Практика - Наталья Самсонова

— И наш принц сейчас роняет слюни, мечтает и страдает, — мурлыкнул эльф. — Ведь юная Тила так горячо рассказывает о счастливой жизни в Гранполисе. Жизни, полной открытий и свершений. Еще немного, и я сам поверю, что мы общаемся с новым гением.

— А мне не слышно, — вздохнула я. — Нет, ну ладно у Лия большие уши, а ты-то почему слышишь? У тебя уши как у человека!

— Снаружи, а внутри — как у оборотня, — фыркнула волчица.

— Нет в жизни счастья.

— Ага, — поддакнул эльф. — Давайте-ка, выходите из укрытия и садитесь в кресла. Кто-то пытался войти.

— Главное, чтобы это не был план принца. Он нам не простит.

Пока Кариса и Лий создавали атмосферу посиделок, я, постучав, вошла в спальню Тиламины. Ох, как ее перекосило при виде меня.

— Рысь? — удивился принц.

— Элим, там в двери кто-то ломится, — улыбнулась я. — Боюсь, что если ты еще немного задержишься в спальне Тилы, то она никогда не простит тебе своей сломанной жизни. Да, милая?

— О боже, это, наверное, папа! — ахнула Тиламина. — После того как с той девочкой так поступили... Ах, он меня убьет!

Она горестно зарыдала. Вот только доверия к ней у меня уже не было.

— Ну-ну, мы там уже все подготовили. А про тебя скажем, что ты ушла спать, устала. Идем, твое высочество.

— Да, ваше высочество, — прошелестела Тила, — Рысь права.

А я вглядывалась в лихорадочно, неестественно блестящие глаза принца и мучительно соображала — могла ли Кариса не унюхать какой-нибудь стимулятор?

— Кариса, солнышко, — произнесла я, выведя принца из спальни Тилы, — пожелай Тиле выздоровления.

При этом я так активно подергала носом, что у волчицы не должно было остаться никаких сомнений, как конкретно она должна «пожелать выздоровления».

Лий незаметно шевельнул кистью, и дверь распахнулась. Милорд, отчаянно пытавшийся открыть ее, рухнул на ковер.

— Вам плохо? Позвать целителя?

— Что вы делаете в покоях моей дочери? — зло спросил мужчина и встал, не дожидаясь посторонней помощи.

— Чай пьем, — удивилась я. — Мы подружились с Тилой. Кариса помогает ей лечь. Наша бедняжка очень устала. Ну ничего, уж мы-то найдем, какая зараза осмелилась на Тиламину покусится. Госпожа ди-Овар оборотень.

Сиятельный папаша побледнел, вымученно улыбнулся и спросил:

— На подпруге остался запах?

— Запахов довольно много, — с удовольствием произнесла я, — но мы сравниваем и отсекаем лишнее. Конюхи — вне подозрений. Мы ищем того, кто никак не должен был оказаться рядом с лошадью.

— Ищите, я вас обязательно отблагодарю. Но мне пора, да-да, очень пора.

Он выскочил из комнаты с такой скоростью, что я даже позавидовала — я так быстро бежала, только когда залила чаем бумаги Роуэна. Ох, как сладко он «наказал» меня поцелуем, когда догнал... А потом заставил переписывать испорченные отчеты.

— Рысь, если вы и правда найдете эту мерзавку, умоляю, скажите мне.

— Мерзавку? — переспросил Лий.

— Тиламина уверена, что это кто-то из невест. Какая-то очень корыстная личность, жаждущая сесть на трон. — Элим покачал головой. — Ужасно. Никогда еще не ощущал себя настолько беспомощным. Сидеть среди прекраснейших и воспитаннейших леди и знать: кто-то готов убить ради выгодного брака.

— Тила тоже так считает?

— Она очень напугана.

Кариса вышла крайне задумчивой. Она периодически касалась пальцем кончика носа и глубоко вдыхала. Качала головой и повторяла все заново.

— Ваше высочество, — обратилась волчица к принцу, — вы не могли бы... Ах!

Элим попытался поймать падающую ди-Овар, и, естественно, на пол рухнули оба. Кариса же, отчаянно пытаясь встать, последовательно ткнулась чутким носом в такие местечки на теле принца, что Вьюга, если узнает, будет вынужден вызвать его высочество на дуэль.

Дезориентированный принц дважды свернул не в тот коридор, так что мы были вынуждены сопроводить его до самых дверей.

— Идем за мальчиками? — спросила Кариса.

— Нет, у них там сегодня какие-то учения, забыла?

— Я не знала, а ты знал? — повернулась я к эльфу.

— Вьюга говорил, — кивнул Лий. — Ты в это время наглаживала свое колечко.

— Неловко вышло.

— Неловко будет, если ты им об этом скажешь. Потому что мой любимый постоянно в таких вещах участвует, а для Верена это достижение. И он будет очень горд, — усмехнулась Кариса. — Готовьтесь завтра утром выслушивать нескончаемый поток малоинтересной информации.

Мы прошли в сад и устроились в беседке. Я с удовольствием посмотрела на проявляющиеся вензеля — подготовленная «подкормка» для цветов сбоев не давала.

— Там был подозрительный запах, — без предисловий начала Кариса. — Но вот что это — я не знаю. Он не природный, алхимический.

— Возбудитель?

— Тю, вот уж о чем я все знаю, — покачала головой ди-Овар. — Нет, не он. Надо думать и поговорить с Вереном, я различила некоторые ингредиенты.

— И что? Он будет смешивать составы до тех пор, пока не придет к идентичности?

— Я не знаю, что значит это слово, — глубокомысленно произнесла волчица, — но оно мне нравится.

— А меня — оскорбляет, — отозвался эльф. — Ненавижу быть с кем-то одинаковым.

— Прогуляем ужин? — предложила я. — Может, выйдем в город?

— Послезавтра, — предложил Лий. — А сегодня пойдем на ужин, мне из Академии отпишут, с кем общалась наша опозоренка. Вдруг среди невест все же есть ее знакомые?

Я воспользовалась своим статусом невесты принца и потерла сигнальный камешек беседки. Через пару минут пришел слуга, принял заказ для кухни и ушел, что-то злобно бурча себе под нос.

— Он совсем попутал? — обозлилась Кариса. — Здесь эльф, приближенный к лесному трону, я, близкая родственница главы клана, и невеста принца!

— Я не слышала ничего, — вздохнула я.

— Он выразил свое негодование тем, что вынужден прислуживать черни, въехавшей в рай на золотом детородном органе, — любезно просветил меня Лий. — И мне особенно обидно, учитывая, что предлог «на» обозначает мое незавидное положение.

— Вот последнее предложение вообще непонятно было, но да ладно, переживем, — проворчала я.

В беседке мы проболтали до самого ужина. Ели виноград, пили морс. У Карисы с собой были карты — так что время до ужина мы провели с удовольствием. Только пришлось бежать до малой канцелярии — за письмом.