Змея и Ворон - Екатерина Оленева

– Допустим. Но спать-то с ним тебя что заставило?

– Накануне похищения я подслушала разговор родителей. Отец говорил о том, что, весьма вероятно, что у меня могут быть дополнительные особенные способности, которые могут проявиться после того, как я… ну, сам понимаешь?…

– Лишишься девственности? – с жёсткой усмешкой спросил Дэмиан и два ярких пятна вспыхнули на его скулах.

Лихорадочный румянец, придававший ему болезненный вид.

– Так ты решила проверить, что это за особенные способности.

– Забегая вперёд, скажу, что отец не ошибся. Ко всем прочим моим «прелестям» я ещё и суккуб. Я могла тебе навредить.

– Так ты договоришься до того, что спала с ним из-за меня? Ты получше ничего не могла придумать?!

– Ты хотел правду? Вот тебе правда! Ешь её, с чем хочешь. Я переспала с Вороном, во-первых, в надежде усыпить его бдительность и сбежать, во-вторых, рассчитывая посмотреть, что это вообще такое…

– Трах?

– Быть суккубом.

– Ну, и как?

– Для партнёра – почти смертельно опасно. Для меня – лишний резерв сил. Бонусом для обоих… но об этом, прости, я говорить не буду. Но ты можешь догадаться сам, – щёки Александры покрыл лёгкий стыдливый румянец.

– Твой план сработал, в итоге, против тебя самой. И что теперь? Что ты сейчас обо всём об этом думаешь? Что ты к нему чувствуешь?

– Что можно чувствовать к человеку, который сначала тебя похищает, потом использует, потом пытается убить?

– Вот и мне интересно, поэтому и спрашиваю. Так ты его ненавидишь?

– Мне плевать на него.

– Правда?

– Правда.

Продолжить разговор не получилось. Дэмиана срочно вызвали вниз и Александра получила желанное уединение и возможность наконец-то вздохнуть свободно.

При дневном свете дом ей ещё ни разу не приходилось видеть, а посмотреть было на что.

Окна её комнаты выходили на фасад здания, закрывающего остальной вид. Из окон можно было видеть лишь широкую, вымощенную кирпичом дорожку, за которой кое-где виднелись скрытые туманом деревья. Александра подозревала, что они всего лишь очередная иллюзия, как и кусты жимолости под окном. Она помнила, как блуждала с Хэйсом по каменистым берегам – на деревья там не было и намёка. Ведь это остров. Каменистый остров. А дом в реальном мире стоял лишь наполовину, но большая его часть располагалась в мире Граней, что и делало его неуязвимым для обычных людей.

В коридоре светились газовые лампы. В первый момент это показалось странным, потом Александра вспомнила, что молодость отца пришлась как раз на конец девятнадцатого века, когда электрический свет был всем в диковинку, а магические дома подстраиваются под желания хозяина.

Ковры здесь были повсюду, во всех комнатах, такие мягкие, что нога уходила в них едва ли не по щиколотку. В общем дом выглядел… странным. Местами ощущения возникали такие, какие испытываешь только во сне. Сюр.

И зеркал, и странных претенциозных картин, и статуй, и массивных бронзовых курильниц на витых ножках было в большом избытке.

После всех сумеречных переходов яркий свет гостиной, когда она вошла туда, оказался Александре слишком ярким. А открывшаяся картина – слишком странной.

Ворон спокойно сидел в кресле, словно был гостем, а не пленником. Его резкое лицо в ярком свете показалось Александре бледным, как мел. Она в недоумении скользнула взглядом по изысканному костюму, на её вкус, слишком старомодному – в прямом смысле слова. Одежда смахивала на камзол 18 века. Обшлага рукавов украшали кружевные манжеты, а воротник рубашки – жабо. Все это переливалось, как цветочные лепестки в росе, мелкой бриллиантовой крошкой. Тёмные волосы резко контрастировали с прозрачной кожей. Синие глаза горели тёмным пламенем с бесстрастного лица.

Обычно в свете дня всё выглядит обыденней и проще, но Ворон и сейчас оставался нереально, нечеловечески красив и это (неожиданно) раздражало.

– Судя по выражению лица, ты мне, похоже, не рада? – с коротким смешком проговорил он, склоняя голову к правому плечу.

– Как тебе удалось выбраться из темницы? И, если уж ты исхитрился это сделать, почему всё ещё здесь? Отчего не сбежал?

– С чего мне сбегать, я же только пришёл? Да и у вас тут так весело, а это только начало – дальше, думаю, будет ещё веселее. Про темницу скажу, что не было никаких темниц. Возможно, после прошлого раза твой отец решил, что в моём случае решётки не имеют смысла? Или подумал, что пришедший добровольно уже не пленник, а гость? Или ему нравится играть, как и мне – я не знаю, но меня не запирали. И позволили ходить, где хочу.

– Приятно знать, что тебя не посадили на цепь и не бросили в подвал за решётку. Хотя, позволять тебе свободно передвигаться ходить по дому, всё-таки, слишком… хм? – рискованно. Мало ли, что может прийти в твою странную бедовую голову. Ладно, приятно было повидаться и убедиться, что у тебя всё хорошо. Пока.

Александра повернулась к двери, но та с треском захлопнулась перед её носом

– Не делай вид, что собираешься уйти, – проговорил Ворон, покачав головой.

– Я не делаю вид – я действительно собираюсь уйти. Или, теперь правильнее будет сказать – собиралась?

– Не так быстро, мы ещё не договорили.

– Я всё сказала в прошлый раз. Добавить к сказанному мне нечего.

– Ну, ты могла бы, например, сказать о том, как тебе вчера было мучительно жаль смотреть на то, как меня пытают? Или как обливалось твоё бедное сердечно от любви ко мне, страха за меня и нежности? – протянул он язвительно, насмешливо щурясь. – Мне было бы приятно послушать.

– Не в этой жизни, как максимум и не в этот раз, как минимум, Ворон. Ни о чём я не жалею. Ты получил то, что заслужил. Нечего было тянуть свой длинный язык.

– Не сомневаюсь, ты бы предпочла, чтобы я тянул его при других обстоятельствах?

– Теперь предполагается, что я зальюсь краской смущения? О! Вся так и горю со стыда!

– Ладно-ладно, можешь не продолжать, ты меня убедила. Ты самое бессовестное, распущенное существо на свете.

– Убеждать тебя в этом нет никакого смысла: ты изначально в этом убеждён. Или, правильнее сказать – предубеждён? Я просто не люблю обманывать чужие ожидания.

Ворон криво улыбнулся, не разжимая губ:

– Такой красивой женщине, да ещё с такими задатками сложно не оправдать чьи-то ожидания.

– Открой дверь, пожалуйста. Я хочу уйти.

– Рано тебе уходить, мы не закончили разговор. Честно говоря, мы его даже ещё и не начинали. Не могла бы ты присесть? Не люблю, когда кто-то нависает надо мной, как Пизанская башня.

– Так в чём же дело? Просто встань и тогда мне придётся глядеть на тебя сверху вниз, – язвительно ответила Александра.