В интересах государства - Алекс Хай

Я едва успел припасть к земле и спрятался за могильным камнем — пронесшиеся над головой пули вспороли дерн на клумбе за нашими спинами. Одна очередь. Вторая. Да сколько же их там было?

Где-то рядом звенели металлические кресты, от которых рикошетили пули. Крошка от испорченных каменных надгробий запорошила глаза.

Селяне с криками метались по аллее, безуспешно пытаясь найти укрытие. Сильнее всего не повезло тем, что почти подошел к воротам — там не было ничего, кроме каморки сторожа и газона. Невинные люди умирали на моих глазах, а я не мог им помочь — слишком далеко, чтобы попробовать выставить для них «Покров».

«Берегиня» вспыхнула вокруг меня насыщенным янтарным светом. Когда закончилась автоматная очередь, я осторожно высунулся из укрытия.

— Пап! — позвал я. — Жив?

— Да…

Я повернул голову на звук его голоса и тут же снова спрятался — новая очередь прошла совсем рядом. Отец был недалеко — всего в пяти-семи шагах от меня, тоже успел спрятаться за массивной скульптурой, но добраться до него я не мог. Чтобы пробежать, требовалось пересечь просеку — то есть выйти на открытое место. Я не был так уверен в своей защите.

Отец склонился над дядей Андреем, выставил хиленький барьер — и зря. Сияние Благодати лишь сделало их мишенью. В барьер тут же полилась новая очередь. Достигнув «Покрова», пули словно увязывали в плотной энергетической субстанции, теряли скорость и проходили сквозь силу как через очень плотное желе. Я не знал, сколько его барьер мог выдержать. У отца был восьмой ранг — возможности далеки от безграничных. Зато «Покров» хотя бы давал возможность успеть пригнуться.

Значит, от осколков стекла тогда отец смог нас защитить, а от пуль уже не особо. Выходит, барьер реагировал на скорость и силу пущенных снарядов?

— Миш! — рядом, всего метрах в двух от меня, за склепом пряталась Матильда. Наставница сгребла в охапку Олю. — Цел?

Я кивнул.

— Уведите сестру и бабушку. Я попробую вытащить мужчин.

— Погоди.

Матильда резким жестом стащила с головы шляпку и выбросила, а сама аккуратно обошла укрытие. Руки она держала наготове, чтобы в любой момент активировать «Покров».

— Ждут, сволочи.

Это я уже тоже понял. Сельские — те, кого не зацепило — бросились врассыпную. С визгом, криками. Кто-то не смог идти и лежал, крича от боли. Другие рухнули без движения. Тихое кладбище наполнилось стонами и воем. По сельским огня больше не открывали, и это означало одно — пришли за нами. За моей семьей.

Матильда вернулась к Оле.

— Мобильником пользоваться можешь?

— Д-да… Я же… д-десятка…

— Отлично. Отойди от меня на несколько метров и звони. Номер продиктую, — Матильда оттолкнула сестру подальше к зарослям и прочь с линии огня. — Пять-восемь-восемь-сорок-пятнадцать. Запомнила?

Оля кивнула.

— Это номер ассистента Корфа. Скажи, что звонишь по моему поручению. Передай, что на нас напали, и укажи место. Пусть приезжают немедленно. А потом спрячься. — Матильда сильнее толкнула Олю в кусты, и мне показалось, что растерявшаяся сестра даже упала, но быстро поднялась. — Все, пошла! Бегом!

Я поискал взглядом бабушку. Как сквозь землю провалилась. Ладно, не бегает по кладбищу в панике — уже хорошо. Может успела убежать вместе с сельскими? Хорошо, если так.

Со стороны камня, за которым прятались отец и дядя Андрей, послышался короткий стон и ругань.

— Ранены?

— Андрея зацепило, — отозвался отец. — Не сильно.

Мы с Матильдой переглянулись. Жаль, что я не успел освоить ментальные переговоры.

Я перераспределил больше силы в уплотнение «Берегини» и попробовал вылезти из укрытия. В этот момент со стороны ворот раздались выстрелы. Короткие, одиночные. В ответ — снова очередь.

Пора!