Загадка имперского посла - Сергей Садов

— Нет, я пощечин ему не давала, — призналась Наташа.

— Точно, — хихикнул Лорен, незаметно подошедший к ним. — Призванная на пощечины не разменивается — сразу бьет кулаком между глаз.

— И между глаз я его не била!

«Платон мне друг, но истина дороже». Потому девочка решила твердо придерживаться правды. Между глаз она ему и в самом деле не била, а дважды заехала под дых. Но чего это Лорен влез? Раньше она не замечала за ним стремления поддержать ее. Тут она заметила, как тот поглядывает на новенькую, и все поняла. Хмыкнула.

— Чего я смешного сказал? — возмутился мальчишка.

— Нет-нет, ничего. Просто кое-что смешное вспомнила.

— А ты правда занимаешься жутко секретным расследованием убийства посла империи? — непосредственно поинтересовалась Альда.

Класс затих и навострил уши. Наташа огляделась. То-то она гадала, чего они, как обычно, в сад не выходят. «Жутко секретное расследование»… а-ха. Впрочем, чему удивляться? Чьи, в конце концов, дети тут учатся? Кто-то подслушал разговор родителей, у кого-то родители на язык несдержанны. Интересно, как быстро весь лицей узнал о «жутко секретном расследовании»?

— Ничего секретного в нем нет. Меня действительно попросили о помощи.

Интересно, тут часто просят несовершеннолетних девчонок о помощи в расследовании? Но вот она Призванная, и никого такая просьба не удивляет.

— И как успехи? — снова эта любопытная новенькая.

— Ничего, продвигаюсь. Ребята, ну, честное слово, я ничего не могу рассказать, поймите вы меня, — взмолилась девочка. — Скажу только, что как раз сейчас солдаты ищут сообщника.

В этот момент ее спас вызов, и Наташа выхватила пластину.

— Да, господин председатель?

Класс затих.

— Наталья. — Голос Мэкалля звучал устало.

«Надо бы выйти было, прежде чем отвечать, — запоздало подумала Наташа, — а сейчас попробуй покинь класс…» Ее со всех сторон окружили в надежде не пропустить ни слова из беседы.

— Ты была права, а я… эх… Впрочем, тут не помогло бы, если бы мы и без имперцев искали.

— Что-то случилось?

— Нашли нашего купца. Он повесился, и тот, кто его обнаружил, говорит, что при нем какая-то записка. Я как раз туда еду.

— Повесился? Это точно?

— Так говорят солдаты. Я сам еще ничего не знаю, сообщил в имперское посольство и поехал туда.

— Я поняла, говорите адрес и, пожалуйста, попросите там ничего не трогать! Даже тело пока пусть не снимают!

— Почему?

— Господин Мэкалль, вы верите в такое удачное самоубийство? Я вот не очень.

— Кто знает. Я сам о таком подумал. Но с другой стороны, а какой у него был выбор? Я на его месте так же поступил бы.

— А я бы постаралась купить себе прощение в обмен на выдачу убийцы. В каких бы махинациях он ни участвовал, но убийство — это совсем другое.

— Возможно. Ладно, я понял, тебе, в конце концов, виднее. Я сообщил и Гонсу Арету, он тоже уже выехал. Запоминай адрес…

Наташа лихорадочно вырвала листок из тетради и быстро записала.

— Все, я выезжаю.

— Куда вы, госпожа? — удивился учитель, столкнувшись с Наташей в дверях, когда та рванула к выходу.

Класс зашумел, объясняя.

— А-а-а, — наконец понял учитель. — Госпожа Призванная. Конечно-конечно, не смею вас задерживать. Желаю вам удачи в вашем расследовании.

— Дарк, мы уходим!

— Что-то случилось? — Похоже, телохранитель за все время даже не поменял позу, как стоял у окна, так и стоит. Только сейчас, заметив подопечную, оторвался от стены и шагнул к ней.

— Нашли нашего беглеца. Похоже, он повесился. Мы едем туда. Только вот кареты нет… придется коляску ловить.

— Это я мигом.

Коляску Дарк действительно поймал быстро. Помог забраться девочке, назвавшей адрес кучеру, и сел напротив.

— Вам, наверное, скучно было стоять в коридоре?

Телохранитель хмыкнул:

— Только не надо переживать по этому поводу. Когда-то я охранял одну сенаторшу, которая очень любила ходить по гостям, и там болтала с подружками, а меня заставляла стоять у нее за спиной. Вот их слушать было скучно.

Наташа хихикнула:

— Живя у госпожи Клонье, мне приходилось слушать некоторые разговоры. Я могу вас понять. Скажите, а почему вы стали телохранителем? О вас же ходит слава как о лучшем фехтовальщике империи. Вы могли бы учить фехтованию и точно заработали бы больше.

— Как я уже говорил, моя слава сильно преувеличена. К тому же мое искусство фехтования несколько специфическое и для дуэлей мало подходит. Я ведь воевал, а там сражаются без правил и удар ногой в… живот вовсе не считается нечестным. Брошенный в лицо оппоненту песок — тоже допустимо. К тому же в республике споры предпочитают решать либо переговорами, либо в судах. Дуэли тут не приветствуются, а потому среди местной элиты искусство владения мечом не сильно распространено.

Нужный дом заметили еще издалека — там собралась целая толпа горожан, солдаты, и даже карета Мата Свера Мэкалля стояла неподалеку. Кучер неуверенно оглянулся на пассажиров, но когда офицер, лишь только заглянув в возок, резво отдал честь и поспешно отдал приказ пропустить их, вздрогнул и тронул коляску так осторожно, словно вез стекло.

Наташа не стала дожидаться, когда он подъедет прямо к дому, и выпрыгнула на ходу, благо ехали достаточно медленно. Дарк, ругнувшись сквозь зубы, последовал за ней. Девочка остановилась и задрала голову, рассматривая пятиэтажный дом.

— Что это за дом? — поинтересовалась она.

— Доходный, скорее всего.

Девочка удивленно обернулась к телохранителю, и тот пояснил:

— Дом, в котором хозяин сдает комнаты. Не все же имеют возможность купить себе особняк. Кто-то приезжает работать, кто-то просто живет в городе, снимая комнату. Так удобнее.

— Понятно.

У подъезда их встретили Мат Свер Мэкалль и Вестарий Рок.

— Судя по всему, Ривар прятался здесь. Комнату он снял три месяца назад, если верить донесениям солдат, — сообщил ей председатель. — На третьем этаже. Офицер, какие окна?

Подскочивший офицер показал, и девочка внимательно их рассмотрела, хотя зачем, и сама не могла бы сказать.

— А в комнате кто-то есть?

— Нет, я приказал никого не пускать до твоего приезда. Там у дверей только охрана.

Зеваки вокруг озадаченно начали переглядываться, не понимая, кто такая эта девчонка, перед которой отчитывается сам председатель Сената. Ситуация и правда со стороны выглядела странной.

— Господин Вестарий, а где этот… ваш друг?