Хроники Ехо - Макс Фрай

Дверь кабинета распахнулась, но вместо обещанного курьера порог переступил Лонли-Локли. Впрочем, в руках у него действительно был уставленный кувшинами и кружками поднос. А за его спиной мерцал, трепетал и переливался хорошо знакомый мне призрак. Сейчас он, хвала Магистрам, не хохотал, а только тихо хихикал, как человек, которому уже третий час кряду щекочут пятки.

– Вечер не удался, – поведал нам сэр Шурф. – Киба Кимар не пришел, зато сэр Махамабам, прежде подававший большие надежды, написал безвкусную сентиментальную поэму, совершенно в духе эпохи начала правления Клакков, и читал ее полтора часа кряду, после чего у профессора Халли Мао Тактаго сдали нервы, и завязалась драка. Я обдумал ситуацию и позволил себе не вмешиваться. Безопасности Соединенного Королевства она ничем не грозит, а людям нужна разрядка.

Он поставил поднос на стол и, обернувшись к призраку, вежливо сказал:

– Прошу прощения, что не предлагаю вам поесть. Мои коллеги не были предупреждены о вашем визите и не сделали заказ. Это целиком моя вина, я должен был заранее поставить их в известность, что приду не один, но давешнее поэтическое собрание в «Трехрогой Луне» совершенно выбило меня из колеи.

– Ничего, – хихикнул призрак, – мне вовсе не обязательно постоянно есть. Это просто дополнительное развлечение.

– Вот видишь, – подмигнул мне сэр Кофа. – А ты все твердил: «Убьет, убьет». И мне не верил.

– Сэр Шурф, ты не очень огорчишься, если я скажу тебе, что Хамбара Гаттон, за которым я тебя посылал, выглядит немного иначе? – вежливо поинтересовался шеф.

– Не «немного», а совершенно иначе. Это закономерно, поскольку наш гость вовсе не является Хамбарой Гаттоном. Перед вами призрак господина Унхана Магараса, при жизни проживавшего в доме номер восемнадцать на улице Жемчужных Бурь. Привлеченный шумом драки, он появился в «Трехрогой Луне», чтобы принять посильное участие в общем веселье. Я же счел своим долгом пригласить его в Дом у Моста, поскольку находиться в общественных местах и на улицах столицы господину Магарасу, как и всем остальным привидениям, в настоящее время, к сожалению, запрещено законом. Что же касается сэра Хамбары Гаттона, он на поэтический вечер так и не пришел. Как государственный служащий, получивший задание его арестовать, я раздосадован, но как знаток поэзии считаю, что он правильно поступил – делать в «Трехрогой Луне» сегодня было решительно нечего.

– Кончай прикидываться, сэр Шурф, – ухмыльнулся сэр Джуффин. – Безумием от тебя пока не пахнет, так что на отпуск для поправки здоровья можешь не рассчитывать. Скажи лучше, зачем отобрал у курьера поднос? Это его работа – камру нам таскать. Не твоя квалификация.

– Справедливости ради следует заметить, что я вовсе не отобрал поднос, а подхватил его на лету. Когда курьер увидел следующего за мной господина Магараса, он потерял сознание, а мне пришлось делать очень непростой выбор. Все взвесив и обдумав последствия, я решил, что в некоторых случаях вполне допустимо выполнять низкоквалифицированную работу, выходящую за пределы моих непосредственных обязанностей, и поймал поднос примерно в полуметре от пола. Если бы не мое вмешательство, вам пришлось бы делать новый заказ и ждать, как минимум, еще четверть часа, – обстоятельно объяснил Лонли-Локли.

Безумием от него при этом действительно не пахло, вот что самое удивительное.

– Что же касается курьера, он не нуждается в помощи знахаря, поскольку уже пришел в себя. И, если я правильно понял смысл его бессвязных выкриков, отправился писать прошение об отставке.

– И трех дней не продержался, – констатировал сэр Кофа. – Бедный мальчик.

– Сам дурак, – отмахнулся Джуффин. – Кто ему виноват? А я, между прочим, давно говорил, студентов надо курьерами нанимать. Они, по крайней мере, из книжек хоть что-то о магии знают. И любопытные – не все, но многие.

На этом месте призрак расхохотался. То ли у него были какие-то личные причины веселиться при всяком упоминании о студентах, то ли просто устал сдерживаться.

– Кажется, мне пора уходить, – давясь от смеха, сказал я.

Моим старшим коллегам заразительное веселье призрака, похоже, было до одного места, а вот я решительно не мог перед ним устоять. И прекрасно понимал, чем это кончится.

Сэр Джуффин мгновенно оценил ситуацию.

– Неплохой ход, сэр Мелифаро. Но смирись с мыслью, что отдыхать ты отправишься очень и очень не скоро. Хотя, безусловно, еще в текущем столетии, на это можешь твердо рассчитывать. А вот что мне делать с вами, господин Магарас, ума не приложу. Я бы с радостью пригласил вас к себе домой, да отвезти сейчас некому. А в комнате для почетных гостей уже сидит леди Гетти…

– Это которая леди Гетти? Не Ейхелли, часом? – внезапно заинтересовался призрак. Даже ржать перестал.

Я перевел дух.

– Леди Гетти Ейхелли, – кивнул шеф. – Вы, получается, знакомы?

– Еще бы мы не были знакомы. Я же у нее пряности закупал, когда она в Ташер ходила. До сих пор жалею, что леди Ейхелли внезапно переключилась на Куманский Халифат. Пряности там хуже и гораздо дороже, а благовония – не мой интерес… Скажите, а не могу ли я выразить леди свое почтение, если уж она здесь? Когда еще будет случай повидаться.

– Сейчас выясним, – и сэр Джуффин распахнул дверь своей потайной комнаты.

Леди Гетти сидела в кресле, зажав в зубах погасшую трубку, и с отвращением глядела на лежащую у нее на коленях развернутую газету.

– Скучаете? – сочувственно спросил шеф.

Она сердито передернула плечами. Дескать, сами должны понимать.

– Тут к нам как раз зашел один ваш старый знакомый. Говорит, хочет выразить почтение. Как вы относитесь к призракам?

– Ну так смотря к каким, – рассудительно сказала леди Гетти. – Призраки, как и живые люди, все разные. А что за старый знакомый?

– Сейчас увидите, – сэр Джуффин обернулся и отвесил призраку глубокий поклон, такие любят демонстрировать своим гостям старые придворные, вышедшие в отставку задолго до начала войны за Кодекс. – Можете войти.

Несколько секунд леди Гетти Ейхелли внимательно разглядывала привидение. Потом расплылась в улыбке.

– Ой, как я за вас рада, дядя Унхан! Отлично выглядите. Все получилось, да? Ну видите, а вы волновались, вдруг знахарь обманул. А я вам еще когда говорила – все будет хорошо. Помните?

Призрак, обрадованный столь приветливым приемом, кувыркался под потолком, чтобы показать себя со всех сторон, рассыпался в любезностях и переливался всеми цветами радуги от избытка чувств.

– Могу оставить вас наедине, – предложил сэр Джуффин. – Только при одном условии: вы, господин Магарас, не должны забывать, что для живых людей ваш смех чрезвычайно заразителен. А смеяться так долго, как вы, без вреда для себя мы, увы, не приспособлены. Не будете смешить леди?

– Конечно, не буду, – пообещал призрак. – Вы не думайте, я не всегда смеюсь. Только когда не с кем поговорить. Потому что молчать мне теперь совсем не нравится.