Истребитель «Родина» - Евгений Прошкин

– Аппарат для переливания крови найти сможете?

– Ты чего мутишь? Ты доктор, что ли? – спросили Андрея сзади, прикасаясь к горлу холодным глушителем.

– Ну? – мрачно произнес Владимир.

– Ваша Катерина будет здорова, – сказал Андрей. – При условии, что вы достанете оборудование раньше, чем у нее остановится сердце.

– Серый?.. – подал голос человек с пистолетом.

– Погоди, – ответил тот. – Пусть попробует.

– Серый, это чушь! – заявил усатый.

Владимир обошел «Фольксваген» и, толкнув Андрея на капот, заглянул ему в глаза.

– Ты правда сделаешь так, чтобы Катюха выжила?

– Правда, – ответил Андрей.

– Если получится, я твой должник. А если нет… тебя за язык не тянули.

Андрей улыбнулся:

– Тебя тоже.

* * *

– Не спите?.. – Канунников с хрустом отвернул пробку и сделал хороший глоток. – Когда же вы отдыхаете-то? Или вам это вообще не нужно?

– Позаботьтесь лучше о себе. – Стив на экранчике мобильного терминала выглядел недовольным, словно учуял запах.

Николай снова отхлебнул.

– Ну все, – крякнул он. – Докладываю: Волков приехал.

– В каком смысле?

– В прямом. Приехал на место. Дальше дело техники.

– Вы уверены, что все в порядке?

– Если не в порядке, я бы знал. И вообще, я в нем не сомневаюсь. Сомневался бы – не стал бы рекомендовать. – Майор глотнул еще раз и утер губы.

– Та сторона его ни в чем не заподозрит?

– Стив, вы меня ни с кем не путаете? Я всю жизнь в Госбезе. Не волнуйтесь, по машине стреляли.

– Это не слишком опасно?

– Стреляли только по Волкову, а что ему сделается?

– Конечно, – ответил Стив. – Майор, почему вы постоянно употребляете алкоголь?

– Я не употребляю алкоголь, – пожал плечами Канунников. – Я просто пью.

– Погружаете себя в беспамятство?

– Как-то вы слишком пафосно это назвали. «Погружаю»… «беспамятство»… – он покосился на стоявшую неподалеку «Волгу». – Извините, у меня тут служебный вызов.

Канунников отключил трубку и, вернувшись к машине, потерянно опустился за руль. Посидев так с минуту, он снова вспомнил о бутылке и приложился к горлышку.

Его прервал зуммер.

– Господин майор, есть информация по Серому.

– Ну?! – встрепенулся Николай.

– За его машиной смотрели, но там… господин майор, там откуда-то взялся «Фольксваген», и Серый ушел на нем. Мы преследовали. Помешали грузовики. Водителей проверяем, но, похоже, это случайность. Все прилегающие районы оцеплены, ведется поиск…

– А говоришь – информация! – Канунников перевел дыхание. – Искать!

Он газанул и, с визгом развернувшись, поехал прочь.

Из окна черной «Волги» вылетела пустая фляжка.

* * *

На больничную палату Андрей не надеялся. Воображение рисовало подвал, где на многоярусных нарах преют партизаны, в крайнем случае – полуподвал с вентиляцией. Все оказалось приличней, они приехали в клинику. В какую конкретно, Андрей не знал: перед высадкой из автобуса ему на голову натянули черную шапку.

«Вот сейчас ее снимут, а впереди скала Шиашира, – неожиданно подумал он. – В коридоре орут «Приготовиться к завтраку!», и в дверное окошко швыряют миску холодной каши…»

Его тронули за плечо и шепнули:

– Осторожно, ступеньки.

Дальше был скрип двери, приглушенный хлопок и путь по коридору. Два поворота, лифт наверх, снова поворот и еще метров двадцать в тишине.

– Ложись.

Затрещала материя: ему отрезали рукав. Раздались какие-то щелчки, и запах стал совсем специфическим, незнакомым. Андрей редко бывал в больницах, как-то не доводилось.

– Владимир, ей необходимо совсем другое, – новый голос, напряженный. Дружественный или нет – непонятно.

– Вы способны ее спасти?

– Ну-у… в условиях стационара можно, по крайней мере, гарантировать, что она… ну-у… все будут зависеть от результатов осмотра.

– Тут нечего осматривать, я видел такие ранения. Делайте, что сказано.

– Потеря крови у нее не опасная, сейчас самое важное…

– Выполняйте!

– Воля ваша. Но это ей-богу шаманство. Какой объем?

– Эй, ты! – Серый потеребил Андрея. – Сколько переливать?

– Давай литра два, а там поглядим.

– Это что за блаженный? – возмутился врач. – Какие еще «два литра»?! Почему вы меня не слушаете? У вас хотя бы анализы его есть?

– У меня есть его жизнь, – ответил Серый.

– Владимир…

– Начинайте, не тяните!

– Это важно! Какая у нее группа крови?

– Вторая, резус отрицательный, – сказал Серый.

– А у этого вашего… подопытного? У него какая?

– Не знаю.

– Вы понимаете, что мы делаем?! Мы ее убиваем!

– Да хватит трепаться, зануда! – не выдержал Андрей. – У меня тоже вторая отрицательная, ничем не болел, не болею и не собираюсь. Серый, быстрее! Я обещал помочь твоей девушке, но я не воскрешаю из мертвых.

В вену вошла толстая игла. Мысль о вытекающей крови Андрея не беспокоила: симбионты все восстановят, и сами восстановятся в необходимом количестве. Приобретя такое счастье, избавиться от него уже невозможно.

– Есть только одна причина, по которой я не звоню в полицию, – заявил врач.

– Это последний раз, когда мы пользуемся вашим гостеприимством, – сказал Серый. – Мы бы и сегодня не приехали, но Катя…

– Не зарекайтесь, я вам еще понадоблюсь. Да, а что с рукой-то? Снимите куртку.

– Может, ты и меня заодно вылечишь? – обратился Владимир к Андрею.

– Потом. Если не передумаешь.

– Голова не кружится? – спросил врач.

– Все в норме, – заверил Андрей. – Еще бы укольчик… или спирта.

– Ну так что, целитель? – настойчиво проговорил Серый. – Руку мне посмотришь?

– Пулю из клешни любой ветеринар вытащит, – отозвался он.

– Нечего вынимать, навылет.

– Тем более. Помажь йодом, само пройдет. Как там Катюха твоя?

– Так же, – ответил за Владимира доктор. – Семьсот миллилитров, – добавил он.

– Наконец-то! Огурчик найдется?

– Какой огурчик? – опешил он. – Вы о чем это?

– Я про семьсот грамм, а вы?