Игра воровки - Джульет Э. Маккенна

Приступ тошноты сжал горло Казуела, и он с тоской посмотрел на бренди.

— Дай мне немного времени. Скоро я сниму эти оковы, и замок не составит труда, но я не знаю, как нам пройти мимо тех головорезов.

Девушка оглянулась.

— Ты собираешься выполнить то, что он хочет? Думаешь, он сдержит слово?

— Я не могу этого сделать в любом случае, — печально ответил Казуел. — Даже если бы я придумал, чем запугать лорда Совела, когда Совет услышит об этом — а он услышит, — я окажусь в большей беде, чем ты можешь себе представить!

Аллин загремела ставнями.

— Помогите! Помогите! — в отчаянии закричала она, но единственным ответом был смех из-за двери.

— Заткнись, глупая!

— Тогда сделай что-нибудь сам!

Девушка повернулась, и свечи на столе вспыхнули выше головы, когда ее гнев достиг пламени.

Оба смотрели с разинутыми ртами, как магический огонь пожирает свечи, оставляя горячую лужу воска, губящую полированный стол.

— Успокойся, моя дорогая, — нерешительно произнес Казуел, втайне радуясь, что камин не зажжен.

Ноги Аллин подкосились, и она плюхнулась на скамью с помертвелым лицом.

Казуел хотел что-то сказать, но захлопнул рот. Поздно: девушка заметила.

— Что? Ты что-то придумал?

— Нет, не совсем. Это не важно. — Mar сжался от страха при мысли довести до конца ту идею, которая только что пришла ему в голову. Было невыносимо думать об унижении.

— Ты придумал. — Аллин встала. — Что?

Казуел мешкал. Лучше уж унижение, чем позор, разве не так?

— Ну, если ты вызовешь мне пламя и мы найдем что-то блестящее, я мог бы позвать на помощь.

Девушка шагнула к столу и одним махом сдвинула в сторону глиняные горшки и тарелки. Немного не рассчитала — блюдо с хлебом слетело на пол и разбилось. Оба затаили дыхание, но никто не вошел.

— Вот. — Аллин вытерла соус с серебряной крышки, прикрывавшей тарелку. — Это подойдет?

— Давай ее сюда и найди свечу. — Казуел глубоко вдохнул. — Держи ее прямо, вот так. Теперь сосредоточься на фитиле, очень нежно. Сфокусируй свои мысли и вызови огонек.

Они уставились на свечу, упорно не желавшую зажигаться.

— Сосредоточься! — с досадой прикрикнул Казуел.

— Я так и делаю!

Поджав губы, Аллин наклонилась ближе. Внезапный сгусток пламени взметнулся вверх, и одна из ее кудряшек исчезла в дыму. Маг закашлялся от чада сгоревших волос.

— Стой! Стой! Вот так. Убавь его, успокойся, у тебя хорошо получается, — торопливо забормотал он.

Аллин выдавила робкую улыбку, и пламя свечи приняло более приемлемые размеры.

Стиснув дрожащие руки, Казуел сфокусировался на отражении. Приток силы испугал его, пока он не вспомнил о тяжелом железе на своих запястьях. С кем же ему связаться? Он отчаянно поискал в памяти каких-нибудь магов в этой округе. Сердце екнуло. При той дальности, на которую он был способен сейчас, разумнее всего связаться с Узарой. По крайней мере будет шанс замять эту прискорбную историю, если выложить все напрямую члену Совета.

Крышку залил яркий янтарный свет, и появился образ. Казуел глубоко вдохнул.

— Узара!

Маг с песочными волосами поднял голову от тиглей и с любопытством огляделся.

— Казуел?

Аллин широко раскрыла глаза.

— Он нас не видит?

Казуел не удостоил ее ответом.

— Узара, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.

Маг засучил обтрепанные рукава и сделал пасс. Сияние чар потемнело, воздух затрещал от энергии. Теперь Узара смотрел прямо на них.

— Где ты?

— Меня держит лорд Армайл Фриернский, который хочет использовать мою магию в своих целях, — без обиняков сказал Казуел.

— Как это случилось?

— Потом объясню. — Казуел съежился от страха; объяснит, если только не найдет способ избежать этого. — Пожалуйста, будь я один, я бы его не испугался, но со мной девочка, прирожденный маг, которую я везу в Хадрумал. Думаю, она в опасности.

Узара быстро взглянул на Аллин.

— Этот лорд Армайл действительно заточил вас в тюрьму?

— Ну, вроде того, — молвил Казуел.

— В следующий раз пусть он дважды подумает насчет подобных выходок, — зловеще сказал Узара, всматриваясь из зеркала. — Приготовьтесь бежать.

— Что…

Вопрос Казуела потерялся в сокрушительном грохоте. Внешняя стена вылетела наружу в каскаде камней и оконного стекла.

— Бежим!

Приказ был излишним. Пока маг, стесненный оковами, карабкался через пролом, Аллин задрала юбки выше колен и бежала подобно зайцу, вспугнутому гончими. Выскочив в темноту, она растерянно остановилась, потирая глаза. Из дома и стоящих впереди зданий доносились крики, хлопали двери, лаяли собаки.

— Сюда.

Казуел отчаянно ударил янтарной энергией по садовым воротам. Выбравшись через рваную дыру, они побежали дальше, пока не наткнулись на густой кустарник.

— Подожди, дай мне снять их.

Маг выругался, но через несколько мгновений оковы открылись. Он схватил дрожащую девушку за плечо, когда она остановилась, судорожно дыша.

— Возьми себя в руки. — Он соткал слабый голубой ореол. — Я выведу нас отсюда невидимыми, если не будешь шуметь.

Аллин кивнула в безмолвном ужасе.

— Вернемся в Маркет Харралл, заберем свои вещи и сядем в первый уходящий дилижанс. — Казуел вложил в свой голос больше уверенности, чем чувствовал. — А как только исчезнем из этого округа, отправимся в Хадрумал.

Где ему придется давать объяснения, мрачно подумал он, продираясь через мокрые кусты. А все из-за этого Шиввалана.

Инглиз, 6-е постосени

Остаток пути был не богат событиями, и обе луны прибыли до двойного полнолуния, когда мы наконец достигли вершины холмистой гряды и посмотрели вниз на извилистую ленту реки Далаз, спешащей навстречу океану. Город Инглиз, единственный оплот цивилизации, раскинулся вокруг устья на много лиг в любую сторону. Я вдохнула всей грудью и сказала «прощай» бесконечным пастбищам.

— Вот это похоже на мой тип города, Джерис. Что-то тут да произойдет, нутром чую.

Джерис улыбнулся. По дороге, ведущей вдоль реки, мы стали спускаться в город. Было трудно не глазеть, подобно приехавшему прямо с фермы каладрийцу, на огромные плоты бревен, сталкиваемые шестом вниз по течению, и широкие корпуса речных лодок, возвращающихся из лесов и гор Гидесты. С воды доносились пение, пьяные крики и шум драки; у меня все еще чесались пальцы от сожаления, что нет никакого шанса насладиться одной из знаменитых игр на борту. Вероятно, Дарни прав: лодки — это неприятности, но ведь и наш путь по равнинам не был усыпан розами. Крики с причаливающей лодки испугали лошадей. Какого-то человека выбросили за борт, и он, ругаясь, пытался выбраться на крошащиеся бревна причала. По берегам, выше размыва, тянулись верфи, эхо молотков и пил отражалось от холмов, сбегавших к океану. Я чувствовала запах свежего дерева и смолы и парящую над всем этим дикую соленую свежесть. Я прислушалась и смогла различить тихий шепот волн сквозь шум города.