Дар жизни - Галина Гончарова

Даром таких, как начальник порта не проймешь, им бы деньги, да власть, да связи. И скорее всего, у портового лекаря это все есть. А у меня вообще ничего нет, кроме дара и характера. Но это же не повод сдаваться, верно?

Э-эх… попала ты, Вета, как карась в кипяток.

Здание из тесаного белого камня неуклонно приближалось.

* * *

Господина Логана я видела впервые, и рассматривала его без всякого стеснения. Высокий темноволосый мужчина лет шестидесяти сидел за массивным столом из темного дерева и что-то писал. Смотрелись они, кстати, очень органично. Массивный тяжелый стол – и за ним такой же здоровущий господин Логан.

Грубоватое, словно из камня вырезанное лицо и крупными жесткими чертами и бороздами морщин, седые волосы, светло-серые глаза, неожиданно неприятные на лице, продубленном морскими ветрами и туманами, тяжелые руки спокойно лежат на столешнице.

Он ждет.

Уже знает?!

Серьезно?

Поверить не могу…

Но глядя в серые глаза я отчетливо понимала, что знает. И более того, настроен против меня. Не враг мне, но и не друг, так что если понадобится – меня выкинут толпе на растерзание. А не хотелось бы…

С другой стороны – толпа – это мой единственный шанс на спасение. Голова работала как никогда четко, я понимала, что Логан в порту – закон и порядок, как он скажет, так и будет. Опротестовать его решение я могу только в королевском суде, но туда еще дойди! Лекаря он знает, судить будет в его пользу, то есть…

Выход только один.

Чтобы суд проходил при всем честном народе.

Вот тогда у Логана не будет выхода. Если он покривит душой, то потеряет и доверие людей, и свое место, а оно для него определенно важно.

Но смогу ли я доказать свою невиновность? Это вину доказать легко, а ты попробуй, докажи, что тебя подставили?

Только вот выхода у меня определенно нет. Смерть тут – безвыходно. Смерть там – если мне не удастся доказать вину настоящего отравителя.

Страшно…

Внизу живота все сжалось, жутко захотелось в туалет… ничего, потерпишь! Главное момент не упустить.

– Господин Логан, – заговорил Тимир. – Тут такое…

В его изложении все выглядело достаточно просто. Ренар и Шаронер были случайно покалечены. Поскольку лекарь был пьян в дупель, лечила их я. С Шаронером все в порядке, а вот Ренар сегодня умер. И я ему помочь ничем не успела. А лекарь обвинил конкурентку в убийстве.

Господин Логан выслушал и кивнул.

– А вы что скажете, Сайм?

Лекарь развернулся во всю ширь ораторского искусства.

Он-де не пьян вовсе даже был, а отлучился по важному делу. Неотложному. И помощь оказать не успел. Хотел потом осмотреть пострадавших, но наглая девица его не пустила. Это, конечно, из-за денег. А лечить женщины не умеют, нет, не умеют, они вообще только для одного пригодны. А вот если бы он тогда… был бы сейчас Ренар жив. Наверняка это я что-то сделала не так.

Гнать меня, дрянь такую, надо из города.

Господин Логан дослушал и перевел взгляд на меня.

– Что вы скажете в свое оправдание?

Ах, вот оно как?

Оправдание?

Я спокойно посмотрела на мужчину.

– Вы считаете, что мне есть в чем оправдываться?

– Не играйте словами. Сайма я знаю уж лет двадцать, работник он хороший. И Ренар был хорошим парнем. А вы кто?

– А я человек, который требует справедливости. И я прошу, чтобы меня судили при всех! Мои слова против его слов! Что у вас есть – что вы его сто лет знаете!? Тогда вы не можете судить нас, потому что пристрастны!

Я топнула ногой.

Господин Логан прищурился.

– А королевский суд вас устроит?

Про это я тоже слышала. Но чего мне было бояться и что терять?

– Я невиновна! И бояться мне нечего!

– Кроме человеческой подлости и предвзятости, – отчетливо добавил рядом со мной чей-то голос. Я оглянулась.

Шаронер?

– Госпожа Ветана и меня лечила, и жив-здоров. А Нот, бедняга…

– Конечно, бедняга! Доверился подлецу, за что и поплатился! Мало того, подлец оказался на службе у коменданта… вы, любезнейший, что получаете взамен пьяницы на службе?

Тимир посмотрел на меня круглыми глазами, но меня уже несло.

– Требую, чтобы все разбирательства проходили прилюдно! И имею на это право!

– Вы понимаете, – вкрадчиво заговорил господин Логан, – что я не смогу остановить людей от мести истинному виновнику?

В этом месте я должна была испугаться, но – не тому меня учили.

– Любезнейший, – мой голос прозвучал наждаком по стеклу, – разрушить репутацию порядочного человека легко, но восстановить ее вы не сможете. Кого бы из нас вы сейчас не оправдали – меня или господина лекаря, все равно мы не отмоемся от подозрений, а вы – от обвинений. Оправдаете меня – скажут, что я подкупила вас красотой и молодостью. Обвините – скажут, что вы подыграли своему человеку, который купил вас. И в том, и в другом случае, урон вашей репутации будет нанесен немалый.

Лекарь что-то булькнул, но я не обратила на него внимания. Сейчас существовал только Логан, только серые глаза, чуть светлее моих, и я смотрела пристально и жестко, давая понять, что не сдамся без боя.

– Если вы будете проводить суд на людях – да, возможно, вы не спасете убийцу. Но кровь падет не на вашу голову. И никто не посмеет обвинить вас в предвзятости.

Господин Логан скрипнул зубами.

Обвинить?!

Ха!

Да его и обвинять не требовалось, он был кракеновски предвзят по отношению ко мне! Но здесь был Тимир, было еще несколько человек… замолчать случай не удастся.

Если он откажет мне в прилюдном разбирательстве, ему уже не отмыться. Какое бы решение он не принял.

– Сплетни пойдут в любом случае.

– Именно! Если вы имели наглость губить мою репутацию при всех – так и восстанавливайте ее прилюдно.

– Вы настолько уверены в своей невиновности?

– Я невиновна. При чем тут уверенность?

– Да она что хочешь скажет! – взвился лекарь, но кто бы обратил на него внимание. Мы с Логаном смотрели друг другу в глаза.

– Я знаю, что ты невиновна. Но это мой человек. И я буду на его стороне, что бы ни случилось.

– Ты знаешь, что я невиновна. Мне плевать, чей это человек, я не дам обвинить себя в убийстве!

– Я сделаю все, чтобы ты не выплыла.

– Я сделаю все, чтобы не выплыл ты.

Логан уговаривал, угрожал, убеждал – я твердо стояла на своем. Тут приоткрытая дверь и присутствие Тимира и еще нескольких людей шли мне на пользу. Логан мог бы изначально заставить меня силой, но не успел, а теперь все оказалось поздно.