Наш темный дуэт - Виктория Шваб

Но Слоана не могло быть в Истине! Он мертв! Она сама видела, как он валялся на полу склада со стальным прутом в груди, и…

Внимание Кейт вновь вернулось к улочке. Один из головорезов подошел ближе – слишком близко – и протянул руки, как будто она была ребенком или собачкой, которых легко уговорить.

– Осторожнее, Джо! Ты ведь знаешь, что он любит, чтобы они были целенькими.

Кейт отшагнула к стене и почувствовала знакомую тяжесть пистолета за поясом. Она извлекла его, и, когда оружие оказалось у нее в руке, сердце ее забилось медленнее. Оно возникло снова – восхитительное и ужасающее спокойствие. Грязный мир сузился до одного-единственного ровного пути. Стреляй!

Палец Кейт лег на спусковой крючок, но пистолет еще был на предохранителе.

– Стоять! – приказала она, добавив в голос холодной четкости, которой научилась от Келлума Харкера.

Один из мужчин действительно отступил, но второй весело рассмеялся, а женщина поедала Кейт взглядом, может, подзуживала ее выстрелить?

– Не думаю, что ты умеешь обращаться с этой штукой!

– Последний, кто так говорил, долго не прожил.

«Это будет легко, – прошептала тьма. – И приятно». Кейт желала этого. Она страстно желала причинить боль, желала убить, а они заслуживали возмездия, заслуживали…

Кейт попыталась представить себе Августа – как он тогда встал между ее отцом и дулом пистолета.

Нет, она такого не допустит.

Даже когда ее большой палец сдвинул предохранитель, она заставила себя дышать и думать. За спиной у нее была кирпичная стена, а вот справа находились мусорный бак и невысокая ограда, отделяющая бог знает что.

– Ну? – язвительно поинтересовалась женщина и достала из заднего кармана наручники. – Громко лает, да…

Кейт нажала на спусковой крючок.

Пуля с грохотом ударила в пожарную лестницу. Трое громил вздрогнули и инстинктивно взглянули туда. Кейт бросилась бежать. Их потрясение дало ей фору в пару мгновений. Она взобралась на мусорный бак за полсекунды до того, как женщина подбежала к нему. Она ухватила Кейт за лодыжку. Кейт стряхнула бандитку, перемахнула через невысокую стену и приземлилась на другой стороне.

Она помчалась на юг, к Линии, надеясь, что громилы не станут ее преследовать.

Но слишком тихие улицы позади наполнились криками и топотом шагов. Кейт еще не оправилась после пробежки через Пустошь, но нависшая опасность помогает позабыть о натертых ногах. Наконец впереди показалась Линия, три этажа дерева и металла, разделяющие Северный и Южный город.

Кейт удивилась, увидев какие-то фигуры на вершине Линии, но ей некогда было размышлять о том, кто бы это мог быть. Она кинулась к ближайшим воротам. Они оказались заперты. Сзади донесся чей-то оклик. Кейт резко тормознула, сменила направление и побежала к следующим воротам. Заперто. Но должен же где-то быть проход!

«Повернись и дерись», – сказала тьма, но Кейт продолжала бежать.

Внезапно перед ней очутился путь наружу – или внутрь. Здание, одно из построек, поглощенных стеной. Двери обиты медью, и на них – какое-то объявление, что-то насчет пропускного пункта, но у Кейт не было времени прочитать его, остановиться и подумать…

Дверь распахнулась, и Кейт влетела в заброшенный коридор. Неподалеку раздавались голоса, шарканье подошв, но Кейт продолжала нестись через помещение, напоминающее пещеру, ко второй двери, точному подобию первой.

Заперто.

Ну, конечно, они заперты! Кейт ударила в дверь всем телом – раз, другой, – развернулась и врезала подкованным каблуком в цифровой замок. Он треснул и подался, но у нее за спиной распахнулась северная дверь. По коридору разнесся голос:

– Стой, суч…

Но Кейт уже метнулась в дверь и выскочила на южную сторону Линии. От Линии продолжали орать, но Кейт продолжала бежать зигзагами с улицы на улицу. Она сворачивала за угол, потом перешла на трусцу, на шаг и постепенно совсем сбавила скорость. Девушка схватилась за бок и поняла, что до сих пор сжимает пистолет в руке, да так, что костяшки пальцев побелели. Кейт понятия не имела, где она находится, но, по крайней мере, она была по нужную сторону от Линии.

Для начала сгодится.

Сумка съехала с плеча, Кейт опустилась на колено и принялась рыться в сумке – и вдруг ощутила дуновение воздуха, вес падающей на нее тяжести. Она отскочила, едва увернувшись от рухнувшего на землю тела.

Только оно и не рухнуло.

Неизвестный приземлился в изящном полуприседе и встал, продемонстрировав длинные, стройные конечности и копну серебристых волос. Кейт машинально вскинула пистолет, но существо мгновенно преодолело разделявшее их расстояние, и его пальцы сомкнулись на запястье Кейт прежде, чем та успела даже подумать, стоит ли целиться. Пистолет выпал из ее руки, и хотя в ней и вскипело стремление драться, но тотчас разбилось об негодование в глазах существа. Они были не красными, а тускло-серыми. Кейт не понимала, мужчина это или женщина, но одно было бесспорным: перед ней – сунаи.

В свободной руке сунаи сверкнуло короткое стальное лезвие, крутанулось в длинных пальцах, но то, что Кейт сперва приняла за изукрашенную рукоять, оказалось своеобразной флейтой.

И сунаи поднял инструмент, собираясь заиграть.

– Подожди! – крикнула Кейт – какое бесполезное слово! – когда флейта коснулась губ сунаи. – Я не враг…

Она попыталась вырваться, но у сунаи оказалась стальная хватка.

– Только виновные сопротивляются. Значит, ты виновна?

Ответ скользнул ей на язык, и, когда она сглотнула, пытаясь удержать его, рука сунаи сжала ей запястье уже до боли, и первые капельки кроваво-красного света просочились сквозь кожу.

Лицо сунаи потемнело от отвращения, у Кейт закружилась голова, сознание затуманилось, но она извернулась и вырвалась, освободившись от захвата сунаи, от боли и от близости собственной смерти. Пошатнувшись, она сделала шаг назад, другой и врезалась плечом в стену. Она ухватилась за свое запястье. Пятнышки света скрылись под кожей.

– Я – на вашей стороне! – бросила она, хотя ей отчаянно хотелось схватиться за пистолет, за нож, за железный штырь.

– Ты – грешница! – с неожиданной силой рыкнул сунаи. – Ты никогда не будешь на нашей…

– Нашел! – один из громил из Северного города выскочил из-за угла, угрожающе размахивая ножами. – Думала, сбежать суме…

Он увидел сунаи и осекся. Взгляд сунаи потемнел. Холодные серые глаза скользнули по ошейнику на горле человека.

– Какой ты дурак, Клык.

Громила ринулся обратно, но было уже поздно. Сунаи в мгновение ока очутился рядом с ним и обвил руками. Это могло бы показаться ласковыми объятиями, если бы не клинок, вонзившийся Клыку в бок, не красный свет, прихлынувший к его коже, не его рот, открывшийся в сдавленном крике.