Марица. Исток - Александра Европейцева

Я увидела, как в его глазах промелькнула последняя, отчаянная надежда отказать, но она тут же погасла. Он беспомощно кивнул и, понурившись, поплелся к двери, чтобы исполнить приказ. Его могущественная фигура вдруг казалась ссутулившейся и по-стариковски немощной.

Я вышла из кабинета полковника, ощущая на спине его взгляд, полный немой ненависти и страха. Майор Грот, бледный, но с выпрямленной спиной и ясным взглядом, следовал за мной в двух шагах, как только его освободили из-под ареста. Воздух на плацу, прежде пропитанный щелоком и показной дисциплиной, теперь звенел недоумением и тревогой. Солдаты, все так же замершие в строю, чувствовали, что ветер переменился.

Мой экипаж стоял там же, но теперь он казался не просто средством передвижения, а моим передвижным кабинетом и крепостью. Гвардейцы короля, мои верные спутники, застыли в каменном безмолвии по обе стороны от дверцы, их лица под шлемами были бесстрастны.

— Сержант, — мой голос, четкий и металлический, разрезал гнетущую тишину плаца.

Один из гвардейцев, с алебардой на плече, сделал шаг вперед и щелкнул каблуками.

— Приказываю погрузить в карету все предоставленные полковником документы. Осторожно, ничего не уронив и не перепутав. Это вещественные доказательства для Его Величества.

— Так точно! — Сержант резко развернулся, отдавая тихие, отрывистые команды своим людям.

Гвардейцы ожили, превратившись в слаженный механизм. Двое бесшумно вошли в здание комендатуры, чтобы забрать папки из кабинета. Еще один открыл дверцу кареты и откинул сиденье, обнажив вместительный потайной ящик, предназначенный как раз для таких случаев. Все было сделано быстро, эффективно и без лишнего шума. Ни один лист не пострадал. Я наблюдала за этим, чувствуя слабое удовлетворение. В отличие от суеты гарнизона, здесь царил настоящий порядок.

Майор Грот молча наблюдал за происходящим, и в его глазах читалось облегчение. Он понимал, что его донесения теперь попадут прямо в руки королю, минуя фильтр лживых сводок.

Когда последняя папка была уложена и ящик защелкнулся, я обернулась к нему.

— Теперь, майор, пройдемся. Расскажите подробности. Все, что считали бредом пьяных новобранцев. Мне нужны детали.

Мы отошли на несколько шагов от кареты, встав под скудной тенью от стены форта. Грот глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Его лицо, еще не до конца пришедшее в себя после гауптвахты, стало серьезным.

— Тэба, это началось около четырех месяцев назад, — начал он, понизив голос. — Сначала редкие вспышки в ущелье Серая Сова. Списано на грозы, хотя гроз в сухое время года не бывает. Потом — дрожь земли. Слабые, едва уловимые толчки. Рудокопы из Кревета первыми забили тревогу. Говорили, что камни «поют» по ночам.

— Поют? — уточнила я.

— Их слова, тэба. Гудят, вибрируют. Будто кто-то бьет по самой скале огромным молотом где-то глубоко под землей. А огни… — он замолчал, подбирая слова. — Они не похожи на магию, которую я видел. Они… холодные. Не обжигают взгляд, а скорее, затягивают. Смотря на них, чувствуешь пустоту и тоску. Как будто смотришь в мертвые глаза.

Его слова ложились на подготовленную почву. Все, что я читала в рапортах, обретало плоть и звук. Это была не просто халатность. Юварг мог по невежеству упустить что-то серьезное.

— И вы считаете, это искусственного происхождения?

— Не знаю, — неуверенно ответил Грот. — Но это странно. Хаотично, и не похоже на обычные природные катаклизмы. Словно… Не знаю… От созерцания происходящего становится жутко. Есть подозрения, что кто-то… что-то будит в тех пещерах. Или копает.

Холодок пробежал по моей спине. Синие горы, соседнее королевство, были старым, молчаливым местом, полным забытых троп и пещер, уходящих в неизвестную глубину. Раньше, в былые времена, там жили драконы. Если там кто-то ведет работы, и такие масштабные, что это вызывает вибрации и свечение…

— Вы сделали все, что могли, майор, — тихо сказала я. — Ваша бдительность сослужит королевству хорошую службу. Теперь это мое дело. Я попрошу короля вызвать сюда специалистов, которые попытаются установить причину.

Я повернулась к карете, где гвардейцы уже заняли свои места, готовые к отъезду.

— Сержант, мы выдвигаемся и…

Мое повеление утонуло в новом, нарастающем гуле. Но на этот раз это был не ветер с Иных земель. Звук шел откуда-то снизу, из-под земли, и нарастал с каждой секундой, превращаясь из низкого гула в оглушительный рев. Он был похож на скрежет тысяч валунов, перемалывающих друг друга в чудовищной мясорубке.

Земля под ногами дрогнула. Сначала слабо, словно отдаленное эхо, но почти сразу же тряска усилилась. Со стены форта посыпалась мелкая каменная крошка, зазвенели и заходили ходуном стекла в окнах комендатуры.

— Что это? — выдохнул майор Грот. Его выпрямленная спина снова сгорбилась, но теперь от неподдельного, животного ужаса.

Я не ответила. Сердце на мгновение замерло, а потом забилось с бешеной силой, выстукивая знакомый, давно забытый ритм тревоги. Адреналин ударил в голову, вытесняя все остальные мысли. Я рванулась вперед, прочь от стены, на середину плаца, туда, где ничто не могло рухнуть сверху.

— Сель! — мой голос, сдавленный и резкий, перекрыл нарастающий грохот. — Это сель! С гор!

На плацу воцарилась мгновенная, парализующая тишина, и сквозь нее прорвался дикий, истеричный крик часового с вышки:

— Скалы! Скалы движутся!

Все головы, как по команде, повернулись в сторону Синих гор. И мы увидели.

То, что еще несколько минут назад было величественным, незыблемым горным массивом, теперь представляло собой бурлящую, клокочущую массу. Гигантская волна из грязи, камней, вырванных с корнем деревьев и пены неслась вниз по склону, сметая все на своем пути. Она двигалась с чудовищной, неумолимой скоростью, и ее путь лежал прямиком через ущелье Серая Сова — прямиком к гарнизону Вербес.

У меня перехватило дыхание. Расстояние было невелико. Минуты. У нас были минуты.

Хаос, который до этого был скрыт под маской дисциплины, вырвался наружу с удесятеренной силой. Солдаты на плацу засуетились, кто-то бежал к казармам, кто-то застыл на месте в оцепенении, кто-то молился. Чей-то потерянный голос вопил: «Спасайся кто может!»

Полковник Юварг выскочил из здания комендатуры, его землисто-серое лицо исказила первобытная паника. Он не отдавал приказов, он просто смотрел на надвигающуюся смерть, и его дергающийся глаз замер, широко распахнутый ужасом.

Время замедлилось. Мысленно я уже видела, как эта грязная лавина накрывает форт, сминает карету, давит