Дар жизни - Галина Гончарова

Я привычно смотрела своим даром – и тот отвечал мне грустным звоном.

Безнадежно.

Печень уже не восстановить, почки не справляются, кровь несет отравленные вещества, судороги как раз и вызваны их воздействием на мозг, пои водой, не пои, тут уже ничего не поможет.

Так и случилось.

Мужчина вздрогнул еще раз, потом вздохнул – и вытянулся.

Магия не всесильна.

Я медленно оперлась на руку и поднялась.

– Простите. Я опоздала.

Госпожа Ренар вырвалась из рук держащего ее Шаронера, кинулась к мужу на грудь… откуда она здесь?

Что случилось?

– Убийца!

Я дернулась от истошного крика. Рядом стоял портовый лекарь, и указывал он пальцем прямо на меня.

– Держите ее, люди! Это все она! Убила беднягу, я ему и помочь-то не смог!!!

– Я!?

Я настолько растерялась, что даже сказать ничего не смогла. С ужасом наблюдала, как во взорах обращенных на меня, проскользнули первые искры бешенства. Самого опасного – стадного. Находится такой сумасшедший, заводит толпу, и такое они творят, что уму непостижимо.

Могут и в воду меня скинуть, замотав, для пущего эффекта в сеть, и камнями забить, и в кровавую кашу тут на досках размазать… что угодно. Потом опомнятся, заплачут, но мне уже будет все равно.

– Он врет!

Хотелось крикнуть, а получился писк. А лекарь, словно в дурном сне, орал, надсаживаясь:

– А кто ж еще!? Я говорил, что бабам лечить нельзя! Она, она беднягу уморила, и так все ясно! Ведьма!!

И в такт его воплям качнулась ко мне толпа.

Я приготовилась дорого продавать свою жизнь, но между мной и людьми, слава Сияющему, пока еще людьми, не стадом, встал Мэт Шаронер, шагнул вперед, расправил плечи.

– Не верю!

Рядом с ним столбиком застыл Шими.

– Не она это, – дядька Тимир покачал головой, становясь рядом с Мэтом.

Из общей массы выделились еще несколько лиц, встали рядом с ними, закрывая меня.

– Не верю! – язык у Мэта оказался неплохо подвешен, даром, что грузчик. – Она и меня лечила, ан жив!

– И меня, – присоединился один из стоящих рядом с ним.

– Мою жену.

– Моего сына!

Я даже лиц их не запомнила, а они сейчас за меня жизнью рисковали.

Но так нельзя!

Я шагнула вперед.

– А где ты был, лекарь, когда Ренару стал плохо?! Чем занимался?! Пусть нас рассудит господин Логан! Я точно знаю, что Нот Ренар умер от яда! И этот яд ему дала не я! Я его не видела уж дней пять!

Это верно.

Переживший утрату ноги Ренар решил как только сможет, вернуться на работу. Пока он выстругал себе протез и костыль, и пробовал передвигаться опираясь на них.

Получалось плохо.

Пробовал, получалось… уже никогда не получится. Но ему еще лежать сегодня и лежать было. Как он оказался в порту?

Задать этот вопрос я не успела, потому что толпа согласно взревела. Господин Логан в качестве судьи устроил всех, и меня повлекли к зданию, в котором он располагался. Рядом шагал весьма недовольный этим лекарь, прожигая меня взглядом. Но споткнулась я не из-за этого. Просто один дурак рыбьи потроха бросил, второй их растоптал, а третья (то есть я) их попросту не заметила.

Мэт поддержал меня под руку.

– Госпожа Ветана, вы в порядке?

– Да, господин Шаронер.

– Вы не волнуйтесь, господин Логан сейчас во всем разберется. Он очень справедливый.

Мне в это верилось слабо, но пришлось кивнуть. Все-таки лекарь тут работает уже не первый год, знает всех, лечил, кого и по нескольку раз. Он здесь свой, я – чужая. Приглашенная сопля со стороны.

Кому скорее поверят? Понятное дело, ему.

С другой стороны…

Если сейчас требуют решения, значит, сразу убивать не будут. И мне надо как следует все обдумать.

Откуда взялся лекарь? Выскочил, как акула из волны!

Я прищурилась, вспоминая.

А ведь он не выглядел встрепанным, запыхавшимся, или как я, прибежавшим наспех. Нет, не выглядел.

И почему он не был рядом с больным Ренаром?

Откуда взялась его супруга? Ренара, не лекаря? Странно это как-то…

А мог лекарь сам дать яд больному?

Мог. Потому и не лечил Ренара – знал, что все бесполезно. Потому и оказался рядом – знал, когда подействует.

А как он мог дать этот яд?

Проглотить? Выпить? Оххх, Темного крабом! Как же я сразу не поняла? Простейшее, что можно сделать! И яд попадет в кровь очень быстро, и рвоты почти не будет, все верно, и судороги могут быть…

Я посмотрела на Шаронера.

– Мэт, а где тело Ренара?

– Осталось там, наверное.

– Попросите его принести, а? Очень надо.

– К господину Логану? В дом?

– Да. Мэт, вы понимаете, что Ренара отравили?

– Отравили? Я думал, это…

Мэт зачесал в затылке, видимо, так и не определив, что именно – это? А и верно – что?

Сердечный приступ? Солнечный удар? Какая-то травма?

Нет, нет и еще раз нет. А вот если лекарка говорит, что это яд – стоит прислушаться. Мэт кивнул, подозвал Шими и что-то шепнул ему. Мальчишка послушно отстал.

– справится?

– Вы его недооцениваете, госпожа Ветана.

– Надеюсь, – сейчас от расторопности Шими зависела моя жизнь. – а вы у лекаря не бывали?

– Даже и не заходил. А зачем?

– Травки какие взять, обезболивающее, или что еще?

– Нет. Вот Нот к нему забегал, есть… было дело.

– А зачем?

– Хандрил он, госпожа Ветана. Вроде здоровый, молодой мужик, а калека… И нога болела…

– нога?

– Призрачные боли. Ноги нет, а больно. Лекарь ему и стал давать какие-то порошки, чтобы ее притупить.

– Ах, вот оно что…

– Думаете, это из-за порошков?

Я решительно замотала головой.

– Нет, это не порошки, тут другое… Дайте мне все обдумать, Мэт…

– Нет у нас времени на обдуумывание, – мрачно буркнул Шаронер. – Сейчас уже придем.

– Ничего, мне хватит.

Я внутренне собиралась с мыслями. Главное сейчас не паниковать, не истерить, не ругаться. Если я начну это делать, ко мне прислушиваться уже не станут. И даже мой дар ничего тут не дает.