Путь с небес - Вячеслав Шалыгин

– Мы уходим, – через силу произнес князь. – Помоги вам бог!

– Лучше вы. – Офицер улыбнулся и пожал ему руку. – Селение Плея, запомните, там будут знать, где нас найти.

– Бывай, – обнял офицера Горох. – И смотри, сразу после полудня – ходу!

– Ладно, – командир «Тумана» улыбнулся, – уболтал.

– Пока, Горыныч! – Канонир пожал руку технократу. – Кашу ты варил, надо признаться, неплохо, только недосаливал все время.

– Я учту. – Инженер-лейтенант озадачился. – А скажите, царь Горох, почему вы упорно величали меня «Горинич»?

– Горыныч – это такой могучий былинный персонаж, – серьезно пояснил канонир. – Исключительно из уважения, господин Гориннус, исключительно из уважения… Ну, даст бог – свидимся!

Он вскарабкался на завал и протиснулся в щель следом за князем.

– Прощайте, Горохов. – Инженер-лейтенант проводил беглецов долгим взглядом. – Боюсь, у бога хватает дел и без нас…

* * *

Тропинка отчаянно петляла. От головокружения Сергея спасало лишь то, что двигался он со скоростью пешехода. Имей он в своем распоряжении хотя бы одноместный гравибайк, тошнота от бесконечных поворотов ему была бы обеспечена. Впрочем, на такой машинке – бесшумном, низко летающем и относительно неторопливом аппарате – можно было забыть о всяких там тропинках и лететь через лес по прямой. Прогулки на гравибайках были довольно приятным видом отдыха. Особенно в лесах вокруг Уралочки – реки в охотничьих угодьях Воротова. Сергей вспомнил, как это здорово: бродить по лесу на Каллисто. Среди высоких деревьев, по мягкой траве. Спускаться в распадки, на дне которых журчат ручьи, взбираться на торчащие прямо в чащобе скалы – выступы доисторических каменных разломов…

А вот в беге из последних сил по мягкой хвое и пыльному праху прошлогодних листопадов ничего приятного не было. Низкий смешанный лес с густым кустарником и островками лиловой травы был нелепым: холодным и душным. Деревья почему-то не только не освежали тяжелый воздух, но даже не давали нормальной тени, хотя росли довольно плотно. Впрочем, тень – это было не главное. Зачем она нужна, если солнца хватает лишь на освещение?

Кусты царапали и без того зудящую кожу, а трава путалась под ногами, то и дело выбрасывая поперек тропы какие-то толстые стебли. Сергей утер рукавом струящийся пот и взглянул вверх. Солнце между низкими кронами уже темнело и клонилось к горизонту, а багряное небо – днем синее хотя бы по краям – теперь алело всем своим «хрустальным сводом». Князю вспомнилась бездонная высь чистого июльского неба в средних широтах на Земле. Сравнение было не в пользу Торбана. Красное небо действовало угнетающе.

Невыносимо хотелось пить. Сергей сорвал травинку и попытался ее пожевать. Ничего, кроме горечи, он не почувствовал. Трава была сухая, как сено. Сергей оперся руками о колени и помотал головой. Идти дальше ему уже не хотелось. Ему не хотелось вообще ничего. Только упасть на мягкую травяную подстилку и заснуть. Долгим тяжелым сном. Без сновидений и тревожных обрывков воспоминаний о последних днях.

– Ваша светлость, – рядом рухнул Горох. – Надо идти…

Канонир дышал хрипло, с присвистом.

Где-то далеко позади послышался звонкий отрывистый лай. Еще одна загадка Зарубежья – собаки. Почти такие же, как на Земле, и выполняющие те же функции: охрана, розыск по следам, преследование. Сергей снова выпрямился. Да, надо идти. Вперед и только вперед. Из последних сил и даже когда они иссякнут. Идти, чтобы выжить. Чтобы выжить не для сохранения себя, любимого, как такового. Нет. Выжить, чтобы отомстить этой гадине Бородачу. Чтобы спасти Солнечную и Колонии. Выжить, чтобы в мире стало больше справедливости. На мизерную, невообразимо малую толику, но все же больше. Да, справедливости станет чуть больше, чем… Чем чего?

Сергей снова зашагал вперед. Чем несправедливости? А что это такое? Подлость? Нет, подлость это и есть подлость… А несправедливость – это что?

От усталости мысли совсем разбрелись и теперь никак не желали собраться вместе.

«Каша в голове. – Сергей встряхнулся и стиснул зубы. – Река уже близко… Должна быть уже совсем близко. А там собаки потеряют след, и мы спокойно подойдем с другой стороны. Прямо к окраине городка».

Кого он убеждал, было непонятно. Первое «я» успокаивало второе? Но и то и другое знали, что до реки еще не меньше десяти километров, а с учетом многочисленных изгибов ландшафта и тошнотворно вихляющей тропинки – все пятнадцать.

Мысли снова смешались в какую-то комковатую кашу. Пройдя сотню метров, Сергей запнулся о толстый корень и растянулся на тропинке в полный рост.

«Все. – Он тяжело вздохнул и уткнулся лбом в желтую пыль. – Собачьи консервы «Князь Преображенский холодного копчения»… Все… отбегался».

– Да-а, – протянул кто-то совсем рядом. – Слабоватые пошли нынче стайеры… Что, быстрый олень, спекся?

– А ты зоркий… сокол? – Сергей поднял голову и внимательно посмотрел на оседлавшего поваленное дерево комментатора.

– Это и землянину понятно. – Собеседник рассмеялся. – Тебя выследить – это, знаешь ли, не каждому по… глазам.

Он был сытым и здоровым. Для чинида даже высоким. На голове военная панама, на плечах короткий – чуть ниже пояса – маскировочный балахон. Мешковатые брюки. Высокие, но явно легкие ботинки. Вокруг правой щиколотки ремешок с ножнами, из которых торчала рукоятка ножа. На поясе большая фляга, за плечами рюкзак. Лучемет он держал на локтевом сгибе левой руки.

– Сесть можно? – Сергей оперся о землю руками и подпружинил ноги.

– Только медленно. – Охотник хитро прищурился. – Правую ножку согнул… так, хорошо, теперь левую… отлично. Теперь садись… медленно! Нет, не на корточки, на задницу! Вот так. Молодец.

– Собак будем ждать? – Преображенский отряхнул ладони, колени и оглянулся, отыскивая взглядом Гороха. Канонира нигде не было.

– Да чего их ждать? – Чинид мельком взглянул на часы. – Сейчас пять минут отдышимся и пойдем. Своим путем. Мне делиться с собачатниками не резон.

– Много обещают?

– А ты что, готов дать больше? – Охотник снова рассмеялся. – В нашем бизнесе заказчика менять не принято.

– Я не собираюсь тебя перекупать, просто интересно, – Сергей пожал плечами.

– Пятьдесят окладов. – Враг многозначительно округлил глаза.

– Чинками или европейскими?

– Главное, не технократскими, – отмахнулся охотник. – Ну, отдохнул?

Сергей встал.

– Замри! – приказал охотник, перехватывая лучемет так, чтобы князь смог заглянуть в зрачок ствола. – И впредь запомни – без команды никаких телодвижений. Понял?

Сергей кивнул и заложил руки за спину.

– Нет, похоже, ты не понял, – сделал вывод противник. – Я сказал – никаких!