рычание, потом вспышка пламени и сиплый клекот. Айлар медленно обернулся и окинул взглядом сверкающую синим огнем большую птицу.

– Ну вот, даже оборот толком не контролируешь. – Он заправил за ухо черную прядь и жестко сказал: – Перестань вести себя как подросток-психопат. Иметь все, что движется, пить, что горит, и упиваться вседозволенностью. Вспомни о роде, тобой упомянутом. Насколько я знаю, Белые слыли самыми сдержанными, самыми мудрыми и добрыми среди всего вашего проклятого крылатого рода! Так соответствуй!

Дверь с треском захлопнулась, и по лестнице прогрохотали тяжелые шаги разозленного Мастера Смерти.

Да, его неимоверно достал неуравновешенный дурак, известный как Мастер Пытки. Которого ничто не могло удержать в рамках допустимого. Он просто не хотел! Сам дал себе волю!

И не желал загонять зверя обратно, на темную сторону души.

Мрак есть в любом из нас, но нельзя спускать его с поводка.

И Смерть изрядно достало то, что скрывать последствия развлечений сумасбродного коллеги должен именно он. Потому что эта сволочь не желала заниматься даже прямыми обязанностями, не говоря уже о том, чтобы брать ответственность за свои же действия.

Иногда хотелось и правда прибить юнца, и даже сочувствия не осталось.

Несмотря на то, что Смерть был ненамного старше, рядом с этим блондинистым истериком он себя едва ли не стариком ощущал! Прискорбно разумным.

Вышеупомянутый психопат, уже в человеческом виде, сидел на выжженном полу, тупо смотрел на свои руки с неимоверно ноющими подушечками пальцев, порезами на ладонях – и, наверное, впервые решил, что стоит что-то поменять.

Потому что, как оказалось, умирать фениксу очень не хотелось.

Да, вот такая неожиданность.

Лель немного растерянно оглянулся и со вздохом встал, мысленно отмечая, что стоит обработать раны и ссадины. Что-то и правда загулялся он.

После душа блондин переоделся в свободные штаны, водолазку и в мягких домашних туфлях спустился на первый этаж.

Замерев около одного из зеркал, он пристально осмотрел свое отражение и скривил губы в усмешке. Н-да… следы разгульного образа жизни и на лицо и на лице.

Из немногих увлечений прошлого через смерть вместе с ним прошли лишь некоторые. Лельер очень любил травы, хороший чай и кофе.

Пожалуй, с большим энтузиазмом, чем за жертвой, Пытка мог носиться только по лавкам за новым сортом любимого «сена».

Привычный ритуал заваривания чая немного успокоил и принес Лелю желание… сходить на работу! И даже не в подвалы. Он же, как-никак, глава департамента… кажется.

И даже что-то вершил на этом поприще… тоже кажется.

Дальнейшие недели пролетели как-то очень стремительно.

Заниматься делами оказалось интересно. Новые методы, способы, длительность… и вообще, групповой допрос оказался поистине шикарной вещью! Работаешь с одним, а «поют» все!

Лелю понравилось быть Мастером Пытки.

Но кое-что изменилось одной осенней ночью, когда Мастер вышел на уже традиционную охоту. В его городе завелась какая-то тварь, которая грабила и убивала жителей.

Непорядок! В убийствах по психу и без причины Лель считал себя монополистом!

Ночь… ночь – прекрасное время. Она дает звездное небо для полета, она дает свет луны для глаз, она дарует тьму и тени, в которых можно укрыться.

Больше обычных ночей Лель любил только ночи после грозы.

Ветер наполнял крылья, расшитое звездами темно-синее полотно раскинулось над головой, а темный город с ярким бисером огней лежал внизу. Феникс снизился, паря над кварталами среднего класса, где в последнее время находили трупы, и внимательно оглядывал улицы, прислушивался к звукам.

Чуткий слух уловил женский крик, и гигантская птица стремительно понеслась туда. За несколько десятков метров он приземлился, оборачиваясь в высокого, тощего блондина в белом плаще и, многообещающе оскалившись, двинулся вперед.

Картинка предстала не оптимистичная. Два типа грабительской наружности прижимали к стене плачущую рыжую девушку и, судя по всему, собираясь попользоваться, а потом прибить. В сторонке валялось тело, видать, спутника девушки.

– Ну что, красотка, – оскалился один из подонков. – Будешь хорошей девочкой или нам твоего муженька окончательно зарезать?

– Пустите, – простонала девушка.

Лель только покачал головой. При всем списке его грехов насилия над женщинами там не водилось.

Но времени на размышления и наблюдения не было, потому что мужики стали рвать на рыженькой платье.

– И как вам не стыдно, господа? – вкрадчиво спросил Лельер. – Дама же очевидно против.

Ублюдки повернулись, но стоящего в тени одинокого придурка, который рискнул вмешаться, они не испугались.

Ой как зря.

Хотя… это же люди. У них всегда с самосохранением проблемы были. Даже странно, живут так мало и не ценят им отпущенное.

– А не пойти ли тебе? – сплюнул один мужик. – А то сейчас рядом с этим полутрупом уляжешься.

– Да вы что? – восхитился Пытка и сделал шаг вперед, выходя на освещенный участок мостовой.

Рыжая тихо пискнула, со страхом глядя на него. Узнала? Он подарил ей ласковую улыбку, от которой женщина вообще зажмурилась, и перевел взгляд на бандитов.

А они… не боялись!

Ура! Необразованные попались! Это даже лучше!

Все случилось быстро. Тонкий нож привычно скользнул в ладонь и уже через миг красовался в горле одного грабителя. Тот с хрипом осел на мостовую, а второй, неверяще посмотрев сначала на товарища, а потом на его погано ухмыляющегося блондинистого убийцу, с рыком бросился вперед, обнажая большой клинок.