Умирающая Земля - Джек Вэнс

— Это едва ли трудная задача, — заметил Гайял. — Почему она выпала на мою долю?

Кастелян принялся рассеянно разглядывать потолок.

— На победу в этом состязании претендует множество соперниц… Среди горожан не найдется ни одного, кому какая-либо из участниц не доводилась бы родственницей — дочерью, сестрой, племянницей, — и потому ни одного из них нельзя считать беспристрастным. Тебя же обвинить в предвзятом отношении не сможет никто, поэтому ты — идеальная кандидатура на эту важную должность.

Гайялу речи сапонида показались искренними, однако он так и не смог понять, отчего выборы самой хорошенькой горожанки считаются делом такой важности.

— А третье действие? — поинтересовался он.

— Третье действие станет известно после состязания, которое состоится сегодня днем.

С этими словами сапонид удалился из камеры.

Гайял, которому тщеславие было отнюдь не чуждо, провел несколько часов, приводя в порядок себя самого и свой наряд, немало пострадавший в пути. Умылся, подстригся, побрился и, когда кастелян пришел отпирать дверь его камеры, пребывал в уверенности, что не ударит в грязь лицом.

Его вывели на дорогу и указали в сторону холма.

— Вы дозволяете мне вновь ступить на стезю? — спросил Гайял у кастеляна.

Кастелян пожал плечами.

— Это верно. Но ты ничего не добьешься, настаивая на временной неуязвимости. Впереди дорога идет по мосту, который мы можем разрушить, позади стоит только пробить дамбу, сдерживающую Пейлвемхальский поток, и тогда, если ты пойдешь по дороге, тебя смоет в сторону и ты вновь станешь уязвимым. Нет, сэр Гайял из Сферры, как только ты раскрыл секрет своей неуязвимости, то сам дал нам в руки возможность воспользоваться множеством самых разнообразных уловок. К примеру, дорогу можно перегородить большой стеной, спереди и сзади. Без сомнения, чары не дадут тебе умереть от голода и жажды, но что потом? Так и будешь сидеть и ждать, пока не погаснет солнце?

Гайял ничего не ответил. На дальней стороне озера он приметил три лодочки, приближающиеся к пристани, их изогнутые серпики грациозно покачивались на темной воде.

Юноша сразу же проявил любопытство.

— Почему вы строите лодки такой формы?

Кастелян озадаченно захлопал глазами.

— Таков единственно возможный способ. Разве на юге не растут такие же ой-стручки?

— Никогда в жизни не видел ой-стручков.

— Это плоды гигантского вьюна серповидной формы. Когда они достигают достаточной величины, мы собираем и вылущиваем их, разрезаем по внутреннему краю, скрепляем концы крепкой веревкой и стягиваем, пока стручок не раскроется до нужной ширины. Затем его вялят, сушат, шлифуют, украшают резьбой, полируют и покрывают лаком, прилаживают к нему палубу, банки, кницы, и получается лодка.

Беседуя, они вышли на площадь, ровный пятачок на вершине, с трех сторон окруженный высокими домами из резного темного дерева. Четвертой стороной площадь выходила на озеро и темные кряжистые горы. А сквозь сень исполинских деревьев солнечные лучи расчерчивали песок алым узором.

К удивлению Гайяла, состязание не предваряли никакие торжественные церемонии и формальности, более того, горожане не отличались по-праздничному приподнятым настроением. Напротив, они выглядели погруженными в уныние и поглядывали на гостя без воодушевления.

В центре площади сбилась в кучку сотня девушек. Гайял заметил, что они не очень-то усердно прихорашивались перед состязанием. Наоборот, все конкурсантки до единой облачились в какие-то бесформенные балахоны. Даже волосы их казались старательно взлохмаченными, а лица были хмурые и чумазые.

Гайял недоуменно захлопал глазами и обратился к своему провожатому:

— По-моему, девушки не слишком жаждут завоевать лавры первой красавицы.

Кастелян сухо кивнул.

— Как видишь, ни одна из них не рвется к славе, сапониды испокон веков отличались скромностью.

Гайял заколебался.

— Каков порядок проведения состязания? Я не хочу по неведению нарушить еще какой-нибудь неписаный закон.

— Никаких правил нет, — с непроницаемым лицом заявил кастелян. — Мы проводим празднества со всей поспешностью и без особых церемоний. Ты должен просто пройти мимо девушек и указать ту, которая покажется тебе самой привлекательной.

Гайял приступил к делу, чувствуя какой-то подвох. Но решил, что если таково наказание за нарушение нелепой традиции, то чем скорее он избавится от этой повинности, тем лучше.

Юноша остановился перед девушками, взиравшими на него с враждебностью и страхом, и понял, что задача ему предстоит не из легких, поскольку большинство из них отличались пригожестью, которую не могли скрыть даже грязь, отрепья и гримасы, которые они корчили.

— Будьте добры, станьте в ряд, — попросил Гайял.

Девушки неохотно вытянулись в цепочку.

Гайял обозрел группу. Некоторых можно было исключить сразу: приземистых, толстых, тощих, рябых и не отличавшихся изящностью черт — приблизительно четверть от общего числа.

— Никогда в жизни я еще не видывал стольких красавиц сразу, — сказал он учтиво. — Каждая из вас может по праву претендовать на корону. Задача моя крайне трудна, мне надлежит оценить то, что не поддается точному исчислению. В конечном итоге мой выбор, безусловно, будет основан на личных предпочтениях. — Он выступил вперед. — Те, на кого я укажу, могут быть свободны.

Он двинулся вдоль цепочки, и самые безобразные с нескрываемым облегчением поспешили отойти в сторонку.

Гайял повторно оглядел оставшихся и теперь, когда он немного привык к лицам конкурсанток, смог отсеять и тех, которые, хотя ни в коей мере не были уродинами, не отличались и красотой.

От первоначального состава осталась приблизительно треть. Гайял прохаживался мимо них, внимательно изучая каждую, все они почему-то смотрели на него с опасением и воинственностью. Неожиданно юноша принял решение и сделал свой выбор. Девушки каким-то образом уловили произошедшую перемену, и лица их утратили мрачное и напряженное выражение, которое так обескураживало его и приводило в замешательство. Гайял в последний раз обвел цепочку взглядом. Нет, он не ошибся в выборе. Среди собравшихся были такие красавицы, что при взгляде на них захватывало дух, несмотря на грязь, которой они зачем-то натерлись. Девушки с переливчатыми опаловыми глазами и гиацинтовыми лицами, красотки, гибкие, точно тростинки, с волосами густыми и шелковистыми.

Избранница Гайяла была худощавей остальных и обладала красотой, которую не всякий различил бы с первого взгляда. Маленькое треугольное личико, огромные задумчивые глаза и густые черные волосы, неровно выстриженные над ушами. Кожа ее была бледной до прозрачности, точно драгоценная слоновая кость, фигурка стройной и изящной, а сама она обладала завораживающей притягательностью, так что руки чесались заключить ее в объятия. Она, похоже, почувствовала, что выбор чужака пал на нее, и глаза у нее расширились.