(Не)зачет, Хулиганка! - Рин Скай

Боязливо я прокралась к зеркалу.

– Вы тут? – тихонечко спросила, вглядываясь в свое испуганное отражение.

– Бу!!! – как рявкнет лохматый серый клок тумана в зеркале.

Как я в обморок не хлопнулась, не знаю. Но ночником увесистым замахнулась.

– Полегче, рыжая! – давясь от смеха предостерегло меня зеркало, – Опусти этот кирпич! Он мой, между прочим.

– А зачем вы пугаете? И… кто вы вообще?

Сгусток крякнул, хмыкнул и начал менять свое очертание. Вскоре из зеркала на меня глядела женщина, довольно приятной наружности. Молодая. И эти глаза ее… Вот от кого унаследовал живость взгляда господин суровый ректор! От… прабабки!

– Вы… хм… прабабушка господина Ротенбергского? – на всякий случай переспросила я.

– Сама ты прабабушка! А я еще, между прочим, довольно молодая, привлекательная сущность! – обиженно проговорило приведение.

Нет, призраки в зеркалах у нас давно не в новость. Вот только от таких зеркал в основном стараются избавиться. Ну, кому охота разговаривать с болтливой тоскующей сущностью? Которой среди ночи просто позарез как нужно пообщаться! Правильно, желающих не так много. Поэтому подобные артефакты либо перекупают любители-коллекционеры, либо их держат в старинных домах по типу этого.

– Это вы меня едва в озере не утопили? – нахмурилась я, вспоминая первый день в этом доме.

– Не, – просто отмахнулась прабабка, – это проклятье, а я только в зеркалах обитать могу.

– Печально. – пробормотала я. – А как вас зовут?

– Латифа Ротенбергская, милочка! Такие вещи знать надо! – насупился призрак.

– Зачем? – не поняла я.

– Затем что замуж за моего правнука собралась! – как рявкнет женщина.

– Да не собиралась я. – пробормотала. Хотя зачем мне оправдываться? Да и слушать рявки и крики тоже не зачем.

– Уже вышла. Ваша консумация, лишь вопрос времени!

– Не говорите глупостей, где я, а где ваш правнук? За ним, небось, куча невест бегает, одна краше и знатнее другой!

– Дура, ты! – назидательно задрала палец вверх Латифа. – Бегать-то бегают. Но запала ему в душу одна. Рыжая ведьма. Как думаешь, кто?

– Да мало ли рыжих ведьм на свете! – пожала я плечами.

– А хочешь покажу, в кого он точно втюхался?

Я задумалась. А что, неплохо бы знать врага в лицо! Хотя какой мне его возлюбленная враг? Он в мою сторону даже не смотрит. Жалеет просто и гоняет до седьмого пота, чтобы во время практики выжила.

– Да, хочу. – Ответила.

– Отлично. Тогда подойди к вон тому старинному комоду, выдвини последний ящик.

Среди прочей лабуды там валялось старинное карманное зеркальце в футляре. А футлярчик с позолотой, расписной. Красивый. Подцепила его пальцами, вытащила любуясь.

– Открой! – приказал призрак.

Пыльное мутноватое стекло отразило мои слегка испуганные изумрудные глаза, падавшую на них прядь огненных волос и бледноватую кожу.

– Показывайте возлюбленную Кри… то есть, господина Ротенбергского.

– Так вот же она! – рявкнула Латифа. – Глаза раззуй свои!

Я вгляделась внимательнее. Нет, зеркало отражало лишь мою физиономию, разумеется.

– Там никого нет. – раздосадовано пробормотала я. – Обманули вы меня!

– Ох, и дуреха! – пробормотала Латифа. – Давай поступим так. Ты сейчас это зеркальце к большому поднесешь, я перелезу в него и с тобой попутешествую. Очень мне, знаешь ли, надоело взаперти сидеть.

– Э-э-э… а Кри…, то есть господин Ротенбергский против не будет? – с сомнением покосилась я на спальную.

Ну мало ли, прабабка все же Кристиана, не моя. Как он отнесется к тому, что со мной будет его родственный призрак разгуливать?

– А ты не смотри на него, – хмыкнула прабабка. – Я тебе еще много чего расскажу, и покажу. И из беды выручу, когда время придет!

– Откуда вы знаете? Вы колдунья?

– Что знаю? Про беды? Про беды знаю, тут у нас в тонком мире их хорошо предчувствуешь. Так вот, ждет тебя в горах большая беда. Но я помогу тебе! Спасу! – подмигнул мне призрак по свойски.

Она знает про горы? Хм… может и правда видит чего наперед.