Маг и кошка - Кристофер Сташеф

Балкис посмотрела на него и неуверенно улыбнулась:

— Похоже, тебе тут очень нравится.

Джабар с чувством кивнул:

— Такой дружбы, такого веселья, такой готовности поделиться последним куском хлеба я не встречал нигде. Быть может, все это рождено извечным осознанием опасности, поджидающей за крепостными стенами. Но даже если так и есть, то от этого наша дружба и готовность к взаимовыручке только сильнее. — Он лучисто улыбнулся Балкис. — Это славная жизнь, девушка. Если вы устанете от зависти и подлости большого мира, вспомните о нас.

— Непременно, — пообещала Балкис, а Антоний согласно кивнул.

Судя по расположению звезд, наступила полночь, когда Балкис и Антоний добрались до следующей долины. Юноша нахмурился, всматриваясь в глубину скалистого ущелья. Посередине тянулась узкая полоска зелени, в лунном свете казавшаяся почти черной.

— Видимо, река уходит под землю, — заключил Антоний, — а потом здесь вновь вытекает на поверхность.

Балкис кивнула:

— Думаю, это произошло тысячу лет назад, и эти долины и ущелья созданы рекой.

— Если так, — проговорил Антоний, — то когда-то это была воистину могучая река — ведь ее долины не меньше мили в ширину.

— Быть может, она и до сих пор широко разливается, когда в горах идут сильные дожди, — сказала Балкис и указала вниз, на сломанные ветви деревьев и вырванные с корнем кусты. — Как бы иначе сюда нанесло столько мусора?

— Верно подмечено, — согласился Антоний. — Вряд ли столь ранней весной мы услышим гром, но если услышим, давай поскорее заберемся повыше.

— Но если услышим, — уточнила Балкис. — А покуда никакого грома нет, я бы предпочла идти поблизости от воды, раз уж есть такая возможность.

Антоний согласился с ней, и они стали спускаться в ущелье. Луна вершила свой путь по ночному небу. Путники не нашли дороги — только оленью тропу, и в результате путь до дна ущелья занял у них целых два часа.

— Странно, что сюда почти не заглядывают люди, — проговорил Антоний, но, оглянувшись назад, увидел голые ветви дубов и осин, между которыми просвечивали звезды, и неприязненно поежился.

— По ночам люди опасаются духов, — негромко вымолвила Балкис. — Но только люди. Звери, проложившие эту тропу, духов не боятся.

Вдалеке заухала сова. Через несколько минут до спутников донесся предсмертный писк какого-то зверька. Антоний недовольно покачал головой:

— Пожалуй, нам бы лучше развести костер. Думаю, дальше лучше идти при свете дня.

— Ты боишься того, чего не видишь? — чуть насмешливо спросила Балкис.

— Именно так, — нисколько не смутившись, ответил Антоний. — Того, что я не вижу, я боюсь гораздо больше того, что вижу.

Его честность обезоружила Балкис, и ей стало стыдно. Они еще немного прошли по берегу реки под облетевшими, голыми деревьями. Балкис стало зябко, она плотнее закуталась в плащ. Она не спорила: ветви без листвы и беззвучное течение темных речных вод пугали. Девушка старательно успокаивала себя тем, что днем все будет выглядеть не так страшно. Но вновь впереди послышался вой, а потом — вскрик. Балкис поежилась. «Просто мне холодно», — думала она, стараясь заставить себя поверить в это.

А потом она расслышала другие звуки.

Поначалу они доносились еле слышно, издалека, но она сразу распознала их — то били боевые барабаны. Их стук звучал в такт с шагами людей — все ближе и ближе, спереди, и громкость барабанного боя быстро нарастала.

Антоний в отчаянии огляделся по сторонам:

— Где же нам спрятаться?

Вдали пропела труба. С другой стороны ущелья ей ответила другая — иным напевом.

— Почему эти люди вышли в поход посреди ночи? — воскликнул Антоний.

— Если они намеревались застигнуть врагов врасплох, это у них не получилось, — пробормотала Балкис.

Звуки перестати приближаться. Они слышались довольно далеко, но вскоре к ним примешались крики, потом — бряцание стали, а потом — вопли гибнущих людей.

— Давай уйдем из этого ущелья поскорее! — крикнула Балкис и бросилась к склону, от которого они с Антонием успели удалиться на полмили. — Не нравится мне здесь!

— Да уж, теперь не стоит думать о том, как хорошо, когда рядом вода, — согласился Антоний и, развернувшись, побежал следом за спутницей.

Они бежали по лугу, озаренные светом звезд, и глядели под ноги, чтобы не угодить в яму и не наступить на камни. Они мчались быстрее ветра, обгоняли летевшую над их головами сову — так им хотелось поскорее умчаться прочь от криков и шума сражения.

— Всего сотня ярдов осталась, — выдохнул на бегу Антоний.

И верно: впереди уже вздымался склон. Но тут неожиданно земля пошла под уклон, и на пути беглецов встал воин в кожаных доспехах, с круглым щитом: и замахнулся на Балкис и Антония боевым топориком.