Дочь кучера. Мезальянс - Евгения Мэйз

Лира закашлялась, выбравшись на берег. Пальцы сжали пригоршню разноцветных камешков, зарываясь в их разноцветный «песок».

– Психованный, – говорила она, кашляя и содрогаясь от налетевшего ветра. – Маньяк!

Она освободилась от юбок самостоятельно, но воздуха хватило только на это. Впрочем, сэгхарт не смылся, а вытянул ее наружу и теперь стоит рядом, также как она на четвереньках, выплевывает воду… Хотя нет. Уже сидит, освобождаясь от своего синего сюртука.

– Бешеная! Истеричка!

Их препирательства продолжались. Его успокоительное средство сработало так как надо: утихомирило и заставило улечься разгоревшуюся злость, но Лира даже не думала отступать.

– Это подлость! Использовать против меня магию!

Чернокнижник даже не думал затыкаться, стягивая и отбрасывая в сторону мокрые туфли.

– Это низко пользоваться своим слабым положением!

Лира отползла от него подальше, заставила себя подняться и оглянуться по сторонам. Идти здесь было некуда, кругом серые скалы, гремящий водопад, озерцо с бирюзовой водой и крошечное побережье, усеянное разноцветным стеклом. По середине озера расцвел зеленый лист кувшинки – это ее юбка всплыла на поверхность.

– Куда ниже, чем покупать себе невест и жен, опустив их до положения ночной вазы.

Граф поднялся и встал с ней рядом, взглянул в бирюзовое небо, улыбнулся чему-то своему, а потом вновь посмотрел на нее.

– Если это самая прекрасная ваза на свете, то почему бы и нет?»

Неожиданный и такой необычный комплимент сделал свое дело – Лира растерялась, открыла рот, чтобы возразить, тут же улыбнулась, нахмурившись, и покачала головой.

– Так я не ваза!

Его зрачок полностью поглотил яркую радужку при взгляде на нее. Это было странное ощущение – складывалось впечатление, что чернокнижник старается запомнить ее.

– Тогда не сравнивай.

Хорошее замечание и не поспоришь. Он ведь понял ее, но все равно уел.

– Чему вы улыбаетесь? – спросила она, отвернувшись. – По-вашему, это смешно?

– Думал, что когда-нибудь приведу сюда свою жену. Так и случилось.

Лира продолжала исследовать скалы. Она чувствовала досаду – она и в самом деле чокнутая истеричка. Мало того, что психанула, так еще и наорала, и исцарапала его. Вода хоть и смыла кровь, но ведь ссадина на месте.

– Подойди ко мне.

– Я слышу и на расстоянии.

– А вот я стар и глух, – его пальцы коснулись ее лица, пытаясь повернуть его к себе. – Мне жаль, что все случилось именно так. Я и в самом деле идиот.

– Мне кажется, что мы уже обсудили это, – проговорила она медленно. – Идиот, кретин и тугодум.

Лира отступила от него, хотя бежать то, по сути, было некуда – узкая кромка стеклянного песка, да ревущее рядом водяное «чудовище». Граф что-то решил для себя и прижал ее к себе, заковав в железный капкан горячих рук.

– Я просто привык к тому, что женщины сами бросаются на меня.

Лира приподняла брови, удивляясь этому просто признанию.

– И забыл, что за некоторыми нужны ухаживать.

Она могла не признаваться ему, но в ответ на эту фразу ее сердце уязвленно ёкнуло.

– Некоторые не считают тебя симпатичным, – проговорила она, наблюдая за тем, как бьется жилка вблизи адамово яблока – Не расстраивайся ты, так и не бери в голову.

Он некоторое время молчал, не отвечая ничего, рассматривал ее, а потом кивнул, словно согласился с чем-то.

– В твоем мире так? Я должен нравиться тебе?

– В моем мире по-разному, – уклончиво ответила Лира и вновь отвернулась, решив проглотить окончание фразы.

Она не любила наивность. С ней всегда все плохо заканчивалась. Без исключений. Несколько минут тому назад она вновь убедилась в этом.

– Отпустите меня, – попросила она его. – Мне нужно достать юбку!

– Подождет твоя юбка, – проговорил он ей в лоб. – Я ведь не зря притащил тебя сюда.

– Зачем?

– Разве ты не хотела поговорить и узнать мотивы моего поступка?

Лира подняла глаза, рассматривая сначала его подбородок, потом вновь перевела взгляд на царапину и даже прикоснулась к ее краям пальцем. След от ногтей уже не выглядел так страшно, затягиваясь прямо на глазах.

– Извините. Я вспылила. Меня не каждый день вот так замуж выдают.

Он как будто бы выдохнул, но не с облегчением, а с каким-то другим выражением глаз, как будто бы сдался и принял что-то.

– Через день?

Лира даже замерла. Кто-то очень быстро учится или всегда был таким… Ммм… Несносным?

– Нет, каждый четный вторник нового месяца.

Граф улыбнулся, но вот зрачки его так и не уменьшились.

– Я сделал это, чтобы успокоить общественность и твоего отца.

– Разумеется, – фыркнула она, стараясь больше не смотреть на него. – Было бы мне дело до нее.

Достаточно было объятий, что тревожили и все-таки смущали ее. Этот человек, а не его объятия удивляли ее своим непостоянством. То он орет, то извиняется, то делает что-то за ее спиной, то шутит и обнимает так словно они знакомы тысячу лет, и она пропустила что-то.

– А до Мерта Кауча тебе есть дело или, ты лукавила, а я, как дурак, засмотревшись на тебя, взял и поверил тебе?

Из каменного колодца не было выхода. Точнее они были, но все как один безумные и Лире не подвластные. Она не умела карабкаться по скалам, летать и творить волшебство, как этот парень. Очередной завуалированный комплимент отвлек ее от созерцания гор.

– Есть.

Лира закусила губу, качая головой и все еще дрожа под налетавшим и кружившимся среди них ветром. До нее стало доходить, но вот только было поздно и все равно не меняло ничего.

– Ты всего ничего в этом мире и не знаешь как быстро распространяются сплетни, новости и слухи. Не удивлюсь, если прочту о себе, тебе и всем произошедшем в доме, во дворце в завтрашней передовице. Будь готова неприятно удивиться тому, что они напишут о том куда, ты заходила, где была, что пила и ела.

Его ладони прошлись по ее телу, согревая. Стало чуть-чуть щекотно – маг не то использовал магию, не то и в самом деле был так горяч, но Лира почувствовала, как быстро сохнет на ней ее одежда.

– Прессу читают не только всякое графье, но и обычные люди. Для самых бедных ее размещают под стеклом в популярных и людных местах.

Лира кивнула, не улыбнувшись тому, что раньше могло насмешить ее. Графье!

– Вам тут заняться нечем?

– Есть, – выдохнул сэгхарт, запуская горячие пальцы в ее еще не высохшие волосы, – но развлекаться тоже нужно.