Последняя секунда Вселенной - Алиса Веспер

Да, теперь помещение выглядело иначе. Но она вдруг поняла, что почти не помнит, каким было это место в той жизни.

Теперь же все казалось слишком уж декоративным. Сухие цветы в вазах, фотографии на стенах. В других комнатах тоже все изменилось. И совсем негде сидеть, кроме пары кресел и дивана в гостиной.

– Видно, к тебе приходит не так уж много народу. Кажется, что даже ты дома не живешь.

– Какая разница? Что с тобой случилось? Тогда, до того, как мы попали сюда?

– Я снова стала собой. В последние секунды до того, как…

– Случилось Перевременье, – закончил Эйрик.

Саншель кивнула. До того, как случилось Перевременье.

– Это какой-то перезапуск? – спросила она.

– Не знаю. Когда ты все вспомнила?

Когда? Интересный вопрос.

– Да вот буквально полчаса назад. Я… читала про Айвина в газете. А ты?

– Когда услышал тебя. Тогда и нахлынуло.

Они немного помолчали.

Шелл взяла вешалку из зеркального шкафа в прихожей и повесила мокрое пальто на ручку входной двери. Затем прошла в ванную и оттуда спросила:

– С каких это пор ты предпочитаешь ванну душевой кабине?

– Не представляю.

– Не против, если я воспользуюсь ей по назначению? А то у меня-то как раз душевая кабина.

– Хорошо, – ответил он. – Я пока заварю чай.

Он ушел на кухню. Вот так просто, как будто ничего не случилось. Но все изменилось. Мир изменился. Они изменились. Теперь Саншель чувствовала магию, которой была лишена в том мире. В той жизни.

Эйрик тоже обрел нечто новое, чего не было в прошлой жизни. Свой собственный дар.

Второй шанс.

ПАРАДОКС

Пробуждение было резким и болезненным.

Аннабель жутко вспотела и потому встала с постели сменить ночную рубашку. Пока шла в ванную комнату, то вспоминала свой сон. В нем были и приключения, и путешествия, и магия, и любовь. Только детали сна ускользали очень быстро. Кажется, там был ее четвероюродный кузен Эйрик, которого она видела пару раз в год, когда ездила в Аньесхеде. И кто-то еще, кого она знала. Или не знала?

Аннабель вдруг почувствовала, что потеряла нечто важное. Только не знала, что именно.

Где-то глубоко внутри засела маленькая, но очень острая заноза.

Что-то было не так.

Что?

ПРОБУЖДЕНИЕ

Саншель отмокала в ванне, а Эйрик сидел рядом в кресле-мешке. Он пытался вспомнить, какой была его ванная комната в прошлой жизни, но получалось плохо. Вроде бы тогда все было в бежево-голубых тонах. Сейчас преобладала черно-белая гамма.

Саншель с любопытством смотрела на него, чуть склонив голову. Такая знакомая. Такая близкая. Но он ничего не знал о ней.

– Ты совсем другой, – сказала она.

– Неужели?

– Ты стал… цельным.

– Как лесной орех, – кивнул Эйрик.

Саншель закатила глаза. Что ж, ей никогда не нравились его шутки. И он мог ее понять. Но она вмиг посерьезнела.

– Что случилось с тобой, когда я исчезла там, на озере? – спросила она.

– Я кое-что вспомнил о своем детстве, – Эйрик сглотнул. Слова явно давались ему с трудом. – Оказалось, что в детстве я обладал магическим даром. Но мой дед его вырезал или что-то вроде того, а моя мать погибла, защищая меня.

– Мне так жаль, – прошептала Саншель.

Улыбнувшись, Эйрик махнул рукой. Не о чем тут говорить. В этой жизни мама не погибла во время ритуала, когда дед пытался лишить его магии. Она погибла позже, вместе с отцом, когда они отправились изучать океан. В обоих мирах его родители погибли, пускай и в разное время.

– Перейдем к более важным вопросам. Почему мы вернулись в прошлое? И почему мы попали именно сюда? – спросил он. – Это ведь совсем другой мир. У тебя есть идеи?

Саншель лишь пожала плечами.

– Я не понимаю, почему именно сюда, – продолжил он рассуждать вслух. Иногда это помогало. – Почему именно сейчас? Через двадцать восемь дней я должен познакомиться с Айвином. Он даст мне взглянуть на черновик своей рукописи, я влюблюсь в его язык и решу напечатать его книгу. А это значит, что через восемьдесят семь дней ты возьмешь у него интервью. Еще через двести пятьдесят девять дней с ним познакомится Аннабель. Познакомилась бы, если бы жила здесь. Но это другой дом. Другой мир. И это все не имеет смысла. Никакого. Или Перевременье так и работает? Я пока сам ничего не понимаю.

Саншель закрыла глаза. Судорожно вздохнула. И отрывисто заговорила:

– Я еще кое-что помню. Когда я исчезла у того озера, я не просто попала в другой мир. Кажется, я попала в другое время. В прошлое. Я помнила лишь свое имя и какие-то отрывки из жизни. Я долго бродила. Искала что-то, пока не пришла к ведьме. Той, которая исполняет желания. Она обманула меня. Заставила поменяться с ней местами, и… И очень долгое время я была ею. Кажется, что я провела там десятилетия. Может, больше. Но здесь, в этом мире, прошло не так много времени, да? Все было так странно. Потом ко мне пришла Аннабель. Она ведь должна все вспомнить, да? – Саншель схватила его руку двумя руками, окатив остывающей водой. – Должна?

Но этого Эйрик тоже не знал. И это незнание раздражало. Обычно он мог хотя бы примерно мог предположить, с чего начать. Но не сейчас.

– Мы должны поехать к ней. Если она вспомнила и сейчас она одна, мы должны быть рядом.

Эйрик кивнул.

– Завтра утром я отправлю телеграмму. У нее нет телефона, но я нашел адрес. Мы поговорим с ней и все узнаем. Но нужно быть осторожными. Если она не помнит нас и ту жизнь, может, мы и не должны ей говорить.

Саншель пораженно уставилась на него. Эйрик развел руками.

– Может, ты и прав, – неохотно согласилась она. – Так где Аннабель сейчас? Надеюсь, не в замке с каким-нибудь замшелым муженьком.

– Совсем нет. Сейчас она живет обсерваторией у Онтического глинта[21].

Саншель приподняла бровь.

– Разве там была обсерватория?

– Там была водонапорная башня, но Аннабель получила грант от университета Аньесхеде, и башню превратили в обсерваторию. Я был одним из тех, кто его подписал.

– Ты молодец. И Аннабель молодец. Это ведь то, чего она хотела. – Саншель облокотилась на край ванны и легла щекой на свою руку.

– Ты устала? – спросил Эйрик, впрочем, ответ был очевиден.

Хоть какой-то ответ он знал.

– Давай вылезай. Вода уже почти остыла.

– Мне ле-е-ень.

Саншель протянула к нему руки, Эйрик поднял ее на ноги и протянул полотенце.

Она надела белый пушистый халат и замялась.

– Я не понимаю, как теперь правильнее. Остаться или уйти.

– Куда ты