Отпустить не смогу - Ирина Снегирева

Полная луна светила в окно, словно желая удостовериться, что я действительно сплю. Но сон не шёл, и я не знала, что с этим делать. Вспомнила, что некоторые считают овец, ну а кто-то предпочитает вкусно поесть для успокоения. Едва подумала о еде, как мой желудок заурчал. Ну вот, называется, выспалась. Вздохнула и села на кровати, взглянув на луну. Сейчас спутник Земли напоминал неспелое яблоко, которое я с удовольствием могла бы съесть. При воспоминании о кислом фрукте, мгновенно ощутила слюнные железы…Нет! Надо это прекращать!

Решительно вдвинула ноги в тканые туфли и направилась на кухню. Где-то на улице лаяла собака, не иначе подгулявшие горожане не желали возвращаться домой, а зверюга настаивала. Я посмеялась над собственными идеями и продолжила свой путь. Хорошо, что следуя по коридорам, не нужно было носить с собой подсвечники. Светильники в это время суток загорались неярко, но мне вполне хватало. На кухне стояло несколько больших шкафов, в которых магическим путём задерживался холод. Именно там я и намеревалась взять своё яблочко. Мама их очень любит, поэтому повар следит, чтобы они всегда были в достатке.

Я раскрыла дверцу, чтобы выбрать плод посочнее. Но меня прервали.

– Надо же, кто ночами не спит в этом благородном семействе, – раздался насмешливый женский голос и я вздрогнула. Однако не испугалась, а удивилась. Камелия Глостер собственной персоной стояла, прислонившись к стене рядом с разделочным столом. Одетая в обтягивающие брюки и лёгкую меховую курточку, она выглядела просто нереально в этом помещении, да ещё и ночью.

– Ты? – удивилась я и прикрыла шкаф. Впрочем, яблочко я всё-таки прихватила. – В такое время? Пришла знакомиться?

Не знаю, что на меня напало, но разговаривать с Камелией как с будущей герцогиней я не могла. Всё моё естество протестовало против подобного общения. Я ненавидела её и знала, что это чувство взаимно.

– Я? – жёсткая ухмылка, похожая на оскал. – Какая прелесть! Выходит, мои способности даже на тебя действуют и мой эксперимент удался. Славно. А мне нравится! Получается, я могу с тобой сделать всё что захочу, – рыжая отлепилась от стены и сделала шаг мне навстречу, – а ты и помнить не будешь! А ничего, – Глостер слегка наклонила голову и уставилась на мою шею, – даже шрама не осталось. Надо же, волчья кровь ещё жива в тебе.

– Ты о чём? – не поняла я, на всякий случай поискав взглядом что-то для защиты. Огромный шкаф для этого никак не подходил. А вот стул с резной спинкой оказался рядом даже очень кстати.

– Завтра моя свадьба, – снова шаг навстречу, – и мне нужно, чтобы Рейн был только моим. И я знаю, как это сделать. Эффект слишком короток, но что помешает мне ещё раз всё повторить?

– Что ты задумала? – Моя неприязнь к Камелии усилилась. А непонимание ситуации немного нервировало, хотя не критично.

– Твоя кровь отличное средство для моего маленького плана.

– Рейн тебя не любит? Совсем-совсем? И бегает к другим женщинам, а не к тебе!– догадалась я, выпалив это с радостью. Абсурд, конечно, но всё же… как ещё можно задеть за живое невесту? Только сказав, что жених не испытывает к ней чувства. – А ещё он отказывается спать с тобой?! А кровь, зачем она тебе? Выльешь на простыню как знак потерянной девственности? Но почему моя? Твоя не подходит?

Кто знал, что я задену Глостер за живое. И своими словечками попаду ровно в цель. Камелия уже не сдерживалась. Она прыгнула на меня, раскинув на ходу руки.

– Мама! – взвизгнула я, швырнув в неё стул. Он попал ровно в цель, а я рванула туда, где на гладкой стене висели поварёшки, ножи… Надо было бежать к двери, но разве в тот момент я об этом думала? Искала орудие для защиты, вот и выбрала дорожку к нему… А потом у меня выбили почву из-под ног и я полетела навстречу кухонной утвари… Упала, ощутив навалившееся сверху тело…

– Ты вдобавок извращенка! – процедила я, почувствовав слюнявое прикосновение губ Камелии к собственной шее. Дёрнулась, пытаясь сбросить тяжёлую девицу с себя, но не вышло.

Как и почему я оказалась лежащей неподалёку от магического холодильного шкафа, мне неизвестно. Меня нашла наша кухарка и привела в чувства. С трудом удалось уговорить её не рассказывать маме о случившемся. После направилась к себе, мечтая как можно незаметнее пробраться в собственную спальню… Только не помогло. Жуткая слабость накатила внезапно и я едва не покатилась кувырком с лестницы. Вовремя вцепилась в поручни…

– Линни, – раздался голос отца, – я немедленно вызываю доктора!

– Пап! Мама узнает... – собственный голос напоминал воронье карканье. Я закашлялась.

Конечно, она узнала, ведь даже не могло быть и речи о том, чтобы не оставить меня без обследования. Затем последовали советы, как привести меня в норму, ряд манипуляций… Но главная неприятность была впереди.

– Баронесса, я, конечно, всё понимаю, ваша дочь наверняка приглашена на свадебное торжество Норфолков. Но я бы не рекомендовал юной леди присутствовать на данном мероприятии.

– Как?– воскликнула я, сомневаясь в услышанном.

– Почему? – вторила мне мама.

– Видите ли, мои дорогие дамы, я предполагаю, что у Лилианы сильное истощение...Нет-нет, не надо пугаться. Я веду речь не про голодные обмороки. Смотрите, какие бледные у девушки щёки. И слабый пульс. Моё мнение однозначно. Постельный режим на весь день. А завтра можно устроить небольшую прогулку около дома. Распоряжения относительно диеты я оставлю на кухне.

– А может быть, хотя бы ненадолго? – попросила мама, понимая, что я от шока просто не могу сказать и слова. Вся знать будет на этом мероприятии, а я?!

– Миледи, моё мнение вы уже слышали. – Доктор был непреклонен.

Вот так я осталась дома в этот немаловажный для нашего герцогства день.

Я стояла у заснеженного окна, смотрела, как родители сели в карету, а затем уехали, махнув мне на прощанье. Затаив дыхание наблюдала, как лёгкие снежинки кружились и манили, зазывая присоединиться именно к ним. Хотелось встреч с друзьями и знакомыми. Аларик будет волноваться, ведь он точно меня ждёт на этом празднике! Маг знает, как я люблю танцевать…

И только один момент во всей этой истории мне, несомненно, нравился: я не увижу, как Рейн ведёт за руку счастливую невесту, как он целует её и принародно обещает любить, заботиться и беречь.

***

Проснулась я рано утром и удивилась, почему меня не будят и не зовут к завтраку. А потом поняла. Родители должны были вернуться очень поздно, возможно под утро, и проспят теперь непонятно до какого времени. Я надела домашнее платье, не прибегая к помощи горничной, и направилась вниз, попутно жуя яблоко. Сегодня на завтрак мне хотелось омлет и молока со свежей выпечкой. За этим я сама направилась на кухню, удивляясь тишине в доме. Не иначе слуги боялись разбудить господ? Как это мило.

Я ещё не успела спуститься с лестницы, как вдруг услышала знакомый голос: