Драконов бастард - Илья Крымов

— Нет, пожалуй. Вы мне очень помогли, спасибо.

Серый магистр решил, что до вечера он не покинет порта, а дождется отплытия. Алестан предложил составить компанию, но Тобиус видел, что это предложение скорее дань учтивости, нежели искреннее желание.

— Вот что странно, чар Алестан, — они сказали мне, что миссия будет проходить на Оре, но не сказали, где мне искать…

— Искать что?

— Если вы не знаете, значит, я не имею права это вам говорить.

— Согласен.

— Мне придется искать следы моего предшественника… Сможете передать управителям, что мое отправление прошло нормально?

— Только когда «Фредерика» выйдет в море.

— Благодарю. Я оставил в маяке своих болванов, приглядите за ними.

— Всенепременно.

Криомант поклонился и направился к белеющей башне маяка, видной вдали, а Тобиус остался наедине с самим собой.

Он пристально следил за матросами, грузившими на борт провиант, и внимательно приглядывался к другим пассажирам. Всего их насчиталось около тридцати человек и двое гномов, все до одного мужчины и все при оружии. Они стояли обособленно, не мешали и не помогали портовым грузчикам, шумели и периодически громко смеялись. Возможно, воображение волшебника пошаливало, но ему казалось, что все они изрядно походили на нечистых на руку людей и нелюдей. Что-то такое сквозило в поведении, манере говорить и жестах многих из них, что настораживало и не предрасполагало поворачиваться спиной. Авантюристы.

Тобиус обошел их стороной, взвалил на плечо огромный тюк и, постукивая посохом, пошел к сходням.

— Я купил себе место, — сказал он моряку, который хотел возмутиться такому самоуправству, будто это что-то объясняло.

Снеся тюк в трюм, он решил осмотреть кубрик и вообще сориентироваться. Волшебник всегда должен быть готов ко всему — так наставляют неофитов в Академии. Чтобы быть готовым отразить удар, необходимо изучить пространство для маневров.

Шхуна «Фредерика» являлась сравнительно небольшим кораблем — три мачты, длинная узкая палуба с вытянутым носом и всего ничего пушек у фальшбортов. Благодаря форме косых парусов и их пригодности для хода «круто к ветру» шхуна не нуждалась в большой команде, достаточно было пятнадцати расторопных человек, включая капитана, кока и навигатора. Найдя пороховой погреб и пройдясь мимо ряда гамаков, Тобиус обнаружил люк и, ни у кого не спрашивая, спустился вниз, к самому килю. Там, в свете одной-единственной свечи, волшебник обнаружил нечто, что привело его в неподдельный восторг: прикрученный к килю корабля металлический ящик с дверцей, испускающий тихий гул и ровное магическое свечение.

Магистр распахнул дверцу и с восхищением уставился на мягко светящиеся голубые камни, оправленные в золото и встроенные в многосложный прибор-артефакт. На внутренней стороне двери все еще висела потертая, заляпанная маслом и потемневшая от времени схема настройки. Чары, вплетенные в артефакт, почти погасли, еще каких-то лет десять — и он выйдет из строя. Вспотевшими пальцами волшебник стал подкручивать камни, перемещать золотые кольца, ослаблять и вновь затягивать гайки.

— Прелестно, — бормотал он, — просто прелестно!

Продолжая свои манипуляции, Тобиус параллельно нашептывал речитатив артефакторских заклинаний.

— Ты что творишь, паскуда?!

Из люка в потолке свалился человек в сальной рубахе и со встопорщенными волосами. Его лицо было перепачкано чем-то похожим на масло, которым гномы умащивают свою механику, а в глазах застыл ужас.

— Цыц, — срезал его Тобиус, не отвлекаясь, — артефакт на последнем издыхании. Верю, что заботились как могли, но без профессионального артефактора это лишь жалкие попытки. Почему не обратились к мастеру?

— Так, — пискнул чумазый человек, — дорого же! Нам три года ходить, чтобы на один ремонт накопить! Вот я и…

— Зато потом он пятьдесят лет работать будет.

— Дык мы же не будем столько плавать! Тут каждый выход в море может окончиться мокрой могилой…

— Все с вами понятно. Опять жадность людей и волшебников выходит боком и тем и другим. Такой раритет! Ювелирная работа! Мастер приложил руку, не иначе! А вот волны сбиты, стабилизаторы расшатаны, система набора силы едва дышит! До чего довели артефакт!

Закончив причитать, магистр сунул руку в сумку, достал баночку с густой темной мазью, в которой поблескивало нечто наподобие сапфирового порошка, и начертал субстанцией на корпусе артефакта замысловатый знак. Мазь немедленно впиталась в металл, как в нечто живое, гудение стихло, стало почти неслышным, а мягкий свет камней усилился.

— Все! Еще лет пятьдесят проходит! А ты старайся почаще протирать волновики: пыль на них недопустима!

— Волно…

— Камни вот эти! А стаби… золотые колечки не трогай! Не сбивай ни на полдюйма!

Забрав посох, Тобиус поднялся на верхнюю палубу и, прислонившись к грот-мачте, стал ждать заката.

— За ремонт не заплачу, — раздалось рядом.

— Не рассчитывал стрясти с архаддирца ни единой медяшки, — усмехнулся волшебник. — К тому же волногон отличный, я и не мечтал найти такую машину в рабочем состоянии. Сейчас они стоят так дорого, что только короли могут их себе позволить. А у королей свои артефакторы на службе, посторонних туда не допускают. Откуда он у вас?

— Нашел.

Тобиус оторвался от мачты и взглянул на невысокого сухого мужчину с крупным острым носом, который курил трубку и смотрел на него из-под седоватых бровей.

— Умраз Калабонгот. Капитан.

— Тобиус Моль. Магистр.

— Плохо, — вздохнул Умраз. — Магик на корабле — это совсем не к добру. Может, ссадить вас на берег, пока не поздно, а, чар?

— Капитан, — в желтых глазах Тобиуса заблестели синие искры магии, — я гляжу, у вас тут отличная шхуна, быстрая, наверное, на такой и внезапно подплывать, и быстро уплывать удобно! И команда опытная, вон как по вантам скачут, ахоги красноволосые! На Шейном архипелаге набирали?

— А если и так?

— Так отлично же! Все знают, какие там сноровистые моряки! Правда, и морские разбойники там в воле, это печалит… А еще у вас есть раритетный волногон, явно снятый с какою-то другого, более представительного судна… Капитан, а вы не пират?

— Нет! — ответил Умраз.

— А я не волшебник. Видите палицу у меня на поясе? А копье в руке видите?

— Вижу, — неохотно буркнул капитан, — воин, не иначе.

— Вот и отлично. А почему мы ждем заката, не объясните ли? Может, днем…

— Время суток не имеет значения, если есть хороший лоцман или бухта знакома. А ждем мы не заката, а фордевинда.

— А? Чего?

Когда-то Тобиус с интересом прочитал большую книгу о корабельном деле, он даже помнил прочитанное до сих пор. Однако все, что не касалось магического искусства, хоть и оставалось в его голове, но часто перемешивалось. Поэтому слово «фордевинд» он знал, но что оно обозначает — вид такелажа или корабельную должность — не помнил.