Фрейлина. Предотвратить - Тамара Шатохина

- Обещаю…

Потерянно кивнув ожидавшему за дверью Головину, Костя вышел из помещения на улицу, постоял там...

Почему-то было стыдно и грустно. Тяжело.

Что отец работает на износ, Костя знал и раньше, хотя всех объемов тогда не представлял. Но и обожал, и восторгался им... почти боготворил. Все осталось, как прежде – понимание только добавило уважения, может еще встревоженности.

Отчего же сейчас чувство такое… будто обрезали крылья? Только он расправил их, только взлететь собрался, а тут!..

А все дело в Таис – понял он вдруг. Все дело в ней.

После сегодняшнего разговора он просто не сможет…

Глава 16

Пару дней было тихо. За нами не присылали и никуда не приглашали. Дни походили один на другой, разве что я смогла уговорить Фредерика на прогулку во внутреннем парке.

Чтобы не помешать хозяевам, мы оделись теплее и вышли уже в поздних сумерках, почти ночью. И совершенно случайно не прогадали.

Это было чудо – великолепное ночное небо, наполненное «падающими звездами».

Странно… вспоминала я – обычно пик Персеид приходился на 12-13 числа августа, но то по новому стилю… думать об этом и вычислять даты было лень и, затаив дыхание, я просто любовалась. Фредерик тоже.

Присев на скамью и откинувшись на ее спинку, задрав головы мы смотрели на небо.

- О! Ох! Еще она, а вон еще… - не получалось сдержать восторга.

- Она? Вы полагаете – все это падающие звезды? – мягко и снисходительно поинтересовался муж.

- А что тогда, если не они? – решила я, что иногда полезно дать повод мужчине почувствовать себя умнее и значимее.

- Ранее их называли слезами святого Лаврентия - поток приходится как раз на день памяти этого святого, - сразу и «клюнул» Фредерик, слегка оживившись.

- Ранее… а что же сейчас?

- Подобное явление имеет космическое происхождение. Это стало ясно после страшного звездопада 33 года, когда небо буквально горело. С тех пор ученые утвердились в мысли, что явление это не атмосферное - звездопады имеют направление и приходят к нам из далеких космических глубин. Будто бы Вселенная бесконечна… эту мысль высказал еще Джордано Бруно в трактате «О бесконечности, вселенной и мирах».

- Это невозможно представить, - не кривила я душой. Действительно трудно - в любой век.

- Представить невозможно, но осознать можно все, - мечтательно улыбался мужчина, - даже то, чего нет. Размышление и воображение… и вот вы уже видите что угодно. Однако же размышление порождает и сомнение…

- … а бесконечна ли Вселенная? – подхватила я, с радостью узнавая сейчас того Фредерика – с Ольгиного острова. Он и понравился мне тогда своими мягкими рассуждениями и тем, что не навязывал своего мнения. Внимательно и доброжелательно выслушал мое.

- Обоснованного ответа пока нет, мы знаем только то, что она огромна. Но согласитесь – бесконечность подобна чуду, верить в которое хочется, как в детстве в существование фей. Вы знаете, Таис, что феи становятся крёстными принцев и принцесс, принося им в подарок при крещении дары или способности?

- Не просто знаю, но и верю, - смотрела я на падающие звезды. Самое время, чтобы верить сказкам. Хотя почему сказки?

- Все так и есть, Фредерик, просто у ребенка должна быть возможность доподлинно выяснить для себя – чем именно его наградили? А уж если повезет найти себе занятие согласно этим способностям…

- Если ему это позволят, - кивнул муж и сразу свернул тему, широко взмахнув рукой и указывая на небо: - Но ставить перед собой вопросы, подобные этому, полезно, вы не находите?

- Они вызывают работу мысли и ведут к знаниям, - задумчиво согласилась я, поймав на себе непонятный взгляд мужа. Иди так отразились в его глазах падающие звезды? Предложила:

- Пройдемся немного?

И мы с полчаса еще прогуливались по дорожкам небольшого регулярного парка. Он не шел ни в какое сравнение с Верхним петергофским – был слишком симметричен, слишком выверен геометрически. Здесь отсутствовала малейшая загадка или тайна. И все равно теплый вечер в преддверии осени был чудным. Прогулка удалась.

Внимательно прислушиваясь к дыханию мужа, я иногда просилась присесть - будто для того, чтобы опять задрать лицо к небу. Сам он ни за что не признался бы, что устал. И понимал, наверное, мои хитрости… где-то в душе был благодарен за них. Иначе почему вдруг целовал руку, прощаясь на ночь?

Следующим утром незнакомый мужчина в гражданской одежде пригласил нас посмотреть варианты домов. Но с Фредериком то ли после утомительной прогулки, то ли еще по какой-то причине, случился приступ слабости. Поехала я с Дашей, пообещав не принимать решений самостоятельно. Даже предварительных.

Все три варианта были по-своему неплохи. Но второй… это был фахверк!

Небольшой двухэтажный дом, садик из двух яблонь и двух вишен, а еще три больших куста: крыжовник, сирень и смородина. Отцветшие уже пионы… Петляющая среди деревьев короткая тенистая дорожка, а в конце нее крохотная, неожиданно воздушная беседка, утопающая в розах. Сарай в конце участка запросто можно было переоборудовать в каретный, там же нашлось бы место и для лошади.

Вот только в этом доме было тесновато. Дашу мы еще разместили бы, но остальная прислуга, если она понадобится, могла быть только приходящей. Дом сдавался с правом последующего выкупа. Я старательно записала цену и еще раз осмотрелась, запоминая - крыша красной черепицы, темная раскладка на стенах, а сами они изжелта-бледного цвета – цвета охры. Крепкие окованные двери, небольшие окна, а внутри…

Наверное, каждый, впервые войдя в старинный фахверковый дом, будет поражен необыкновенной красотой и неповторимостью царящей в нем атмосферы. Вот и я…ожидаемо.

Несущий деревянный каркас дома и внутри не был скрыт отделкой, что доставило мне настоящее эстетическое удовольствие. Это давало непередаваемое ощущение гармонии с природой, тепла, уюта и безопасности. Сразу видно было, чем обеспечивается прочность дома и сколько труда вложено в создание конструкции. А еще я знала, что это очень теплый дом. А какие потрясающие возможности для дизайна!

Цивилизация проникала в этот дом постепенно. Видно