Клинки сверкают ярко - Илья Новак

То, что сейчас предложил мне Селигран, означало лишь одно: никого из охранявших Базу в живых не осталось, никто не описал меня, гномы пока не знали, что я нанял отряд и вместе с ним вчера утром вышел из Кадиллиц в сторону пустыни. Они — пока что — считали меня своим спасителем, а не врагом.

— Какого рода помощь? — спросил я.

Селигран покосился на Жаргалая, тот кивнул и заговорил тихим голосом:

— Это распространяется не только на территорию города, но и на все побережье. Любой встреченный вами гном после вашей просьбы окажет помощь — такую, какая будет в его силах.

— Серьезно? И как все гномы побережья узнают, что именно мне эту помощь нужно оказывать?

— Узнают. — То, что разведчик говорил тихо и вкрадчиво, только добавляло веса его словам. — Пусть вас не волнует, как мы распространим это между своими.

— Через «гномье пространство», что ли? — спросил я с улыбкой.

Они настороженно переглянулись.

— Что за «гномье пространство»? — уточнил разведчик.

— Бросьте, многие эту сказку слышали. Мол, есть такие маленькие пространства, у каждой расы — свои… По выражению Шимки-Дудочника, «складки на кафтане действительности».

Жаргалай покачал головой. Они смотрели на меня, ожидая решения. Если бы я не знал так хорошо гномьего нрава, то попытался бы сейчас вытянуть из них и деньги, и помощь. Но с гномами такие штучки не проходят.

— Перерыв, — сказал я и, повернувшись к ним спиной, встал возле окна.

Было над чем призадуматься. Помощь любого гнома побережья… ну, это серьезно. С такой «крышей» я бы мог не бояться даже Ван Берг Дерена. С другой стороны, три сотни — это тоже серьезно. Зачем мне помощь, зачем вообще искать макгаффин, если с этими деньгами — да еще пятьдесят монет гоблина — я сейчас смогу вообще уйти из Кадиллиц? Правда, Маркелыч, скорее всего, уже доложил Ван Бергу о моем исчезновении, и подручные гоблина дежурят на всех городских воротах… Но есть еще один путь, который они вряд ли смогут перекрыть полностью.

Я стоял, глядя на площадь перед кондоминиумом. Там был фонтан и гуляющие гномы. По другую сторону высились дома соседнего квартала, за которым была Жижа. Мы, в общем, совсем недалеко от нее… я прищурился, глядя в узкий просвет между домами. В нем маячила фигура.

— Почему вы так… грубо меня взяли? — спросил я, разглядывая фигуру. — Ударили по голове, запихнули в карету? Почему просто не пригласили в гости?

Селигран отмалчивался, а Жаргалай произнес:

— Сначала мы так и хотели сделать, но рядом с вами постоянно маячил какой-то человек. Было заметно, что вы не просто ходите вместе. Он приглядывал за вами. Кроме того, мы обнаружили, что кто-то пытается выйти на вас через Патину…

Я резко повернулся:

— Что? За мной следили?

— Нет, не следили. Скорее, вас искали. Вот если бы нашли, тогда началась бы слежка.

— Кто?

Жаргалай неопределенно повел плечами:

— Трудный вопрос. Нам показалось, кто-то из Большого Дома.

Я не спеша прошелся по комнате, размышляя, что теперь делать со спрятанной под плинтусом шкатулкой. Возможно, стоит пока оставить ее здесь.

— Что вы решили? — подал голос Селигран.

— Ваша помощь. Есть какие-то подробности, которые мне надо знать?

Выражение лица разведчика не изменилось, а Голова заметно повеселел. Расставаться с тремя сотнями ему явно не улыбалось…

— «Крыжовник», — произнес разведчик.

— А? — Я вопросительно посмотрел на него.

— Последний пароль. Любой гном, которому вы произнесете его, поможет вам.

Вообще, это было довольно неожиданно. Никогда не подозревал, что у гномов есть подобное…

— Но имейте в виду, — добавил разведчик. — Вы сейчас узнали одну из самых строго охраняемых тайн гномов. Мы благодарны вам, но, если кто-то узнает ее от вас, мы вас убьем.

Вот так. Коротко и ясно. Я сказал:

— Очень простой пароль. Вы не боитесь случайностей?

— И как вы себе представляете подобную случайность? Кто-то подходит к гному, наклоняется к нему, многозначительно говорит «крыжовник» и потом долго выжидающе смотрит?

Стало еще жарче. Спиной чувствуя, что Селигран с разведчиком смотрят на меня из окна, я подошел к фонтану, нагнулся и опустил голову в воду. Пригладив мокрые волосы, обошел фонтан и углубился в проулок, куда солнечные лучи не проникали, и где было прохладнее. Тот, кто стоял возле глухой стены дома, пошел следом за мной и, когда нас уже не могли увидеть из кондоминиума, весело окликнул:

— Погодь!

Я сделал еще несколько шагов и обернулся. Сэмка Маркелыч, подняв седые брови, окинул меня внимательным взглядом.

— Рука и раньше была замотана. А больше, гляжу, никаких повреждений. Все нормаль, Джанки?

— Нормально. А у тебя как?

— В поряде. Токо жарко очень… — Он вытер рукавом лоб и улыбнулся почти жалобно. — Мучаюсь я от жары. Ночью, думаю, гроза будет. Чего гномы-то от тебя хотели?

— Поблагодарить хотели.

— За то, что на пристани эльфа зашиб? Так чего ж прям на месте и не поблагодарили? С кем ты там вообще разговаривал?

— С их Головой, Селиграном. Он сказал, их ты насторожил — не знали, кто ты и почему за мной ходишь. Ну и еще… — Я запнулся, решив пока не рассказывать ему про то, что меня кто-то ищет через Патину. — И еще анклав все равно неподалеку от Жижи, вот они и решили, легче будет меня сюда доставить. А у тебя что?

Маркелыч обливался потом и ухмылялся. Кажется, он вообще не слишком тревожился за меня все это время — такой нрав у человека, беззаботный.

— Да я сверху заприметил, хто тебя прихватил. Ну и еще видно было, в какую сторону карета, куда тебя затолкали, поехала. И я тех робят в черном проследил до дома, куда они скрылись, а после к хозяину побег. Наши уже возле того дома дежурят, а другие щас сюда подойдут… Да вот и они.

Я оглянулся. Те пятеро, с которыми Сэмка появился на пристани сегодня утром, шли к нам по проулку.

— Ты черных проследил? — переспросил я. — Так что ты молчишь? Идем туда, быстро. Где они?

3

В «Неблагом Дворе» были закрыты все окна и двери. Конечно, как и в «Облаке» мамаши Лапуты, основной наплыв здесь начинался ближе к вечеру, но все равно заведение выглядело чересчур тихим. Напротив «Двора» стоял пустующий дом, в нем на первом этаже мы и расположились. Вместе с Маркелычем и мною набралось одиннадцать человек. Шестеро были вооружены эплейскими самострелами и короткими мечами, остальные — мечами и арбалетами.

— Черных всего четверо, — сказал Маркелыч. — Но неизвестно, скоко их поджидало внутри, когда те вошли. Так что, может, теперь их целый отряд. Джанки, ты там бывал?