Мастер клинков. Начало пути - Дмитрий Распопов

Я закрыл рот и приготовился внимательно слушать.

– Гм… никогда не думал, что придётся, но, Макс, я… ты знаешь… я не хочу тебе плохого, – гном замолчал.

Я тоже молчал, удивляясь его странному тону, похоже было, что гном смущён.

– Я понимаю, ты так молод, а тут ещё такой соблазн… – гном опять замолчал.

Я не выдержал.

– Дарин, ты к чему клонишь?

Гном озадаченно хмыкнул и выпалил:

– Макс, ты принял много правильных решений сделав себя в глазах остальных жестким и рассудительным хозяином. В глазах многих теперь ты настоящий дворянин.

Гном замялся.

– И? – подтолкнул я его.

– Тебе нельзя на виду у всех крестьян флиртовать с девушкой, даже такой молодой и красивой, – закончил гном свою мысль. – Как господин, ты не должен оказывать такие знаки внимания простой крестьянке. Если ты хочешь её, то пригласи работать служанкой в замок. Там мало свидетелей, так что все приличия будут соблюдены. Ты господин, она служанка, а то, что болтают крестьяне, никого не волнует.

Я задумался. А ведь гном был абсолютно прав, я общался с Сатти, как со своей девушкой, а это было неправильно. Если в начале разговора я хотел сказать гному, чтобы не лез не в своё дело, то теперь я понял его обеспокоенность и был благодарен за так тяжело ему давшиеся слова.

Взяв его правый протез в руку, я сказал:

– Мастер Дарин, я клянусь, что когда-нибудь смогу отблагодарить вас и за вашу науку, и за вашу доброту.

Гном закашлялся и отвернувшись ворчливо сказал.

– Какие нежности.

Я улыбнулся этому внешне суровому гному с добрым сердцем.

– Пошли, мастер, настало время нашего сюрприза.

Вернувшись я улыбнулся Сатти, которая призывно махнула мне рукой, но показав, что не могу, я отвернулся. Как ни быстро я это сделал, но успел заметить, что девушка очень обиделась на моё поведение.

Я подошёл к старосте. По его знаку замолчала музыка, все пары замерли, а крестьяне удивлённо на меня посмотрели.

– Хотел бы объявить о введении ещё одной новой традиции, – сказал я, когда все взгляды были устремлены на меня. – Каждый следующий праздник будет начинаться с соревнований лучников и арбалетчиков.

Крестьяне недоумённо молчали. Я предвидел подобную реакцию и спросил:

– Лучники есть в деревни?

Никто не откликнулся. Это было понятно, по местным порядкам, если у крестьянина имелся лук, он автоматически подпадал под обвинение в браконьерстве. Ведь крестьянину, идущему за сохой, не полагалось оружие для охоты, такую привилегию мог получить только егерь.

– Хорошо, – видя отсутствие желающих сознаться в хранении лука, продолжил я. – Сделаем по-другому. Соревнования будут проводиться между лучниками и арбалетчиками, тот, кто с пятидесяти шагов пять раз попадёт в середину мишени, получит приз – десять кесариев.

Услышав о таких огромных деньгах, обомлел даже староста. Отмерев через минуту, он осторожно поинтересовался у меня:

– Господин, а кто может принять участие в этом? И где взять луки и арбалеты, если найдутся желающие?

Следующей фразой я огорошил их ещё больше.

– Участвовать может любой желающий, даже девушки и женщины (Куча замерших фигур и открытых ртов). Арбалеты я могу выдать желающим начать учиться, с последующим их выкупом. Поэтому расходы на болты и ремонт будет нести тот, кто будет владеть арбалетом. Луки же должны будете делать пока сами, если желающие найдутся, я покажу, как сделать хороший лук.

Староста, заикаясь, переспросил.

– Неужели и женщины могут участвовать, господин?

Я сделал свирепое лицо и староста задрожал.

– Два раза не повторяю, хочу, чтобы участвовали все желающие.

Медленно отходящие от шока крестьяне начали перешептываться друг с другом и тут снова вперёд вышел тот самый мужик, что когда-то первый взял у меня землю. Он вышел, поклонился мне и спросил.

– Господин, а можно взять два арбалета?

Я удивился.

– А два-то зачем?

Мужик хитро ухмыльнулся.

– Так у меня два сына, если хоть один выиграет, мне этого приза достанет, чтобы весь год оброк продуктами с семьи не платить. Этих денег за глаза хватит.

Разговор про оброк и деньги услышали и поняли все, сразу поднялся гвалт и количество желающих превысило все мыслимые пределы: все загорелись желанием выиграть такой приз. За неполные десять минут я записал всех желающих, но арбалеты с болтами достались пока только тем, кто успел первым. Счастливые крестьяне с чувством благоговения трогали грозное и очень дорогое по местным меркам оружие, ведь даже подержать его в руках было для них в диковину.

Ещё час ушёл на то, чтобы показать новым владельцам, как заряжать, чистить, смазывать арбалеты и стрелять из них. Больше времени я этому уделять не хотел, поэтому предупредил всех, что если в следующем году никто не попадёт пять раз в центр мишени, то арбалеты у всех отберу, возможно, вместе со своей землёй. По кивающим головам крестьян и обеспокоенным взглядам мужиков я понял, что серьёзность моего предупреждения до них дошла.

Оставив гнома отвечать на вопросы крестьян, я подозвал к себе старосту.

– Хочу сделать себе дружину, – начал я, – поэтому завтра-послезавтра пришлю наставника, который отберёт десяток парней и уведёт их в замок. Родителям объяснишь, что платить им буду по сестерцию в неделю на время обучения, а позже, когда станут настоящими солдатами, по полсестерция в день.

Староста удивлённо на меня посмотрел и спросил.

– Можно вопрос господин?

– Давай.

– А почему вы не хотите нанять солдат со стороны? Ведь это те же деньги.

«Соображает староста», – улыбнулся я про себя.

– По одной-единственной причине: чтобы в моё отсутствие они не убивали парней и не портили девок. Ведь у тех, кто имеет родственников в деревне, рука не поднимется такое делать.

Староста сделал круглые глаза.

– А ведь и правда, хозяин. Не сомневайтесь, всё сделаю, как прикажите.

– Ну, вот и отлично, – закончил я, – а теперь мне нужно сказать последнее слово, перед уходом.

Староста подошёл к музыкантам. Музыка сразу стихла, все взоры снова обратились на меня.

– Последнее сообщение, – провозгласил я. – Если на вас в следующий раз нападут солдаты, то разрешаю защищаться от них луками и арбалетами. Всю ответственность беру на себя. Главное!!! Если приедет дворянин, до моего приезда ничего не делать! За это будет отвечать лично глава каждой семьи. Всё понятно?

Крестьяне нестройно загудели.

– Господин Максимильян, дозвольте вопрос? – раздался голос мужика, который всегда был первым.