Слеза Дракона - Александр Ерунов

Правда, Нэвилу сейчас все эти опасения казались смешными и надуманными. Он был счастлив, а всё остальное не имело для него значения. Но почти перед самой дверью комнаты лорда Эдварда его вдруг охватило чувство какой-то сильной, внезапно вспыхнувшей тревоги, словно кто-то беззвучно шепнул ему на ухо предостережение. Он резко остановился и схватил Гарольда за рукав.

– Что случилось, Нэвил? – прошептал Финсли.

– Не знаю, дядя Гарольд, но мне почему-то не хочется идти туда.

– Что за глупые предрассудки, мой мальчик? Это самый быстрый и безопасный способ покинуть замок!

– Да, но… – Нэвил поколебался немного, а затем сказал: – Ладно, наверное, ты прав. Пошли.

Соблюдая предельную осторожность, они вошли в комнату. Там было всё так же тихо, и вроде бы ничего не изменилось за то время, пока они ходили в зал Совета Пира, но вот только тревога почему-то не исчезла, а напротив, гулким набатом звенела в голове Нэвила. Повинуясь какому-то наитию свыше, он медленно повернул голову в сторону кровати и чуть не вскрикнул от ужаса. Под балдахином, скрестив руки на груди, лежало неподвижное тело мужчины в золотой маске. Между его окровавленными пальцами торчал нож, по самую рукоять воткнутый в сердце жертвы. Сомнений не возникало, мужчина был мёртв. Не смея произнести ни слова, Нэвил тронул рукой Гарольда и жестом указал на покойного.

– О боги! – изумленно прошептал тот. – Не может быть! Лорд Эдвард!

Финсли подошел к мертвецу и снял с него маску. На него уставился пустой, остекленевший взгляд отставного генерала. Гарольд провел ладонью по его лицу, закрыв глаза, и, посмотрев на побледневшего, перепуганного до смерти Нэвила, сказал:

– Быстро уходим! Будем надеяться, что пока ещё не поздно!

Они устремились к камину. Гарольд в него залез первым и, нащупав рукой рычаг, осторожно потянул за него. Дверь медленно отъехала в сторону, и оба быстро проскользнули в неё. Финсли пропустил своего воспитанника вперед, после чего закрыл механизм с обратной стороны и, как мог, постарался заклинить рычаг ножом.

– Если убийца всё ещё в замке, это задержит его на какое-то время, ну а если нет… – Гарольд замолчал, а затем решительно продолжил: – Что бы ни случилось, беги на корабль, а я постараюсь задержать его. Если Борода и Шляпа живы, они прикроют тебя, ну а если нет, тогда придется полагаться только на свои собственные силы. Будь осторожен, Нэвил. Если заметишь что-то подозрительное, постарайся ни в коем случае не обнаружить себя. Притаись, а потом попробуй тихо скрыться. Вот здесь записки для Мигеля Кастиги и Самуэля Тьерри. Я приготовил их заранее на всякий случай. Первого я срочно вызываю в город, а второму отдаю распоряжение сниматься с якоря, как только Кастига покинет борт корабля, и держать курс на Эрегон. Хотя что-то подсказывает мне, что своего хитроумного спасителя на "Заре Заката" ты не застанешь, и смерть лорда Эдварда не иначе, как его рук дело. Ну а в Эрегоне ты незамедлительно явишься к императору, и уж дальше пусть он сам решает, что делать с тобой и со Слезой Дракона.

– Дядя Гарольд, – дрожащим от волнения голосом сказал Нэвил. – Ты говоришь так, словно тебя уже убили, и от этого мне становится очень страшно.

– Не трусь, малыш! – приободрил его Гарольд. – Мы ещё поборемся за свою жизнь. А говорю я тебе все это на тот крайний случай, если удача всё-таки напрочь отвернется от нас. Ты должен четко представлять каждый свой последующий шаг, иначе можешь наделать массу глупостей, а то и вовсе поплатиться за беспечность своей собственной головой.

Все это Гарольд говорил, спускаясь по винтовой лестнице. В руке он держал обнаженный меч. Здесь за каждым поворотом мог притаиться враг, и встретить его надо было во всеоружии. Но пока им везло. Лестницу они миновали без приключений, и вышли на прямой участок тайного хода.

– Ну, вот, – облегченно вздохнул Гарольд. – Теперь, по крайней мере, мы можем заметить врага издали. Поворотов и ответвлений здесь нет, так что засады ждать неоткуда. Самым опасным местом для нас остаётся склеп, но если кузены не дали себя облапошить, то, надеюсь, всё обойдется.

– А как же лорд Эдвард? – спросил Нэвил. – Ведь как-то же он попал в свою комнату!

– Его могли затащить туда и из замка. Вопрос только зачем? Показать, что наши планы раскрыты и заставить нервничать? Как-то слишком уж мудрёно, хотя тело Эдварда в золотой маске и со скрещенными на груди руками выглядело слишком уж театрально, как будто его специально положили на кровать для того, чтобы мы с тобой увидели. Хотя с другой стороны, Пир Народов имеет долгую историю, и вполне возможно допустить, что это часть какого-то посмертного ритуала, принятого у них. Чёрт его знает! Понимаешь, Нэвил, самое неприятное когда в действиях противника отсутствует логика. Невозможно достоверно просчитать во имя чего совершается тот или иной поступок. Начинаешь выдвигать самые немыслимые предположения, ни одно из которых не стыкуется с другим, ломаешь голову, и в результате запутываешься так, что совершаешь самую элементарную, нелепую ошибку, которая в конечном счете и приводит тебя к провалу. Хочется надеяться, что в данном случае дело обстоит совсем не так, и убийство лорда Эдварда во время нашего визита в замок простое совпадение. Тогда у нас с тобой ещё есть шанс скрыться до тех пор, пока Пир Народов не обнаружил пропажу амулета. Ну а выбравшись из подземелья, мы окажемся хозяевами положения, а ночь и темнота помогут нам сбить преследователей со следа.

Гарольд замолчал на какое-то время, а затем, тяжело вздохнув, продолжил:

– Печально, конечно, что мы потеряли такого надежного и верного союзника, как лорд Эдвард. Я уже говорил, что он был внедрён в Пир Народов твоим отцом, но это ещё не все. Эдвард Стоун был не только агентом, но еще и другом императора Авеля, и пошёл на эту жертву исключительно ради него. Теперь, с его смертью, оборвалась последняя ниточка, выводящая нас на заговорщиков.

– Но мы же знаем, где они скрываются, – возразил Нэвил.

– Не обольщайся на этот счет. Лорд Эдвард разоблачён, и Пир Народов теперь вряд ли будет считать замок Анчилот таким уж надежным убежищем для себя. Для своих встреч они могут избрать любое другое место, о котором нам с тобой будет неведомо, и чувствовать себя там в полной безопасности. Но зато у нас есть имена всех членов Совета, а также бесценный амулет, ради которого мы и прибыли сюда. Если нам с божьей помощью удастся выбраться из Боутванда, то считай, что мы уже победили их.

* * *

За разговором Финсли и Нэвил достигли металлической лестницы. Гарольд приложил палец к губам и медленно, почти бесшумно поднялся наверх. В склепе было тихо, но это ещё ни о чем не говорило. Враг мог притаиться за любым из многочисленных саркофагов и, пользуясь преимуществом скрытности, нанести неожиданный удар. Соблюдая предельную осторожность, Финсли обследовал всё помещение, и лишь после этого подал Нэвилу знак подниматься. Вместе они вышли на кладбище. Их никто не встретил, но вскоре из темноты возникли две темные фигуры кузенов Винтергротов.

– Всё тихо? – шепотом спросил у подошедшего первым Раймонда Гарольд.