Зло из прошлого - Шеннон Мессенджер

Она месяцами пыталась добиться с ним встречи, чтобы разузнать, почему он сослал Весперу в люменарийскую темницу. Но он оставался возмутительно неприступным.

Среди них было несколько мужчин с отличительной чертой Древних, заострёнными ушами, но особых примет Фэллона Софи не знала и потому вычислить его не могла. И Кифа не спросишь – в зале стояла мёртвая тишина. Взбираясь по ступенькам аудитории и рассаживаясь по своим местам, никто не проронил ни слова.

Но когда двери распахнулись снова, пропуская Алдена с Деллой в сопровождении Фитца, Бианы и гоблинов-телохранителей Гризели и Вольцера, стало ещё тише.

Софи видела своих друзей убитыми горем, дрожащими от ярости, бьющимися в истерике, даже окровавленными и избитыми до полусмерти. Но такими… поникшими – никогда. В одеяниях унылых цветов они брели, не поднимая зеленовато-голубых глаз от земли.

Биана с каждым шагом даже исчезала чаще, чем обычно бывало из-за её способности эмфаниста.

И Делла тоже. Она была одета в тускло-серое платье и плащ без излишеств, а длинные волосы стянула сзади простым узлом.

Камзол и плащ Алдена также ничем особенным не выделялись.

Несмотря на это, всё внимание было приковано к Вакерам.

Атмосфера в зале накалялась, становясь напряжённее с каждым взглядом в их сторону, преисполненным презрения к семейству, опозорившему своё доброе имя.

Фитц и Биана словно съёжились под тяжким гнётом, понурив головы, а когда тихий ропот толпы усилился до громовых раскатов, чуть не перешли на бег.

Они приближались, и Софи захотелось сказать им что-нибудь приятное, но ободряющие слова начисто вылетели из головы, и даже Киф в кои-то веки не сподобился пошутить. Пришлось начинать с унылого «привет».

Биана вскинула голову:

– Ого! Ребята, а вы что тут делаете?

– А разве вас отец не предупредил, что выбил нам разрешение? – удивился Киф и, заметив пристальный взгляд Фитца, отодвинулся от Софи.

– Я хотел сделать им сюрприз, – объяснил Алден. – Надеюсь, никто не против.

– Ну конечно!

Биана чуть не задушила Софи в объятиях, на что Софи постаралась ответить как можно деликатней.

Биана всё твердила, что от её тяжёлых ранений, полученных в Сумраке, не осталось и следа, но Софи заметила, что с тех пор та стала носить закрывающие шею и плечи платья и блузки с длинными рукавами.

– Кстати, шикарно выглядишь, – похвалила Биана, отстраняясь, чтобы полюбоваться нарядом Софи. – Эх, надо было мне тоже косу заплести или приодеться.

– Ну что ты, Биана, да ты просто восхитительна, – уверила её Софи. – Впрочем, как всегда.

Она не лгала.

Биана выделялась даже среди толпы Вакеров.

Да и Фитц тоже, хотя Софи старалась этого не замечать.

– Слушай, Фитц, – пихнул его Киф локтем в бок. – Хочешь поспорить, сколько продлится заседание? Можешь придумать свои условия… да, если продуешь, придётся походить в школу в металлическом подгузнике и называть меня Сребровласым Повелителем.

– Ну… пожалуй, нет, – отказался Фитц, а Биана переспросила:

– Сребровласым?

– Сребровласым Повелителем, – поправил её Киф. – А что? Так и есть. – Он вскинул голову, как в рекламе шампуня. – По-моему, ко мне только так и надо обращаться, а, Фостер?

– Хоть бы не позорился, – ответила Софи.

Впрочем, Биана хихикнула, Фитц едва сдержал улыбку, даже Алден с Деллой немного успокоились.

Но когда Алден жестом пригласил их за собой по узкой серебристой лестнице, ведущей к помосту с рядом кресел напротив тронов старейшин, все приняли серьёзный вид.

Фитц подал Софи руку, и она постаралась подавить трепет. Наверное, он просто вспомнил о её неловкости, когда приходилось куда-то карабкаться, тем более на высоких каблуках, но всё-таки, взяв его под локоть, ощутила, как зарделись щёки.

А когда он заметил: «Как здорово, что ты пришла», они и вовсе запылали.

– Я тоже рада.

Она не кривила душой, хотя среди гула голосов послышались новые нотки, и по нескольким обрывкам фраз стало ясно, что многие обсуждают именно её.

– Росла среди людей.

– Генетические изменения.

– Проект «Лунный жаворонок».

Среди прочего несколько раз донеслось «сватовство», и вникать дальше ей расхотелось. Особенно после ухмылки Кифа.

Фитц проводил её до дальнего кресла слева от возвышения и сел рядом. Соседние места заняли Киф, Биана, Делла и Алден, а их телохранители устроились за ними в следующем ряду.

– А куда приведут Алвара? – прошептала Софи, заметив, что в их ряду свободных мест не осталось.

Алден указал на квадратную площадку.

– Как только он шагнёт на помост, тот поднимется.

– Ему придётся предстать перед Советом в одиночку, – добавила Делла.

– Кажется, время пошло, – обратился Киф к Ро, когда по залу промаршировали два с лишним десятка увешанных оружием гоблинов и встали кольцом вокруг тронов старейшин.

– И это называется охрана? – фыркнула Ро. – Да я бы их голыми руками раскидала.

Ответ Сандора потонул в рёве фанфар, пожалуй, и к лучшему. А когда на помост в сверкающих серебристых одеяниях с мерцающими обручами на головах взошли двенадцать старейшин, у Софи внутри всё сжалось.

Ро фыркнула.

– Ого! У них что, и правда камешки в коронах подобраны в тон к тронам?

– А что, по-вашему, татуировки смотрелись бы лучше? – парировал старейшина Эмери.

Гулкое эхо его бархатистого баритона заплясало меж изумрудных стен, но Ро, не моргнув даже глазом, подняла руку и провела розовым когтем по замысловатому рисунку у себя на лбу.

– Вряд ли у вас духу хватит стерпеть такую боль.

– Вам и не снилось то, что нам приходится терпеть, – ответил старейшина.

Его кожа обычно была того же оттенка, что и длинные тёмные волосы, но при этих словах, явно связанных с какими-то воспоминаниями, слегка побледнела.

– Впрочем, мы собрались по совершенно другому вопросу, – добавил он, усаживаясь на трон, украшенный сапфирами под цвет его глаз и инкрустации на обруче. – Знаю, что у многих здесь присутствующих хватает других важных дел, так что не будем терять время.

– Слышала? – спросил Киф Ро, пока остальные старейшины рассаживались по местам. – Они не собираются терять время.

– Ха, свежо предание, – возразила Ро.

– Приведите подсудимого, – приказал Эмери, и в зал вошли ещё четверо гоблинов, ведя под конвоем фигуру в капюшоне, которая с каждым шагом растворялась в воздухе и появлялась вновь, точь-в-точь как мать и сестра.