Маскарад - Мелисса де ла Круз

— Хорошо.

Интересно, а Джек знает, что его отец хочет удочерить ее? Ноподнимать такую щекотливую тему Шайлер не хотелось.

— Ты до сих пор веришь, что они вернулись? — спросил Джек,имея в виду Серебряную кровь.

— Верю, — просто ответила Шайлер. — Иначе никак не объяснитьтого, что произошло с Диланом и с Корделией.

Джек устремил взгляд на свой бокал и встряхнул его так, чтозастучали кубики льда.

— Комитет в это не верит. Кризис в Риме удалось преодолеть,Люцифер был повергнут самим Михаилом. Они никак не могли вернуться.

— Я знаю. — Девушка посмотрела на остатки своего коктейля. —Но я думаю, что Комитет ошибается.

Джек взглянул на нее с таким видом, словно собрался что-тосказать, но в этот момент с другой стороны бара, где шла шумная застольнаяигра, донесся хриплый голос:

— Шайлер! Джек! Нам нужно еще два весла для «Капитанавикингов»! Идите сюда!

На следующий день вся команда отправилась в укромный уголок,расположенный в изолированной части острова. Персонал установил шатры, чтобыукрывать моделей от жары. Блисс появилась из своей кабинки в бикини расцветкизебры, с завязками, расшитыми раковинами каури, в прозрачном шелковом платье ввосточном стиле и шлепанцах, изукрашенных драгоценными камнями.

— А где же попугаи? — спросил из-за камеры Джонас.

Согласно замыслу, для снимка Блисс полагалось держать наруках двух больших ярко-алых макао, таких, какие были у Талиты.

Дрессировщик выпустил птиц, но те совершенно не желаливыполнять его команды. Один взгромоздился Блисс на голову, а второй принялсялетать над ней и пронзительно орать.

В конце концов, дрессировщику все-таки удалось освободитьголову девушки от птичьих когтей, и Джонас решил в качестве компромиссасфотографировать Блисс под деревом, рядом с птицами.

— Слава богу, отделались! — проворчала Блисс, добравшисьчерез высокую траву в безопасное прибежище — шатер, где работали визажисты.

Шайлер вызвали следующей. На ней был черный купальник«Гуччи», условно говоря, сплошной — две полоски ткани, сходящиеся внизу вкрохотную букву V. Стилист прикрепил ткань к ее груди прозрачной лентой, ноШайлер все равно не могла отделаться от ощущения, что она слишком уж голая.

— Я хочу получить что-нибудь в духе «Голубой лагуны», —объяснил Джонас. — Мне нужно что-то знойное. С потаенным огнем. Сексуальное. Ноневинное.

Шайлер осторожно устроилась в холодном озерце под водопадом.

— Готова? — спросил ее Джек Форс с другого берега озерца.

Девушка кивнула. Она знала, что они будут партнерами посъемкам, но при виде его подтянутого, атлетического тела в купальных шортах«Вилебрекуин» с заниженной талией все же покраснела.

А тут еще Джонас велел им встать поближе друг к другу.

— Вы что, не слышите? Это «Голубая лагуна»! Вы без ума другот друга! Постарайтесь это продемонстрировать! Джек, положи руку ей на бедро!Шайлер, прижмись к нему и откинься назад! Вот так! Так уже лучше!

— Извини, — произнес Джек, привлекая Шайлер к себе.

— Что поделать, такая у нас тяжелая работа, — отозваласьШайлер, стараясь не показать, как на нее действует его присутствие.

Раздался щелчок фотоаппарата.

— Следующий! — завопил Джонас.

Тем вечером, когда Джонас повел всю команду ужинать вресторан под открытым небом, Блисс оказалась за столиком рядом с Морганом,весьма недурным собой помощником фотографа. Морган все выходные напропалуюухлестывал за ней. Ему было девятнадцать, он учился на втором курсе Род-Айлендскойшколы дизайна и располагал неисчерпаемым запасом неприличных шуточек, неизбежнозаставляющих Блисс хихикать. Он раз за разом подливал ей спиртное, не понимая,что на Блисс алкоголь не действует вообще.

Блисс откинулась на спинку плетеного кресла и изящнопристроила ноги Моргану на колени. После долгих месяцев нью-йоркской зимы здесьона почувствовала себя свободной; прохладный океанский бриз теребил ее волосы,родители не стояли над душой, а лучше всего было то, что с момента прилета наостров ее ни разу не посетили кошмары.

— Пойдем прогуляемся? — предложил Морган.

Блисс кивнула. Идея прогулки по берегу выглядела весьмаподозрительно. Это, часом, не приличный способ сказать «пойдем перепихнемся»?

Они пошли вдоль берега, держась за руки; Блисс шагала по полосеприбоя, так что волны накатывались ей на ноги. Вода приятно холодила кожу.

Огни отеля делались все более далекими и тусклыми.

— Морган — девчоночье имя, — решила поддразнить спутникаБлисс.

— Да ну? — переспросил тот, сгреб ее в охапку и опустил наземь.

Блисс сделала вид, будто сопротивляется, когда парень прижалее руки к земле.

— Ты от меня не уйдешь! — заявил Морган.

— Правда?

Парень принялся целовать ее, и Блисс поцеловала его в ответ.Она подумала, что это совсем не то, что целоваться с Диланом или с Кингсли. Этобыл человек. Красная кровь. Блисс чувствовала, как сердце колотится у него вгруди, чувствовала его насыщенный запах, запах человека. И внезапно онаосознала, что собирается сделать.

Морган стянул с себя рубашку и отшвырнул в сторону. Блисспомогла ему расстегнуть ее блузку. Когда он запустил руку под лифчик откупальника и развязал завязки, по телу девушки пробежала дрожь. Он действовалтак быстро... но, впрочем, и она тоже.

Блисс перевернула его и оседлала, упершись коленями в песокпо сторонам от его бедер.

— Недурно, — заметил Морган, даже сейчас сохранявшийсамоуверенность «золотого мальчика», восхищаясь сидящей верхом Блисс,полунагой, залитой лунным сиянием.

— Ты так думаешь? — с напускной скромностью поинтересоваласьдевушка.

Потом она опустила голову и принялась целовать парня, вдольтемной полосы на торсе, поднимаясь выше, к груди, а потом к шее, к тепломуместечку под подбородком. Она медленно провела по его шее языком.

Морган вздохнул и сильнее прижал ее голову к себе.

И тогда Блисс вонзила в него клыки и принялась питаться...