Волшебная луна - Алисон Ноэль

— Значит, вы…

Я не успеваю выговорить вопрос — Рейн уже качает головой.

— Ничего подобного! Мы совсем не такие, как ты!

Она проверяет, ровно ли натянуты гольфы, поправляет синий блейзер и клетчатую юбочку и оглядывается на сестру. Роми хмурится и качает головой.

— Рейн, можно бы и повежливей!

Рейн продолжает зло сверкать глазами, но говорит уже чуточку сдержанней:

— В общем, мы другие.

— Так вы… знаете обо мне? — спрашиваю я и слышу мысли Рейн: «Еще бы!», — а Роми торжественно кивает. — Вы считаете, что я плохая?

Рейн морщится, а Роми говорит с мягкой улыбкой:

— Не обращай на нее внимания, пожалуйста. Мы ничего такого не думаем. Не нам тебя судить.

Я окидываю взглядом обеих сестер: бледная кожа, темные глазищи, ровные челочки, как по линейке отрезаны, и тонкие губы. Все черты утрированы, словно ожили персонажи какой-нибудь манги. Я невольно думаю: как странно, внешне одинаковые, а по характеру ничуть не похожи.

— Ну, расскажи, что ты здесь узнала. — Роми улыбается, шагая по улице в полной уверенности, что мы последуем за ней — и мы следуем. — Ты все ответы нашла, которые искала?

И даже больше…

Если честно, я в полном остолбенении с тех пор, как выключился телевизор. Не представляю, как понимать то, что мне показали. Ясно одно — это может изменить не только мою жизнь, но и, вполне возможно, весь мир Конечно, владеть такими могущественными знаниями очень захватывающе, но и ответственность огромная.

Что же делать? Для чего мне все это было показано? Есть какая-нибудь глобальная причина? Может, от меня чего-то ждут, а я и знать не знаю, чего именно? А если нет, то какой тогда смысл?

Серьезно — почему я?

Наверняка такой вопрос и до меня задавали.

Или нет?

Только один убедительный ответ приходит на ум: может быть, судьбе угодно, чтобы я вернулась в прошлое.

Не для того, чтобы останавливать убийства, предотвращать войны и вообще изменять ход истории — на такое я не гожусь.

И все-таки я уверена, все это мне показали не зря. Я же и сама о чем-то подобном думала.

А что будет с Дейменом? Он тоже вернется в прошлое?

И если да — он снова будет с Триной, пока она не исхитрится убить меня еще раз, и тогда все начнется сначала?

Получается, я добьюсь всего лишь отсрочки неизбежного?

Или все останется прежним, кроме меня? Деймен умрет от рук Романа, а я вернусь в Орегон и даже не буду знать о том, что он был на свете?

И если так, разве могу я это допустить?

Повернуться спиной к единственному человеку, которого я по-настоящему полюбила?

Встряхиваю головой и вдруг замечаю, что Роми и Рейн все еще смотрят на меня, ждут ответа, а я не знаю, что сказать. Просто стою, разинув рот, как дура. Даже в Летней стране, где царят любовь и совершенство, я осталась полной бестолковиной.

Роми с улыбкой зажмуривается, и у нее в руках появляется охапка алых тюльпанов.

Она протягивает мне цветы, но я не беру, даже отступаю на шаг.

— Ты что? — Голос у меня ломкий и дрожит.

Девочки переглядываются. Они явно растеряны не меньше меня.

— Прости, — успокаивающе произносит Роми. — Сама не знаю, зачем я это сделала. Мысль сама собой возникла в голове, ну и вот…

Постепенно тюльпаны тают, возвращаясь в то неведомое место, откуда появились. Только от этого не легче. Хоть бы и девчонки тоже исчезли вместе с ними!

— Да что ж от вас не деться никуда? — кричу я и сама понимаю, что не права, но остановиться не могу.

Если тюльпаны представляли собой закодированное послание, если Роми, подслушав мои мысли, намекала, чтобы я отказалась от прошлого и не отступалась от своей цели — так это не ее дело. Может, сестрички знают все о Летней стране, зато обо мне они ничего не знают и не имеют права вмешиваться! Им не приходилось принимать таких решений. Они не могут представить, каково это — потерять всех, кого ты в своей жизни любила…

Отступаю еще на шаг. Рейн хмурится, а Роми качает головой и говорит:

— Мы ничего не слышали, честное слово! Мы не все твои мысли читаем, Эвер — только то, что позволено. То, что ты видела в Хрониках Акаши, — твое и только твое, таким и останется. Просто мы видим, что ты расстроена, и беспокоимся за тебя. Вот и все — не больше, не меньше.

Я прищуриваюсь. Не доверяю ей ни на секунду. Наверняка обе шуровали в моих мыслях. Иначе почему предложили мне тюльпаны? Не могли материализовать что-нибудь другое?

— Я даже и не добралась до Хроник Акаши. Я была… — Запинаюсь, вспомнив аромат маминого печенья мягкий бабушкин плед под рукой, и зная, что все это может быть у меня снова. Только дождаться нужного дня и часа, и тогда я смогу вернуться к семье, к друзьям.

Я встряхиваю головой и пожимаю плечами. — Я была в другой комнате.

Роми наклоняет голову.

— Зал Хроник Акаши принимает много обличий. Он становится таким, какой тебе нужен. А мы здесь, чтобы помогать тебе, а не для того, чтобы расстраивать.

— И что, вы мои ангелы-хранители? Феи-крестные в школьной форме, да?

Роми смеется:

— Не совсем!

— Кто вы тогда? Что вы здесь делаете? И почему каждый раз ухитряетесь меня найти?

Рейн сердито дергает сестру за рукав — пошли, мол, отсюда. Но Роми не сдается, она смотрит мне прямо в глаза и говорит:

— Мы здесь, чтобы тебе помочь, и только. Это все, что тебе нужно знать.

Я смотрю на нее, на Рейн, и, покачав головой, иду прочь. Странные они, таинственность тут развели… Не знаю, что они задумали, но чувствую — ничего хорошего.

Роми что-то кричит мне вслед, а я иду, не оборачиваясь. Хочется поскорее оказаться от них как можно дальше, и я ускоряю шаг, направляясь к стоящей у входа в театр женщине с каштановыми волосами, которая издали ужасно похожа на Аву.