Песнь экстаза - Лора Таласса

Я шмыгаю носом.

– Его зовут мистер Уайтчепел. Он… он пытался трогать меня…

Зачем ты лжешь, Калли? Он трогал тебя.

И не только. Он придавил меня к столу, повторяя, что я сама этого хотела. Что я весь семестр пыталась его соблазнить. Что он замечал мои похотливые взгляды.

Он расстегнул мне молнию на брюках, задрал блузку…

Дальше ему зайти не удалось. Но этого хватило.

Я пока не полностью контролирую свои магические способности, но в критических ситуациях страх усиливает их. Сирена приказала насильнику остановиться, отпустить меня.

А потом я со всех ног бросилась к себе в спальню и закрылась изнутри.

И вот теперь я чувствую, что не могу жить дальше, я снова превратилась в то запуганное, униженное существо, которым была до встречи с Торговцем. До того дня, когда он спас меня от мерзкого прошлого.

Ненавижу свое лицо, ненавижу свое тело, ненавижу девчонку, которая смотрит на меня из зеркала. Ненавижу свою способность сводить мужчин с ума одним-единственным взглядом. Ненавижу все, что делает меня той, кто я есть. Ненавижу свою жизнь – ведь любой грязный извращенец по-прежнему может заставить меня почувствовать себя слабой и жалкой. Я бессвязно рассказываю Торговцу свою историю, и слезы снова текут по лицу. И снова Торговец прижимает меня к себе. Я прячу лицо у него на груди и впервые не думаю о нем, как женщина думает о мужчине. Я просто ищу у него утешения.

– Херувимчик, я горжусь тобой, и тем, что ты сумела воспользоваться своей магией, – наконец говорит Дес.

Я начинаю рыдать еще горше, сама не зная, почему.

– Хочешь, открою тебе один секрет? – продолжает он и гладит меня по волосам. Он не ждет ответа и зловещим тоном заканчивает: – Людишки вроде него рождены для того, чтобы бояться таких, как мы.

Я перестаю всхлипывать.

Что он такое сказал? Что это значит? И зачем он мне это говорит? Я была жертвой всю свою жизнь. Люди вроде Уайтчепела используют таких, как я. Но никак не наоборот.

– Какая чушь, этот твой секрет, – я снова шмыгаю носом.

Торговец наклоняется к моему уху.

– Это правда, – шепчет он. – Придет время, и ты поймешь. И тогда ты примешь себя.

Это вряд ли. Но я все равно киваю, потому что сейчас мне не хочется спорить с Десом.

Целых пятнадцать секунд я чувствую себя лучше, и мне даже кажется, что я окончательно успокоилась. Но внезапно гнусное воспоминание о потных лапах похотливого мужика, шаривших по моему телу, возвращается, и я снова разражаюсь рыданиями.

Не знаю, долго ли я плачу, знаю только, что все это время Дес держит меня в объятиях. Сейчас я уже не уверена в том, что рыдаю именно из-за сегодняшнего происшествия. Наверное, слезы вызывают воспоминания обо всех тех днях, когда мне не удавалось ускользнуть…

Через полчаса – а может, через час – Дес поднимается, помогает мне лечь в кровать, вполголоса напевает незнакомую колыбельную страны фей. Проходит какое-то время, и я перестаю плакать, как безумная, позволяю ему обнимать себя и лежу, словно в теплом уютном коконе.

Незаметно для себя, я засыпаю в объятиях Торговца и просыпаюсь наутро – в одиночестве.

Позже я узнаю о том, что мистер Уайтчепел пропал.

Неделю спустя его найдут в другой стране. Со сломанными костями, выбитыми зубами и приколотой к груди визитной карточкой Торговца.

Он упорно отказывается говорить о том, что с ним произошло. Однако, судя по всему, готов обсуждать свои домогательства по отношению к студенткам Академии.

Студенткам. Во множественном числе. Я не единственная.

Дес теперь не просто мой спаситель; он мой персональный телохранитель, творящий самосуд. И мне приходится мириться с тем, что человек, утешавший меня и ласково обнимавший, когда я рыдала – тот самый Торговец, разыскиваемый преступник. Он известен не только своими криминальными сделками, но и невероятной жестокостью – чертой, присущей всем феям и эльфам.

Наверное, моя душа окончательно очерствела – известие о жестокой расправе не вызывает у меня ни малейшего отвращения к Десу.

Наши дни

Черный туман рассеивается, но головокружение проходит не сразу. Я трясу головой, моргаю, оглядываюсь, и у меня перехватывает дыхание.

Мы с Десом – среди руин. Белый мрамор сияет в лунном свете; ползучие растения, усыпанные цветами, оплетают растрескавшиеся арки и упавшие статуи.

Иной мир.

Со всех сторон доносится приглушенный гул, похожий на шум воды, и мелкие брызги оседают мне на руки. Я смотрю по сторонам, и отшатываюсь от изумления при виде мощного водопада, который обрушивается на дальнюю часть скалы, на которой мы стоим. Над ним висит полупрозрачная дымка.

– Что это за место? – с любопытством спрашиваю я.

– Храм Бессмертной Матери. Это одна из первых богинь, которым поклонялся мой народ.

Дес снова обнимает меня.

– Держись крепче.

Я обхватываю его шею, он расправляет крылья. Все его тело напрягается, крылья хлопают, и при каждом взмахе мои волосы развеваются, падают на лицо, мешают мне видеть.

Мы отрываемся от земли, и теперь я могу лучше рассмотреть руины. Оказывается, они находятся на небольшой скале посреди гигантского водопада.

Заставив себя оторваться от захватывающего зрелища, я вижу, что Торговец наблюдает за мной призрачными серебристыми глазами. Выражение его лица стало иным – мягким, задумчивым.

Чем дольше я смотрю в эти странные глаза, тем чаще бьется сердце, и я чувствую, как прежняя тоска и желание возвращаются с новой силой. Мне хочется отвести взгляд, но я не в силах.

Десмонд улыбается, и мне кажется, что я никогда не видела у него такой улыбки.

– Куда мы летим? – кричу я, чтобы нарушить неловкое молчание, и ветер уносит мои слова.

Он крепче прижимает меня к себе.

– В мой дворец.

Туда, где Деса называют королем, откуда он правит своими подданными. Несмотря на страх перед неизведанным и опасения по поводу предстоящей встречи с феями, я чувствую возбуждение и интерес. Даже не знаю, сколько раз я задавалась вопросом, как может выглядеть этот дворец, пыталась представить его себе.

Мы поднимаемся выше и выше к ночному небу, парим среди тяжелых дождевых облаков.

Мимо проносится стайка крошечных мерцающих созданий – может быть, это пикси? Заметив Деса, они возвращаются, окружают его и начинают возбужденно щебетать.

– Конечно, я вернулся, – ворчит он вместо приветствия, – нет, я не принес сладостей, и да, она красивая.

Я чувствую, как крошечные ручки слегка дергают меня за волосы, слышу переливчатый смех. Оглянувшись, я вижу нескольких маленьких фей, которые копошатся в моих волосах – судя по всему, играют в прятки. Одна из них уцепилась за локон, который вьется по ветру, а она захлебывается от восторга.