"Магия, инкорпорейтед". Дорога Доблести - Роберт Хайнлайн

– Что? О нет, я к нему уже привык. Он помогает мне понять, кто это такой, когда я смотрюсь в зеркало.

– Хорошо, мне нравится, ведь он был у тебя, когда мы встретились впервые. Но если ты захочешь убрать его, только скажи.

Аппарат у стены снова защелкал. Она повернулась и вытащила из аппарата длинную ленту, пробежала ее глазами и тихонько присвистнула.

– Это займет не много времени, – сказала она весело и подкатила прибор к столу. – Лежи тихо, пока хранитель будет подключен к тебе, расслабься и дыши ровно. – Она прикрепила ко мне около полудюжины датчиков, и они крепко присосались в тех местах, куда она их приложила. На собственную голову Стар водрузила нечто, сначала показавшееся мне каким-то странным стетоскопом, хотя в надетом виде он закрыл ей оба глаза.

Она хмыкнула:

– Изнутри ты тоже хорош, Оскар. Нет, помолчи-ка еще. – Она положила руку мне на плечо, и я замер. Минут через пять Стар сняла руку и отсоединила все датчики. – Вот и все! – оживленно произнесла она. – Больше ты никогда не испытаешь простуды, мой герой, не будет у тебя и приступов расстройства желудка, подхваченного в джунглях. А теперь пройдем в другую комнату.

Я слез со стола и взялся за свои шмотки. Стар сказала:

– Там, куда мы направляемся, они не нужны. Там ты получишь полную экипировку и оружие.

Я остановился, держа в одной руке туфли, а в другой брюки:

– Стар…

– Да, Оскар?

– Скажи мне, в чем дело? Это ты дала объявление? И оно действительно предназначалось мне? Ты в самом деле собираешься нанять меня для выполнения какого-то замысла?

Она глубоко вздохнула и спокойно ответила:

– Объявление дала я. Оно предназначено тебе, и только тебе. Да, есть работа, которую ты должен выполнить… как мой рыцарь. Будут и увлекательные приключения, и несметные сокровища, и большие опасности, так что, возможно, ни один из нас не доживет до конца. – Она посмотрела мне прямо в глаза. – Итак, сэр?

Я на мгновенье подумал, что, вероятно, уже давно незаметно для себя попал в сумасшедший дом. Вслух я, однако, ничего не сказал, потому что если я действительно угодил в психушку, то уж Стар тут никак быть не могло. А мне безумно хотелось быть с ней. Я сказал:

– Принцесса… ты получила своего мальчика на побегушках.

Стар с облегчением вздохнула:

– Тогда быстрее. Времени мало.

Она проводила меня через дверь, находившуюся за шведской кушеткой, расстегивая по пути халат, распуская молнию на юбке и сбрасывая одежду прямо на пол. В мгновение ока она оказалась в том же виде, как тогда – на пляже.

Стены комнаты были окрашены в темный цвет, в ней не было окон, и тусклый свет падал неизвестно откуда. Два низких ложа стояли бок о бок – черные и больше похожие на гробы. Другой мебели не было и в помине. Когда дверь за нами закрылась, я поразился полному отсутствию эха – голые стены не отражали ни звука.

Оба ложа стояли в центре круга, очерченного мелом или белой краской на голом полу, – части более сложного узора. Мы вошли внутрь рисунка, Стар повернулась ко мне спиной и, присев на корточки, провела какую-то завершающую линию. Даже в этой позе она не казалась вульгарной, даже на корточках, даже с грудью, почти касающейся пола.

– Что это? – спросил я.

– Карта, пользуясь которой мы отправимся, куда нам надо.

– Она больше похожа на пентаграмму.

Стар пожала плечами:

– Пусть будет так. Это действительно Пентакль Власти. А лучше сказать – схема соединения. Но, мой герой, у меня нет времени для объяснений. Пожалуйста, ложись скорее.

Я лег на указанное мне правое ложе, но не мог оставить тему без завершения:

– Стар, ты колдунья?

– Если хочешь. Но попрошу тебя: прекрати разговоры. – Она легла и протянула мне ладонь. – Соединим руки, милорд. Так надо.

Ее ладонь была мягкой, теплой и безукоризненно красивой. Внезапно свет стал красным, потом погас. Я заснул.