Ворриор и Пиас. Гнев богов - Стелла Так

– Не мне. Сначала Ворриор. У нее… у нее еще есть душа.

– Ворриор? – взгляд Дока переметнулся ко мне. На его лбу образовались морщины. – Ты как?

Я молчала, а Чарминг рядом со мной вздохнул.

– Она в состоянии шока. Ее брат только что умер, – мягко объяснил он. Слишком мягко.

Доктор изучающе смотрел на меня, а затем подошел поближе и пропальпировал тело. Он нажал на живот, который сразу же заурчал.

– Кажется, с физической точки зрения она не слишком пострадала. Я вижу лишь крошечные следы чужой души, – его пристальный взгляд изучил мои мышцы и кости, прежде чем Док снова повернулся к Пиасу. – Я не могу ей помочь. Твоя очередь.

– Нет! Сначала Ворриор! Она проглотила Геракла, – прокричала синеволосая башка, он же отец богов.

Док нервно щелкнул языком.

– Сначала надо заняться более серьезными травмами, и под серьезными травмами я имею в виду твои, – железным голосом сказал он. – Как я уже говорил, в физическом плане Ворриор не пострадала. Если она и глотала Геракла, он уже точно не в ней!

– Но… Я этого не понимаю, – Пиас выглядел сбитым с толку и в то же время расстроенным.

Я попыталась с помощью взгляда дать ему понять, что давно выплюнула Геракла и он исчез в пустыне, но Пиас был не на пике эмпатии и не в состоянии расшифровать мои панические выкаты глаз. Его лицо приобрело такое выражение, будто он в любой момент готов был от злости укусить подушку.

Казалось, Пиас снова хотел наложить вето на вмешательство в свое здоровье, тем самым раздражая всех нас еще больше, но Док уже вытянул свою руку в его сторону. На бледных кончиках пальцев зашипела магия.

Пиас заморгал из-за внезапной вспышки и закричал, когда Док без колебаний полез ковыряться в открытой ране. Волосы на моей шее встали дыбом. Я непроизвольно схватила Пиаса за руку, и его длинные пальцы ухватились за мои, а ногти впились в ладонь.

– Еще немного! – пробормотал Док.

Кровь лилась. Несколько серебряных капель упали мне на щеку. Сладко пахнущие, они стекали к моему подбородку, щекоча уголок губ, пока Пиас ревел от боли во все горло.

– Вот и все!

Я услышала влажное хлюпанье, и снова полилась кровь. Пиас застонал.

Врач торжествующе держал в руке сплющенную пулю. Она была похожа на монетку, только поменьше. Мне стало плохо, когда вспомнила, как Мэдокс нажал на курок и отправил пулю в голову Пиаса.

– М-м-м, титан! Умно, умно! – прокомментировал Док, щелчком пальца заставив снаряд исчезнуть. Пиас задрожал. Его рука так крепко обхватила мою, что я услышала, как хрустят кости. И все же я ничего не говорила, продолжая изображать немую куклу.

– Секунду! – доктор длинными шагами отошел от нас, сел на корточки перед окном и открыл свой вездесущий медицинский чемодан. Из него он достал белые марлевые повязки, компресс и бутылочку с сомнительным красным содержимым, которую открыл, подходя обратно. Запах амброзии наполнил воздух. – Может немного жечь, но это ускоряет процесс восстановления, – он без лишних церемоний вылил все содержимое в открытую рану Пиаса.

Он чуть не слетел с кровати, когда его спина выгнулась. Но все же не отпускал меня ни на секунду.

– Ты что, совсем с ума сошел? – рявкнул бог, когда шок прошел. Док начал накладывать повязку с компрессом вокруг головы Пиаса, словно белый шлем.

– Ой, мне очень жаль. Я не знал, что с нашим принцем надо обходиться как с малышом. Хочешь леденец?

– Да что на тебя нашло? – прошипел Пиас, наконец отпустив мою руку, и резко сел. Он шатался, но ему все же удалось выпустить пару угрожающих молний в сторону врача.

Мышиного цвета брови Дока поднялись.

– Думаю, вида твоей эмоционально сломленной половинки достаточно в качестве ответа. Я ждал от тебя большего.

Молнии внезапно прекратились. Док поджал губы и подошел ко мне, почти нежно посмотрев. Он присел на корточки и положил руку мне на лоб.

– Я дам тебе поспать, если ты не против, Ворриор, – прошептал он. – Я пока что не могу помочь тебе. Но время… время лечит все раны.

Я моргнула. Это ведь было почти как кивок, правда?

Док улыбнулся в ответ. Таким милым со мной он еще никогда не был. Жутко.

– Все будет хорошо, – солгал он.

Я перевела взгляд на Чарминга. Тот оперся на дверной косяк со скрещенными на груди руками и ни на секунду не спускал с меня глаз.

Рэйзд все это время молча сидел в большом кресле рядом с растением-Брейвом, наблюдая за сценой своими черными глазами.

– Спи спокойно, – магия врача, совсем не похожая на предыдущие пытки Чарминга, сверкнула и мелькнула в голове. В этот раз я заснула в мгновение ока.