Опальная принцесса - Мария Ирисова

Выражение лица у старосты сделалось особенно подозрительным.

— И что же уважаемый монах попросит взамен?

— Джехесит следует по пути энергии Ци и не нуждается в мирских благах.

— Э-э-э… — к такому повороту староста оказался не готов. Собственно, и я тоже, гляжу на Конкрадова с возмущением. А как же постой?

— Месяц назад Ци привела меня в Берконию, там я исправил потоки эфира в большо-о-ом доме, где чинили козни темные силы. Вчера, я повстречал воинов, они погрязли в плохой Ци и не могли даже выбраться из лесу, — Рустам указал пальцем в небо и добродушно улыбнулся. — Сегодня я учуял нарушение потоков Ци здесь. Ежели вы считаете, что проблем нет…

Он намеренно сделал вид, будто готов тотчас покинуть селение.

— Как это нет! — всколыхнулась толпа. — Есть!

— Тихо вам! — пресек безобразие староста.

— Господин монах… У нас как бы проблема очень э-э-э… Срам один… Да чего уж говорить-то, сами поглядите, — с этими словами он стянул с себя соломенную шляпу.

Увидеть рога мы были готовы, а вот ослиные уши никак нет, тем не менее они имелись. Самые что ни на есть настоящие, мохнатенькие, еще и шевелились.

— Мать честная, — промолвил Глен и отпрянул.

Мы же с Лаурой наоборот чуть вперед подались, разглядывая эдакое диво ушастое.

Староста вздохнул и шапку на место водрузил от нашего любопытства подальше.

— У других копыта выросли, пятачки, у одного везучего — хобот. А у баб… — мужик умолк, пухлые щеки стыдом подрумянились, — короче хвосты у них под подолом имеются. Мы чего уж только не делали, в храм ходили, святого отца к себе всячески заманивали. Даже ведьме скинулись, тьфу, — бедолага сплюнул и сотворил отводящий зло знак. — Ничегошеньки не помогло. Ежели вы… то мы…

— Т-ш-ш, беду я вашу понял, — кивнул Рустам, задумчиво разглядывая селян, — готов помочь, но прежде мне нужно обойти вокруг каждый дом, выяснить, где Ци слабей всего.

— Все что пожелаете, почтенный. Только избавьте нас от бесноватости.

Пока староста давал распоряжение, купец повернулся ко мне.

— Гляди в оба…

Киваю, чего уж тут непонятного, хотя в округе ни одного фейри не видно.

— Дурная затея была, — шепотом говорит Глен, как бы они нас на вилы не подняли за спектакль.

— Пока мы их надежда, нам ничего не грозит.

Страж усмехнулся.

— Вот именно — пока.

Расхаживание кругами по деревне, началось через пять минут. Никогда бы не подумала, что из сего незатейливого занятия можно устроить целый спектакль. Рустам нацепил на дрын свои амулеты, выпятил руку и ходил от дома к дому, бормоча под нос, если я не ошибаюсь, мидийские пословицы. Язык наших южных соседей довольно груб и содержит мало гласных звуков. Потому со стороны, казалось, будто бы купец бормочет заклинания.

За нами по пятам следовали жители деревни, а вместе с ними слухи. Стоило приблизиться к той или иной избе, как за спиной слышалось.

— Может это Дора, порчу навела? Сама больше года вдовствует, все на Бертрана поглядывала, а тот взял и на другой женился вот она…

— Нет, гляди уходит…

— Следующий дом Мудов…

— Этих странных, которые в огороде белену выращивают. Может их злые духи одурманили?

— Нет, смотрите к красавице Мелине топают!

— Я так и знала, что коса ее злыми силами дарована, ну не бывает в природе такой толстой косы.

— Не завидуй Харриэт…

— Вот-вот.

— Пфф, зато у меня глаза красивые!

— Ага, глаза да…

Вдоволь наслушавшись слухов, я ускользнула от толпы и оглянулась. Все равно блуждание от дома к дому не приносит толку. Невольно в голову закралась мысль, что фейри ушел из насиженных мест и напоследок проклял всех селян. Такое тоже случается, правда крайне редко.

Ноги гудели, я поискала взглядом, куда бы присесть. Взор зацепился за старенький колодец. Вот к нему я и навострила пятки, потому как странный он.

Дощатая обшивка рассохлась и почернела, от навеса осталась только перекладина. Ворот перекосился, лишь в одном месте все еще поблескивало гладкое дерево, как напоминание, что раньше сюда приходили селяне.

Я подошла ближе и заглянула внутрь, колодец оказался глубокий, а на дне виднелась вода.

Как странно… Чего ж люди его забросили? Помниться новый выкопать дело нелегкое, а этот еще и практически в центре деревушки располагается.

Неподалеку из земли торчал пенек, вот на него я и примостилась, не сводя глаз со странного колодца, будто он сейчас возьмёт и нормальным станет.

— Ш-ш-ш, — раздалось за спиной.

Оборачиваюсь — вижу кот шипит, сам весь худой, шерсть облезшая, даже цвет разобрать сложно. А уж как глаза сердито сверкают.

— И чего шипишь? — спрашиваю мохнатую морду, хотя и понимаю, что мне не ответят, но вставать не охота ноги гудят.

— Ш-ш-ш! — у котяры аж шерстка дыбом поднялась, а сам он к земле припал, будто бы действительно нападать собрался.

— Да что с тобой не так… — и вот тут я вдруг осознала, тени у кота нет, а значит… — Ты — фейри!

Котяра шипеть перестал, будто понимал, о чем я говорю. Хотя почему — как будто, фейри прекрасно понимают человеческую речь, просто из вредности виду не подают.

— Ты небось тот самый безобразник, которого мы по всей деревне высматриваем! Ну-ка иди сюда, поговорить надо…

Морда мохнатая, уши к голове прижал и вместо диалога задал стрекоча.

— Да, что б тебя! — буркнула и помчалась следом.

Мохнатый поганец бежал со всех лап, петлял по огородам, а я бежала следом затаптывая все на своем пути. Ох, если меня сейчас заметят… Впереди мелькнул хвост, и юркнул в крапиву.

Я позабыла про осторожность и крикнула:

— Стой, я же поговорить хочу!

Поганец даже не подумал остановиться, он прошмыгнул через забор и ринулся прочь. Пришлось лезть за ним, ох как много мне хотелось сказать и все такое длинное и цветастое.

— Ну погоди! Щас, поймаю… — ограничилась цензурной частью, а вот что сделаю не придумала.

Котяра убегал в сторону околицы, ну хоть какая-то радость, там вряд ли меня кто-то заметит. Обнадежив себя, таким образом, я прибавила ходу.

Избы остались за спиной, под ногами ниткой извивалась тропинка, она вела куда-то в поле.

— Если не остановишься, луговых духов призову на помощь! — выкрикнула вдогонку.

Котяра замер. Я уж было обрадовалась, но тут этот мерзавец сделал крюк и юркнул в сторону старенькой и очень ветхой избушки, что примостилась на самом дальнем краю деревеньки.

— Куда?! Стой паразит!

Может в избушке местная знахарка обитает, думаю уговорить ее сдать мне негодника будет не сложно… Мысленно я воспрянула