Твой плен - Нидейла Нэльте

Когда впереди появилась тёмная фигура, Лунар поставил Сафиру на землю, нащупывая меч. Но девушка качнула головой:

– Это Кадим.

Лунар кивнул.

– Ты устал, наверное? – пробормотала предводительница, придерживаясь за него. Стоять самой было очень сложно.

– Вот ещё, – хмыкнул воин, слегка разминая руки.

Снова подхватил её.

– И что у вас тут случилось? – недовольно проворчал вырванный призывом из сна Кадим. – Она что, идти не может?

– Будешь нас охранять, смотри внимательно, – приказала Сафира.

Кадим презрительно фыркнул, но переданный меч принял.

Один раз на пути встретились двое, но едва Кадим махнул мечом, как они тут же растворились в сумерках.

Когда подходили к таверне, Сафира почти физически ощущала напряжение в руках Лунара, но дыхание его было таким же ровным, и шёл он всё так же спокойно, словно без особенных усилий.

Занёс по лестнице, уложил на кровать. По дороге сказал Кадиму, чтобы тот зажёг от очага в зале одну из свечей, оставляемых хозяевами для постояльцев.

Кадим нехотя послушался, не желая получать ещё один приказ от Сафиры.

– Тебе нужно переодеться, – пробормотал Лунар, зажигая свечу свечой. Начал перебирать купленные вещи, хмыкнул, подняв корсет, достал рубаху, приобретённую для него. – Надень пока это.

Сафира хотела возмутиться, но поняла, что воин прав. Тело должно отдохнуть, чтобы восстановиться хотя бы вполовину.

– Справишься?

Она кивнула, бросила Кадиму, чтобы переждал за дверью.

– Давай помогу, – проговорил Лунар, прежде чем она успела отослать и его.

– Сама, – буркнула Сафира. – Отвернись.

Кое-как стащив порванную куртку и натянув вместо неё рубаху, Сафира упала без сил. На брюки её уже не хватило, предводительница ощутила, что отключается.

Слышала, как заходит Кадим, как поворачивается Лунар – видимо присматриваясь, заснула ли.

– Что случилось? – поинтересовался мараг.

– Ранение, – коротко отозвался Лунар.

– Почему лекаря не вызовешь?

– Залечил.

– Чем?

– С помощью её волос.

– Приказала?

– Нет.

– Тогда зачем?

– До лекаря не дошли бы.

– У тебя была возможность освободить нас… освободиться от этой дуры, и ты не воспользовался?!

– Не сомневался, что ты так скажешь, – хмыкнул Лунар.

– Почему ты не дал ей умереть?!

– Тебе не понять.

– Ты всегда был… упрямым тупоголовым идиотом!

– С твоего позволения, я немного посплю. Устал, знаешь ли. Покарауль, что ли.

– Покараулю, – прошипел Кадим. – Она же не сняла приказ защищать вас.

***

Когда Сафира проснулась, солнце давно перевалило за полдень. Воины молча сидели на полу, похоже, успев уже перепробовать множество занятий и не найдя подходящей темы для беседы.

Оружие блестело, вещи были сложены, всё порванное вчера – зашито. Сафира обнаружила, что лежит без брюк, собралась было возмутиться, но остановила себя. Хотелось думать, что Лунар не подпустил бы к ней Кадима.

– Ну как? – поинтересовался Лунар, поднимаясь.

– Есть хочу… – пробормотала Сафира, ощущая почти невыносимый голод.

– Ещё бы, – хмыкнул воин, придвигая поднос с пирогом. – Сейчас закажем.

Бросил взгляд на Кадима, но решил заняться заказом сам, вышел за дверь.

Девушка вцепилась в кусок, словно не ела дюжину дней.

– Жаль, что меня рядом не было… – прошипел сквозь зубы Кадим. – Я не дал бы ему совершить такую глупость.

– Не сомневаюсь, – холодно отозвалась Сафира.

События прошедшей ночи казались словно подёрнутыми пеленой тумана, но благодаря воинской привычке она их помнила и смогла бы восстановить достаточно точно.

Хм… Сафира ощутила, как щёки розовеют. Поцелуй… нужно будет спросить, разобрался ли Лунар. Покосилась на Кадима – нет, пожалуй, не при нём.

– Ты чего? – подозрительно поинтересовался мараг.

– Не твоё дело, – хмыкнула Сафира.

В этот момент наконец появился Лунар:

– Сейчас принесут.

– И ванну… – пробормотала предводительница.

– Распорядился, – улыбнулся воин. – Сафира… может, мы с Кадимом слетаем, посмотрим, что там на реке?

– Нет!

– Пока ты будешь восстанавливаться…

– Нет! День ничего не решит, завтра вместе полетим.

– Уверена?

– Уверена. Может, полностью силы и не восстановлю, но с гнарана не свалюсь.

– Их бы проведать не мешало.

– Вот Кадим пусть и займётся, до вечера время есть, а я его видеть не желаю.

– Я пошёл, – поспешил подняться мараг, пристраивая на пояс и-плеть.

– Возьми, вчера купил, – произнёс Лунар, протягивая Кадиму огниво.

Сафира недовольно взглянула на него, но промолчала. В конце концов, если мараг сможет сам обеспечить себя едой, не придётся тратить на него лишние деньги.

– Желаю хорошо повеселиться в роли няньки, – хмыкнул тот, притворяя за собой дверь.

Сафира чуть не вернула его, но удержала себя. Кадим был бы не Кадимом, если бы не сказал гадость напоследок, а ей давно пора научиться сдерживаться, не давать ему повода получать удовольствие от того, как злят её слова.

Пока она ела, Лунар молча сидел на полу, опершись о стену и наблюдая. Потом принесли лохань, и Сафира отмокала за ширмой, смывая засохшую кровь.

Шрам на груди, ещё болезненный и розовый, но уже полностью затянувшийся, почти не заботил: вскоре совсем исчезнет. А вот то, что Лунар не ушёл, не бросил, отдавало в сердце странным, приятным томящим привкусом.

Ведь мог же. И если бы она умерла – появился бы новый трёхцветный, ничто не мешало воину вернуться и завершить свои дела. Даже если для их осуществления необходимы трёхцветные обоих Рогов.

– Ты… разобрался? – поинтересовалась наконец, надев обратно мужскую рубаху и кутаясь в полотенце.

Лунар взглянул на неё, как-то сразу понял, о чём речь, повёл плечами:

– Нет пока, мало данных.

Почему-то очень хотелось спросить, понравилось ли ему, но предводительница лишь молча залезла в кровать и укрылась одеялом. Она ощущала себя ужасно уставшей, как после длительной лихорадки.