Белее снега, слаще сахара... - Ната Лакомка

— Где же мастер Лампрехт? — встретила меня вопросом принцесса, когда я вместе с мастером Римусом и его помощником вошла в зал, где стоял накрытый для завтрака стол.

Король сидел рядом с сестрой, и даже не поднял взгляда. Перед ним стояла тарелка с нетронутыми гренками, поверх которых лежали яйца, сваренные без скорлупы, и политые желтым горчичным соусом, а сам его величество мрачно гонял ложечкой чаинки в чашке.

— Хозяин отправился добывать редкие пряности, ваше высочество, — солгала я, потому что за правым плечом принцессы, с салфетками наперевес, стояла барышня Диблюмен. Баронессы не было видно, но облегчения я от этого не испытала.

Мы с мастером Римусом поставили на стол блюда со сладостями, и я впервые с начала состязания не испытала волнения.

— Расскажите, что вы приготовили? — спросила принцесса мастера Римуса, рассматривая белоснежные брусочки. — Как приятно пахнет…

— Это нуга, — объяснил мастер Римус, раздуваясь от гордости, как индюк. — По секретному рецепту города Монтелимара.

— Да, я пробовала ее, — принцесса взяла кусочек. — Говорят, она готовится из смеси трех орехов, поэтому ее и назвали «ореховый пирог».

— Вы совершенно правы и в то же время заблуждаетесь, ваше высочество, — льстиво заговорил мастер Римус. — Да, для того, чтобы сделать эту великолепную сладость, нужны три вида орехов — миндаль, орехи лещины и фисташки…

Услышав про орехи лещины, я вздрогнула, и сразу же увидела, как Клерхен насмешливо прищурилась.

— Осмелюсь сказать, — прозвенела она своим серебряным голоском, — именно орехи лещины придают монтелимарской нуге ее неповторимый вкус. Фисташки безвкусны, миндаль недостаточно ароматен, и только лещина обладает и вкусом, и запахом. Такое удовольствие, когда раскусываешь ее ядрышки!..

Я почти с ужасом наблюдала, как принцесса пробует нугу. Кто знает — не подсунули ли злодейки несчастного мастера Лампрехта на съедение?!.

— Ваше высочество, — опять зазвенела Клерхен. — Разрешите попробовать и барышне Цауберин? Пусть она убедится, что вы судите честно.

— Да, отличная мысль! Пусть мастера попробуют блюда друг друга! — согласилась принцесса. — Милая барышня, попробуйте!

Глаза Клерхен так и искрились насмешкой, а я с трудом сдержала подступившую к горлу тошноту. Отказаться? Вызвать недовольство принцессы?.. Но смогу ли я проглотить хоть кусочек?..

— Чего вы ждете? — поторопила меня Клерхен. — Или хотите что-то сказать? Так говорите, не испытывайте терпение ее высочества и его величества.

«Говорите…», — она откровенно издевалась надо мной.

Я стиснула зубы, призывая себя к спокойствию. Если я сейчас закричу про ведьм и превращенного мастера Лампрехта, меня точно сочтут безумной.

— Простите, ваше высочество, — сказала я медленно, — но я не стану есть нугу, приготовленную мастером Римусом.

— Отчего же? — принцесса вскинула брови, глядя на меня удивленно и огорченно.

— Потому что я знаю вкус этой нуги, — ответила я. — Это не монтелимарская нуга. Пусть рецепт и воссоздан почти точно, но — нет. Это не то самое лакомство.

— И чего же в нем не хватает, позвольте спросить? — сказал мастер Римус с раздражением. — Сдается мне, вы красуетесь перед их величествами, барышня Цауберин. И за какими такими пряностями отправился ваш хозяин? Может, он просто сбежал, испугавшись честной конкуренции? — он засмеялся, и помощник поддержал его.

Я тоже улыбнулась, хотя улыбка далась мне с трудом:

— В настоящую монтелимарскую нугу, мастер, добавляется лавандовый мед, а вы заменили его простым, липовым медом. Он, конечно, ароматен, но слишком сладкий на вкус. Вашему блюду не хватает капельки горчинки, которую добавляет лаванда. Поэтому — простите. Вашему блюду меня не удивить. А раз так — то и пробовать не стоит.

— Девчонка!.. — вспылил мастер Римус, побагровев, но сразу же взял себя в руки и почтительно потупился. — Впервые слышу про лавандовый мед, ваше высочество. Уверен, что барышня Цауберин придумала это только сейчас. Боится проиграть.

Но принцесса прожевала кусочек нуги с сомнением.

— Мне кажется, она права, мастер Римус, — сказала она мягко. — Все же у монтелимарской нуги немного горьковатое послевкусие… Но ваша нуга тоже очень вкусная!.. Иоганнес, попробуй, — обратилась она к брату.

Король с отвращением положил в рот белый кусочек, прожевал и кивнул, ничего не сказав.

Теперь наступила очередь моего блюда.

— Что приготовили вы? — принцесса с любопытством подняла серебряную крышку с блюда. — Бисквит в карамельном соусе? А почему карамель такая светлая? Как это называется?

— Это блюдо называется «Три обмана», — сказала я, пытаясь поймать взгляд короля.

Сказать по правде, это было четыре обмана, потому что это лакомство называлось «Три молока». Но у меня были причины, чтобы изменить его.

— «Три обмана»? — ахнула принцесса. — Почему же?..

— Подавая вам это блюдо, — начала рассказывать я, все больше распаляясь гневом, потому что король упорно не поднимал глаз, хотя раньше постоянно таращился на меня, — повар обманывает вас трижды. Вы думаете, что это — бисквит, но это не бисквит. Вы думаете, что это — крем, но это не крем. И, наконец, вы думаете, что это карамель, но это — не карамель.

Мастер Римус громко хмыкнул, но мне было не до его хмыканья.

«Посмотри на меня! — мысленно кричала я Иоганнесу. — Догадайся, что я не просто так заговорила об обмане! Ну же! Король, который считает себя самым умным! Разгадай мою загадку!».

— Как загадочно, — принцесса ложечкой отделила кусочек бисквита и попробовала.

— Бисквит и крем, ничего особенного, — сказал мастер Римус. Сказал, вроде бы, своему помощнику, но так, что услышали все.

— Нет-нет, — принцесса попробовала еще и улыбнулась покачав головой. — Это и в самом деле не простой бисквит. Он такой нежный, словно весь пропитан кремом… Но это не крем… И карамель… Вы правы — она совсем не карамель… О! Я запуталась!.. Попробуйте сами!

Поколебавшись, мастер Римус и его помощник взяли по тарелочке, предложенной фрейлинами, и попробовали мой бисквит.

— Что за… — мастер вовремя осекся и зло нахмурился.

— В чем тут секрет? — принцесса положила бисквит на фарфоровую тарелочку и поставила перед братом.

Король вяло ковырнул угощение, попробовал и снова кивнул — точно так же, как когда попробовал нугу.

— Секрет тут в том, что скрыто, — мне оставалось лишь мысленно проклинать его величество за недогадливость. — Бисквит приготовлен на молоке и сливочном масле, поэтому по вкусу больше напоминает кекс, но хорошо держит форму. Вместо того, чтобы прослоить его кремом, мы выдержали бисквит в смеси из трех видов молока — сливок, молока обыкновенного и молока уваренного с сахаром до густоты. Это помогло избавиться от сухости. Ведь каким бы ни был бисквит, он все равно суховат, и требует пропитки сиропом. А здесь он пропитан кремом — нежнейшим, сладким, и это придает ему мягкость и шелковистость. И, наконец, карамель — она сварена на сливках. Вот почему у нее такой нежный вкус, как у ирисовых конфет.