Казак в Аду - Андрей Белянин

— Вы таки не ответили на мой вопрос…

— Потому что он глупый, — мудро заметил бывший филолог, поправляя портупею. — Кто, собственно, может финансировать отправку грешников обратно в земную жизнь прямо с территории Ада? Ангелы, что ли?! Ты хоть думай иногда…

— Ладно, ладно, я всё равно была полна энтузиазма проклясться вслед за вами, — терпеливо повинилась честная еврейка. — Шо у нас по программе? Я поддерживаю версию мужа и жены, но дайте же приличный выбор…

— Ну, откровенно говоря, вакансий не так много, — уже по делу откашлялся Хранитель. — Семейные пары не часто умирают одновременно, я, конечно, попытаюсь хоть что-то присмотреть, но… Имейте в виду, так или иначе вы обязаны на чём-то остановиться.

— Иначе? — нехорошо улыбнулся казак.

— Иначе выбор остаётся за мной. — С такой же нехорошей улыбкой интеллигентный старичок повертел в пальчиках пульт и пустился перечислять: — Соломон свободен, но у него целый штат жён, надо уточнить, в какую именно хотите воплотиться вы. Есть Карл Маркс и Пастернак, возможно, через полчасика освободится Мейерхольд. А Немирович-Данченко чем вас не устраивает?

— Так они же все евреи! — искренне возмутился национально настроенный казак.

— Мм… Ульянов-Ленин и Надежда Константиновна…

— Ни за что! — в свою очередь, упёрлась рогом Рахиль. — Шо у них была за жизнь — сплошные ссылки, революции и никакой (пардон!) Камасутры. Меня оно унизит в самую душу, шоб не сказать ниже… Вертим список дальше!..

— Знаменитости?

— Исключительно! Прожить с любимым мужчиной в пастушьем шалаше, без джакузи, с туалетом в кустах, где кусаются комары, — я не мечтаю сама и ему не советую…

— Ван Гог и девица Ту-Ту, Велимир Хлебников и сестры Николаевы, Наполеон и Вревская, что же у нас ещё… Или кратковременные, но яркие романы тоже чем-то не подходят?

— Не подходят всем! — решительно заявил казак Кочуев, бросив взгляд на вытянувшуюся физиономию неутомимой еврейки. — Нам для возрождения надо только, чтоб счастливо и на века! Иного просто смысла нет, то есть не любо…

— Таки, может, шо попроще, типа Брэд Питт и Анжелина Джоли?

— Они ещё живы, — сухо напомнил Хранитель.

— Ай, я вас умоляю, какие мелочи, зато у неё грудь, а оно нравится мужчинам! Шо вам стоит?!

Спор затягивался. Варьировались кандидатуры, отбраковывались варианты, раскритиковывались предложения и выдвигались самые безумные идеи вплоть до «а почему нельзя, шоб я вся из себя — Золушка, а Ваня таки принц?!»…

Это ведь только на первый взгляд кажется, что выбирать себе новую жизнь легко и весело. Взять что-то тихое, тёплое, семейное вроде бы скучно… Влезть в судьбу знаменитости гораздо круче, насыщеннее и интереснее, однако редко кто из великих проживал с одной-единственной любимой женщиной вплоть до счастливой старости. А поиск разумной середины между двумя этими крайностями занимает уйму времени и нервов, к тому же абсолютно не гарантируя результата… Где выход, ау?..

Окончательно раздражённый, утомлённый и задёрганный старичок, ругаясь себе под нос, принёс очередную порцию кофе. Уже беззастенчиво зевающая Рахиль нацедила себе маленькую чашечку, а бывший филолог махом выпил целую кружку, после чего бодро продрал глаза и был готов к продолжению конструктивного диалога. Однако хозяин отошёл в сторонку и подозрительно умолк…

Иван ещё что-то долго говорил, доказывал, вроде даже прочёл целую лекцию о этичности или неэтичности принятия на себя чужой кармы с точки зрения универсальности мировых религий и их применения в режиме схоластики на эмоциональных интеграциях современной шкалы ценностей конкретного представителя каждого социального слоя.

В конце заявленной темы он уже и сам безбожно путался в том, с чего начал, но не это было важно, его искренне удивило: а) что утомлённая еврейка давно спит; б) при попытке снять с её колен тяжёлый «галил», чтоб она могла улечься поудобнее, его руки ему не подчинились…

— Странные ощущения… — попытался выгнуть бровь бывший филолог.

— Ещё бы!

— Не понял?

— А вот это уже не имеет значения, — серьёзно ответил Хранитель. — Дом Веры представляет людям редкую возможность — заново пройти жизненный путь, избавиться от комплексов и ошибок, достичь вершин, изменить судьбу и даже в чём-то подкорректировать предначертанное самим Богом… Это величайший из даров! Как стоило бы поступить с теми, кто пренебрегает им?

— Что ты, пень трухлявый, подсыпал в кофе?!

— О, ничего особенного, один медицинский препарат так называемого успокоительного воздействия. Люди либо спят, либо лишены возможности двигаться, — продолжал изгаляться старичок, перебирая кнопки пульта. — Что же мне придумать лично для вас… Отправить на землю в телах собаки и кошки? Ах нет, вы же хотели быть известными личностями. Ну что ж, к примеру, Василий Чапаев и Мэрилин Монро! Чудесная парочка, не правда ли? Пальчики оближешь что за жизнь! Жаль только, вы так никогда и не встретитесь…

— Сволочь! — тоскливо взвыл казак. — А я имею право на последний звонок?

— Кому? — Старичок снял очки, и в лицо обомлевшему подъесаулу глянули дико знакомые оранжевые глаза. — Не хватайтесь за шашку, Иван Кочуев, меня нельзя убить. Господь традиционно не слышит, ваша подруга мирно спит, и сейчас…

— Будь ты проклят, кобель пархатый!

— Проклятый у нас вы. — Тот, кто прикрывался именем и телом Хранителя, медленно развернулся к телевизору и демонстративно покачал пульт на ладони.

— А таки кто вам сказал, что я вся сплю? — нежно улыбнувшись, открыла один глаз притворяющаяся еврейка.

— Э-э, даже не вздумай, дура, — невольно покосившись на ствол винтовки, прошипел нечистый. — Я бессмертен! И стоит мне нажать одну кнопочку, как вы оба перенесётесь на голубой экран, и…

— Ай-ай, какой цорес, всё поняла, учту, совесть имею, хоть и без удовольствия, в вас не палю… Но в телик-то можно?

И прежде, чем знак вопроса на мгновение повис в воздухе, длинная очередь скромного «гадила» в хлам и брызги разнесла чудо японской техники! Не сразу пришедший в себя Хранитель тупо щёлкал пультом, бывший подъесаул беззвучно гоготал, а над расстрелянным телевизором клубился сиреневый дымок и витали зелёные искорки.

— Рахиль, это… спасибо, короче! Я-то думал, что… а ты у меня о-го-го, оказывается! И главное, как про кофе догадалась, а?

— Ой, я вас умоляю! — Отчаянная израильтянка бодро вскочила на резвые ножки. — Да эту химию нас ещё на первых же сборах учили определять на запах! Чашка маленькая, один глоток — и, типа, вырубаемся на корню, как иерусалимская роза, а потом втихую сплёвываем эту мерзость. Я вся училась у вас по системе Станиславского, он был прав, паузу надо держать востро! Недодержал — слил роль, передержал — зритель ушёл до буфета. Как придёте в себя, поаплодируете, сегодня я засрамила саму Сару Бернар! Или какой-то под где-то против?