Миледи и притворщик - Антонина Ванина

Внезапно царица забилась в судорогах, будто её пронзила незримая молния. Жрицы, стоявшие рядом, подхватили её под мышки, мне же в руки упала распечатанная склянка. Как удивительно, мёд из неё не вытек – он давно застыл и превратился в монолит. А вот голова Генетры внутри неожиданно преобразилась – она почернела, словно выгорела, а в её глазницах больше не поблёскивали демонические огоньки. Теперь я ясно поняла, что вижу труп – пустую оболочку, кокон, из которого выпорхнула бабочка. Или злой дух. И не важно, как его зовут: Генетра, Камали или древнее первозданное зло.

С вершины постамента послышался глубокий болезненный вдох – это царица Алилата на руках жриц пришла в себя и открыла глаза. Что-то в них изменилось. Кажется, в этих чёрных угольках появился нездоровый блеск, какой бывает лишь у безумцев.

– Сестры и братья! – твёрдо встав на ноги, провозгласила Алилата. – Грядут великие времена и великие перемены. Сила Красной Матери снова с Румелатом. Я чувствую её в своих жилах, она течёт по моим венам, и каждый удар сердца возвещает о том, что день великих перемен близок. Злодей Сурадж будет повержен, его шпионы падут замертво, а все проповедники ложных богов лишатся своих языков. Ни один вражеский воин не ступит на нашу землю, потому что мы первыми нападём на наших недругов, и сила Красной Матери защитит нас от их стрел и мечей. Мы сокрушим Старый Сарпаль, освободим всех рабов Сураджа и построим на его земле храмы в честь Красной Матери, а потом пойдём войной на другие сатрапии, что ещё не приняли учение Камали. Наши сёстры и братья появятся во всех городах Сарпаля, и скоро их будет так много, что все остальные боги падут и навсегда исчезнут из людской памяти. И тогда мы навсегда забудем о войнах, потому что весь Сарпаль будет наш, и они станут не нужны. До скончания веков мы будем жить в мире и проповедовать истину Красной Матери по всему Сарпалю. Возрадуемся же, сёстры и братья! Грядут великие времена!

Внизу раздался стройный хор ликующих голосов:

– Красная Мать!

– Царица! Защитница!

– Слава Красной Алилате!

– Смерть Сураджу!

Эти вопли могли бы продолжаться вечно, но на смену им пришли удары барабанов и уже знакомые мне нотки костяных дудочек. В голове тут же всё заволокло туманом, и я пошатнулась. Проклятье, надо было слушать Стиана. Ну почему я опять забыла, что там, где камалистки, там всегда и их гипнотическая музыка. Как же плохо, когда руки и ноги перестают подчиняться. И рядом нет никого, кто мог бы помочь…

В бессилии я опустилась и легла на ступеньки, зачем-то обнимая склянку с мумифицированной головой. Мой разум помутился, и мне даже стало казаться, что среди тех верховных жриц, что стоят рядом с царицей, есть две уже знакомые мне женщины – у одной бельмо на правом глазу, а у другой на левом.

Камалистки из пустыни Мола-Мати, что спустились вместе со мной в чрево Города Ста Колонн и вынесли оттуда кучу золотых монет – да это же они! Кажется, тогда сестрицы сказали, что отдадут деньги другим камалисткам и царице на борьбу с Сураджем. Неужели, они сдержали своё слово?

– Что, сестрица, плохо тебе? – раздался над головой задорный голос одной из них.

– Слышишь в своей голове голос Генетры? – подхватила её слова другая. – Может, сейчас начнёшь ещё и прорицать от её имени?

Из последних сил я пару раз отрицательно мотнула головой, на что сестрицы заключили:

– Какая-то ты неправильная сестрица. Не любишь песни Красной Матери. Но ничего, ещё наслушаешься их на пиру. Тогда они точно тебе понравятся.

А потом я ощутила, как две сестрицы хватают меня под руки и ведут вниз по ступеням. Двери храма уже отворились, а красное сияние вырвалось из святилища и выплеснулась на людей, стоящих на площади. Крики, стоны и радостный смех затмили остатки моих чувств. Туман окончательно окутал мой разум, и я растворилась в нём, таком вязком и тёмном.