Севастопольский Дозор - Сергей Недоруб

– Будь здоров, – сказала Веда, не поворачиваясь к нему.

– Я бы не стал, – сказал татарин. – Пока мы все не поймем, надо оставить девочку в Столпе. Если вывезти Дитя Баланса – может пойти волна.

– Цепная реакция, – поправил Клумси.

– Точно! – Я ухватился за их слова. – Ты исходи из того, что если бы для решения вопроса было достаточно просто вывезти Кристину, то ее мать нашла бы способ, а не стала прятать ребенка в городе.

Веда заколебалась.

– Что вы предлагаете? – спросила она.

– Покажем ребенка фон Шелленбергу. Высший маг с ментальной магией должен что-то разузнать.

Светлая подумала еще немного.

– Хорошо, – сказала она. – Но я предупреждаю, что буду сопротивляться вашим попыткам ее инициировать. Если замечу хотя бы намерение – не обижайтесь. Попробую помешать, и будь что будет.

– Я, если честно, вообще не заметил, что девочка – потенциальная Иная, – сказал я. – Но спасибо за идею. Параноидально приглядывать друг за другом – самое то, что нам сейчас нужно.

– И вы еще не забывайте, что родная мать не стала ее инициировать, – добавил Эл. – В сложные времена Иному всяко выжить проще, чем человеку. Но семья донецких беженцев показалась матери куда лучшим спасением.

– Ладно, убедили, – сказала Веда. – Все, идем…

Фон Шелленберг сидел в своем кабриолете, невидимом для людских глаз. При виде Кристины он разволновался настолько, что попросил Клумси сбегать за минералкой.

– Мне нужно время, – сказал он, оглядывая Кристину и что-то выискивая в ее волосах. – Такой молодой ребенок… и под магией «гнезда»… Тут нужно работать осторожно.

– Сколько времени вам надо? – спросил я.

– У меня есть опыт вывода из подобного транса.

– Так сколько?

– Двадцать минут. На взрослого человека. В случае с ребенком я бы не торопился. За сорок минут я верну ее в нормальное состояние, не повредив память. Тогда вы сможете просто поговорить с ней. Но лучше, если это будет Лина – она моложе и к тому же женщина…

– Хорошо, работайте, – устало сказал я, гадая, что еще придется делать в следующие сорок минут. – Мы будем неподалеку.

Однако фон Шелленберг не спешил начинать. Он мялся, словно подбирал слова, и наконец сказал:

– Сергей, мне тревожно из-за всех этих событий. Я не прорицатель, не знаю, что нас ждет. А лечение Кристины потребует полной аннуляции любой другой магии поблизости. Это значит, что мне придется снять «сферу невнимания» с машины. Со стороны будет видно, что человек моих лет держит за голову девочку целых сорок минут, которая все это время будет дергаться… будто в эпилептическом припадке. Сами понимаете, необычно…

– Я понял. Вам нужно тихое место.

– И безопасное. Никаких защитных заклинаний, никакой охранной магии. А ведь, кроме людских глаз, есть еще и угроза со стороны… мертвых дозорных.

– Что вы предлагаете?

– Сесть на паром. Там нас никто не будет искать. В городе вы снимете номер в отеле. В нем и займемся лечением Кристины при наблюдении со стороны госпожи Возрожденной и вас.

– Хорошо, – сказал я. – Действуйте как считаете нужным. Ментальная медицина – это по вашей части.

– Вот и решили. – Фон Шелленберг улыбнулся. – Давайте положим девочку на заднее сиденье, будто спит. «Сферу» я все же сниму – иначе нам не дадут места на пароме…

Вопреки ожиданиям обратная дорога вовсе не казалась короче. Сперва мы едва успели застолбить место для «БМВ», затем мотоцикл Веды и вовсе отказались брать, мотивируя отсутствием должного крепежа на борту. Веда сначала поспорила, затем я просто протянул механику крупную купюру, и на этом спор закончился. Можно было в очередной раз заморочить головы экипажу, но я не рискнул. Через минуту прозвучал последний гудок, и мы отчалили.

– Знаешь что, – вымолвила Веда, снова подсаживаясь к буфету, – у меня чувство, что я где-то уже видела Кристину.

– Такое случается, когда встречаешь человека с потенциалом Иного, – ответил я. – У нас вообще есть некое притяжение к неинициированным людям.

– Может быть. И все же она кажется смутно знакомой.

– Не мечтай. Инициировать ее тебе никто не даст.

Саркастически улыбнувшись, Веда показала мне средний палец.

Махсуд снова стоял у борта и курил. Я подошел к нему, глядя в воду.

– Любишь плавать? – спросил я.

– Не очень, – ответил он.

– Значит, просто курить любишь?

– Тоже нет.

– А чего тогда куришь?

– Если много курю – не так сильно укачивает.

Мне пришлось повернуться всем корпусом, чтобы скрыть улыбку.

– Людскую силу мы потеряли, а слабости остались, – сказал я. – Такова участь Иных.

– Мир не для Иных, – сказал Махсуд. – Мы только вносим в него смуту.

– Великий Договор ее регулирует.

– Он ее приумножает. Сергей, подумай сам. Если Иной раньше что-то делал, о его действиях могли и не узнать. А сейчас? Иной что-то делает, и другой Иной делает что-то в ответ. Получается, что смуты стало в два раза больше, так?

– Так, – согласился я и крепко задумался. Махсуд больше ничего не говорил, но его простые слова глубоко проникли в мою и без того истощенную за день нервную систему. А ведь солнце только перевалило за полдень…

Громкий гул обрушился на меня так, что сначала заложило уши. Махсуд от неожиданности выронил трубку в воду и испустил несколько неизвестных мне проклятий.

Рядом с паромом поравнялся катер береговой охраны. Он был огромен, раза в два длиннее, чем наш корабль. Буквы на его борту составляли слово «Метис». Не могу представить, чтобы так называли катер черноморского флота. Наверняка парочка букв упала в воду.

– Что происходит? – Веда подбежала к нам.

– Без понятия, – ответил я. – Ты мне скажи.

Пассажиры парома тоже были взволнованы. Кто-то принялся с радостью снимать катер на мобильник. Собственно, посмотреть было на что – еще до того, как катер замедлился до нашей скорости, с его борта к нам перепрыгнули человек восемь в камуфляже. На экипаж они нисколько не походили.

– Веда, – прошептал я, касаясь ее руки. – Где Кристина?

– Все еще в машине. Ромка с ней.

– Бойцы под контролем?

– Не моим. Я не могу пробить их защиту. Ее ставил кто-то сильнее меня.

– И я тоже не могу, – прозвучал голос фон Шелленберга. Он был бледен, по лбу бежали капли пота. – Не могу настроиться на них. Не понимаю…

Зато я понимал. Среди убитых дозорных Севастополя должен быть хотя бы один ментальный маг. Чтобы его эманация, усиленная Балансом после смерти, взяла под контроль целый береговой катер со всем экипажем – такое я представить мог запросто.