Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя - Евгения Александрова

Глава 24. В Нейшвиль!

Но вместо того, чтобы говорить, мы оба потянулись к мечу. Рейнард успел первый, поднялся и подхватил проклятый клинок, покрутил с любопытством одной рукой.

– Лучше заберу его себе.

Вот же зараза! Но уж нападать на него снова я не буду!.. Я рассеянно подумала, что мое самообладание в прежнем мире было получше, даже в том разговоре с Тимуром. Здесь же и с Рейнардом всё рухнуло к чертям, и я усиленно пыталась выровнять дыхание.

– И что теперь? – фыркнула я, поднимаясь с земли и стягивая на груди накидку. Прогнала чертову слабость в ногах. – Исполнишь свою клятву мести? Что ж тогда не пустил в пропасть к Зверю?!

Он ведь нарочно привёл меня сюда! Мог просто сказать про жертву ещё в темнице, но хотел моего страха, а может, и смерти в чертовой пропасти.

Рейнард взглянул на меня внезапно серьезно, хотя в глазах еще маячила тень сомнений.

– Потому что я не убийца. Я верн-нусь в Нейшвиль.

Он кивнул на ножны от меча на моем поясе, я хмыкнула, но расстегнула и сняла перевязь, представив, что будет, если Рейнард примется делать это сам. Бросила ему, продолжая держаться на расстоянии.

– Тебя посадят обратно в темницу! Там всё еще мои люди.

– Увидим.

– Тебе не избавиться от проклятия без меня.

Принести чудовищную жертву невозможно, но вдруг мы могли бы как-то удержать Зверя от жажды новых незаслуженных смертей, как те горняки в шахте?! Не знаю как, но для чего-то нас свело и в этом надо разобраться.

– Тринадцать лет прожил без вас, Ваша Светлость, и сейчас проживу. – Он взглянул на меня оценивающе, не определившись, стоит ли довести всё “до конца”. – Думаю, за возвращение тебя в целости и сохранности Эльденгерд многое бы отдал.

– Что ты о нем знаешь! – сделала я шаг назад, чувствуя, что губы по-прежнему горят от досады.

И лицо мое горит от той же досады, что я отозвалась на этот проклятый поцелуй.

– Кое-что знаю. Несчастный, безответно влюбленный рыцарь…

– Ну-ну! Давай посмотрим, что он скажет на твое возвращение.

– Главное, что скажет король. Одинокая женщина у власти его не убедит, уж поверь. А я докажу родство, верну титул и намерен отыскать что-нибудь про сделку со Зверем. Без меня ты точно так же не избавишься от проклятия, да, г-герцогиня?

Рейнард сделал приглашающий жест мечом, мол, после вас, леди. Или то была угроза, что он всё равно сильнее и ему ничего не стоит вернуть меня как пленницу. Заложницу. И потребовать за мою жизнь свой чертов замок – и Эльд, конечно, пойдет на это.

Всё это превратилось из драмы в какой-то фарс. Я отвернулась и молча пошла по тропе наверх, не оборачивалась, чтобы не видеть его лицо, и вместо этого зачем-то вытащила из выреза медальон. На передней стороне было написано витиевато и по кругу: “Рейнарду Тэмхасу от отца Говарда Тэмхаса”. В центре круга мелко был изображен герб. А на задней был портрет, видимо, отца.

От причастности к этой больной теме стало не по себе. Я представила, каково это быть тринадцатилетним подростком, на глазах у которого ночью режут его родителей. Представила, как он молча орал, прячась где-нибудь, пока супруг леди Найрин ходил по замку, собирая кровавую жатву. Наверное, я бы сама немного сошла с ума и не знаю, смогла ли дальше верить людям, которые способны на подобные жестокости.

Я остановилась и молча отдала медальон Рейнарду. Ни я, ни настоящая леди Найрин не виноваты в тех событиях.

– Больше не боишься Зверя? – Рейнард подошёл ближе и забрал медальон из моей руки, смерив меня проницательным взглядом.

– Тебе нужнее. Это ведь память.

– А это похоже на сожаление, – протянул он. – Или совесть теперь мучает?

– Я не виновата, уже говорила, – устало отозвалась я