Драконов бастард - Илья Крымов

Томех Бэлза, урожденный диморисиец, до недавнего времени служил наемником в Вестеррайхе. Ростом он немного уступал Тобиусу, был не то чтобы очень широкоплеч, но весьма крепок и тренирован, светлые волосы собирал в короткий «хвост» и имел небольшую бородку. Одевался Томех в плотную желтоватую куртку из кожи с пышным лисьим воротником, высокие сапоги на меху и шерстяные штаны, под курткой носил мелкопластинчатую бригантину, а в поясной петле — одноручный топор. Еще у него был круглый деревянный щит за спиной, шлем в дорожной суме и ни одного медяка за душой. Последние деньги сей безнадежный романтик отдал за плавание в один конец до Оры.

— Это просто ужасно!

— Могло быть и хуже…

— Когда начнется шторм и нас будет кидать из стороны в сторону, придется привязываться к чему-нибудь! Я уже забил нам столбик в кубрике!

— Ты очень предусмотрителен.

— Почему соленый ветер так въедается в лицо?! Ахоговы игры какие-то!

— Ты слишком часто поминаешь нечистых, моряки этого не любят. Один мой знакомый монах мог бы отучить тебя от этой привычки.

— А еще меня уже заело, что…

Томеха перебил раскат грома.

— Все вниз! — заорал боцман. — Волны растут! Если будете ошиваться здесь, тараканы сухопутные, вас всех смоет!

Немногочисленные пассажиры заторопились по скользкой палубе к лестнице.

— Идем!

— Я постою еще немного, — отмахнулся Тобиус.

Шхуна — это довольно небольшое судно. Команде из пятнадцати человек на ней вполне хватит места, даже при загруженных трюмах, но Умраз Калабонгот оказался человеком довольно алчным и ради наживы взял на борт три десятка пассажиров. От этого на нижней палубе было не продохнуть в пахучей тесноте, и волшебник старался как можно больше времени проводить на верхней палубе и даже спать под парусами.

Он с интересом смотрел в низкое небо и думал о том, как хорошо было бы заполучить себе в слуги духа бури. Дух бурана у него уже имелся, сильный, очень сильный слуга, но этого было недостаточно. В вопросах власти и могущества маги — как пауки: голодны всегда. Увы, однако у Тобиуса не было и шанса заарканить духа бури: не хватало силы и искусности. В прошлом он смог заполучить духа бурана случайно, буквально чудесным образом, второй раз в жизни так уже не повезет.

Буря крепчала, волны становились выше, а шхуну качало все сильнее. Обливаемые морской водой, матросы сноровистыми обезьянами лазали по мачтам, закрепляя убранные паруса, а их капитан в компании боцмана стоял за штурвалом. Закончив с парусами, матросня спряталась в кубрике, но недалеко, у входа, в любую минуту ожидая приказов. По-хорошему, они должны были быть на палубе, чтобы страховать такелаж: в штормах и бурях именно он был самой уязвимой частью корабля, — но, видимо, на «Фредерике» властвовали свои порядки.

Ливень начался мгновенно, будто где-то в небесах прорвало исполинских размеров дамбу, и немыслимое количество воды хлынуло вниз в одночасье.

— Почему не поставите рулевого? — крикнул магистр, подбираясь к штурвалу и держась за перила.

— Я сам себе рулевой! — заорал Умраз. — Вон!

— Где?!

— Пошел вон! В кубрик! В трюм! Пошел вон с палубы, ты — дурная примета!

— А вы дурной человек, но я же вас не гоню!

Ударившая в борт волна едва не сбросила волшебника с палубы, и в его голову закралась мысль, что, возможно, все-таки стоит спуститься вниз.

«Фредерика» то переваливалась, как беременная толстушка, то ловко уходила из-под ударов растущих волн подобно грациозной танцовщице. Единственное, что мог сделать Умраз, — это крутить штурвал, дергая подводный руль, и даже этой малости хватало, чтобы спасать судно от волн-убийц в последнее мгновение. Тьма густела, страшные каменные тучи перекрывали свет солнца, но когда оно завалилось за горизонт, воцарилась непроглядная тьма. Шторм крепчал, и вместе с ветром на «Фредерику» наваливался его сердитый рев. Лишь редкие вспышки молний освещали водяной кошмар, творившийся вокруг, и то, что они выхватывали из темноты, вызывало желание закрыть глаза и просто молиться святому Себастьяну,[32]прося о милости. Капитан продолжал крутить штурвал, ориентируясь на рев пучины и на угол крена.

— Проваливай! Если упадешь за борт, то отрасти сначала жабры, потому что никто за тобой не нырнет!

— Да пожалуйста! И жабры я отрастить могу! Если захочу!

Тобиус поплелся к люку, широко расставляя ноги. Из-за борта хлынула вода и сбила его на скользкую палубу, отшвырнула и припечатала боком о бортик. Потом «Фредерика» накренилась вперед, спускаясь по гребню волны, и волшебник, словно по льду, поехал к носу корабля на собственной заднице. Мимик с недовольством заурчал.

— Помоги мне!.. Зацепиться!

Плащ деформировался, из него выскочило длинное тонкое щупальце, обвилось вокруг фок-мачты, и скольжение прекратилось. Кое-как поднявшись, Тобиус прильнул к стволу мачты, чтобы чуть отдышаться, и совершенно случайно, как бывает порой, увидел то, что спасло его жизнь, — во вспышке молнии на краткую долю промелькнуло нечто огромное и темное прямо по курсу. Тобиус не понял, что увидел, но оно было монструозным, и этого оказалось достаточно, чтобы начать действовать. Не раздумывая ни секунды, он метнулся к вантам и почти как заправский моряк вскарабкался на марс фок-мачты. Уже там, приказав мимику укрепить себя на стволе, чтобы не свалиться, он применил заклинание Енотовые Глаза, и тьма рассеялась перед ним. Как только это произошло, серый маг издал вопль чистого ужаса, который немедленно потонул в грохоте сталкивающихся волн и громовых раскатах. Вновь рискуя жизнью, он буквально спрыгнул с марса на палубу и ринулся к штурвалу. Для простого человека такой прыжок закончился бы парой сломанных конечностей, но волшебники Ривена с их мутировавшими телами были крепкой породой.

— Налево! Лево руля! — закричал Тобиус капитану.

— Тысяча ахогов! Уйди к демонам! — яростно заорал тот в ответ. — Гавасса, убери этого кретина, шторм напугал его до узоров!

Приземистый и крепкий старик-боцман, все время находившийся при капитане, следя, как бы того не смыло, прыгнул на волшебника, но был отброшен мощным хуком.

— Лево руля, я сказал! Там дракон! Дракон, понимаешь?! Там дракон вылез из воды!!!

Лицо Умраза переменилось, и это стало заметно даже в скудном свете подвесного фонаря над его головой. Волшебник одним взмахом руки потушил в фонаре огонь, и судно погрузилось в полную темноту. Капитан крутанул штурвал влево, затем еще раз, потом уже стал поворачивать его с усилием. Тобиус, все еще видевший впереди громадную голову на длинной шее, отчаянно навалился на колесо штурвала и стал помогать капитану. Великий же ящер пока не замечал присутствия корабля, его длинная морда смотрела куда-то ввысь, в черные небеса, в которых словно жрали в салки боги-громовержцы.