Сточное время - Владимир Холкин

В первый момент она показалась ему очень высокой, но дело было, скорее, в тоненькой и стройной фигуре, да и шпильки на сапожках были такой длины, что возникала мысль о магических трюках для поддержания равновесия.

— Здравствуйте, — сказала она, — вы Янус? Я вас сразу узнала, вы на снимке выглядите очень похоже…

— Здравствуйте, — сказал Янус. — А вы в жизни намного красивее.

Она слегка покраснела. Он достал из кармана медальон-накопитель.

— Вот, держите, это ректор велел передать принцессе.

— Да, да, я знаю. Интересно, а что там?

— Это страшный секрет, — произнес Янус зловещим голосом и тут же устыдился, увидев, как распахнулись ее глаза.

— Я пошутил, Виола, не пугайтесь, пожалуйста! Я сам не знаю, что там записано. Просто ректор попросил побыстрее.

Она пригрозила ему пальчиком.

— Не смейте дурачить невинных девушек!.. Да, я знаю, что надо быстро, мне Ее Высочество говорила. Сразу побегу во дворец.

— Ладно… — Янус замялся. — А сюда вы еще придете?

Она лукаво улыбнулась.

— А что?

— Ну, не знаю, просто… Хочется еще вас увидеть.

Она тоже слегка смутилась.

— Ну, вообще-то, я хотела здесь посмотреть подарки. Меня на каникулы домой отпустили…

— Тогда я буду вас ждать! Вот прямо на этом месте.

— Только это не сразу, часа через два. Вы же не будете здесь два часа стоять?

Янус улыбнулся:

— Я тоже пройдусь, все-таки не каждый день в метрополии. Давайте так, если вдруг разминемся, вызывайте через браслет. Ну, или я вас вызову.

— Но мой на вас не настроен…

— Это несложно. Вы позволите?

Она робко подала ему руку, и он бережно накрыл ладонью ее запястье, на котором блестел изящный браслет из белого сплава. Задержав дыхание, он отправил короткий импульс, соединяющий контуры.

— Все, — сказал он, продолжая удерживать ее руку, а она не спешила ее отнимать.

— Хорошо вам все-таки, Посвященным, — сказала она наконец, опуская взгляд.

— Ну что вы, Виола, какой же я Посвященный? Мне еще четыре года учиться…

— Я понимаю, но все равно завидно.

Янус не нашелся, что на это ответить.

— Так вы придете? — спросил он после небольшой паузы.

— Приду, теперь не отвертитесь. — Она засмеялась и, повернувшись на каблучках, легко зацокала прочь. Он проводил ее взглядом и пару минут бессмысленно озирался, с трудом обретая способность соображать.

— А удачно это я зачет завалил, — пробормотал Янус и двинулся в сторону кафетерия. После сегодняшних треволнений зверски хотелось есть.

Янус протолкался к стойке и принялся изучать меню. Видимо, здесь нередко обслуживали студентов и выпускников университета — напротив одной из строчек мерцал значок, видимый исключительно вторым зрением. Забавная рожица облизывалась и лучилась от удовольствия. Ну-ка, что это они рекламируют? Морские дракончики? Янус взглянул на цену. Нет уж, спасибо. Он не намерен выкладывать целое состояние только ради того, чтобы ощутить свою принадлежность к избранным. А на вкус эти дракончики как резина…

Кто-то окликнул его по имени. Обернувшись, он увидел за одним из столов компанию своих однокашников. С его факультета никого не было, но крепыша Кверкуса он знал по гребной команде.

— Давай к нам, — замахал ему Кверкус.

Янус взял свой заказ и подсел к столу.

— И кружку тащи, — подсказали ему, кивая на кувшин с грогом.

— Не, я пока не буду.

— А что так?

— Ну, мне еще по делам сегодня…

— Ишь ты, деловой какой! Каникулы начались, забыл? А на закуску рекомендуем морских дракончиков. Мы уже вон фунта четыре слопали.

Янус хмыкнул.

— Да нет, спасибо. Я уж лучше бифштекс.

— Стоило ради этого в город ехать? У нас в столовой такой бифштекс даже практиканты сварганят.

— Это которые с пищевого синтеза?

— Ну да. Если они дежурят, я стараюсь туда вообще не соваться. Видел их как-то на семинаре по трансмутации, так они там такого натрансмутили, что глянуть страшно, не то что в рот положить!

За столом заржали, и Янус продолжил уплетать свою порцию. Уже прилично поддатый, Кверкус свернул на новую тему.

— И вообще, Янус, — заявил он, — вступай к нам в Орден! Я же тебе сколько раз предлагал. Смотри, какие у нас орлы!

Янус поморщился. Так называемый Орден Равных существовал уже довольно давно, но в последнее время проявлял повышенную активность. Его адепты агитировали студентов, создавая на факультетах свои, как они их называли, ячейки. Главный тезис, насколько понимал Янус, состоял в том, что кастовая система в ее нынешнем виде себя давно изжила и рядовые члены гильдий (или даже те, кто вообще не имеет квалификации) должны получить больше прав по сравнению с Посвященными. Особой логики Янус здесь не улавливал, но вступать в дискуссию не хотел.

— Перестань, — сказал он Кверкусу, — это не для меня, я ведь уже сказал.

— А чего ты вдруг так уперся? Головой подумать не хочешь? — Кверкус явно завелся. — Вот мы шесть лет учимся, а сколько из нас получается Посвященных? Процентов пять, не больше. И эти пять процентов управляют планетой! Это, по-твоему, справедливо?

— Да, — хладнокровно ответил Янус. — По-моему, справедливо. Учись, проявляй таланты — глядишь, и тебе обломится.

— Издеваешься?

Кверкус налился кровью, и Янус почувствовал, как сгущается энергетический фон, как будто над столом завис небольшой циклон. Кажется, начал слегка потрескивать воздух. «Ну, давай, — подумал Янус, — попробуй. Мое поле ты не пробьешь, дуболом, а вот агрессивный выброс энергии, да еще в общественном месте — это уже не шутка. Из универа можно вылететь на раз-два». Кверкус, видимо, тоже что-то сообразил, поскольку сделал глубокий вдох и поспешно глотнул из кружки.

— Говночист, — процедил он с невыразимым презрением.

Это был удар ниже пояса. Все, естественно, знали, что факультет ассенизации, на котором учился Янус, не имеет ничего общего с копанием в выгребных ямах, но когда нужен был повод для оскорбления, искать его долго не приходилось.

— Да пошел ты вместе со своим Орденом! — сказал Янус, поднимаясь из-за стола.

— Давай, вали, — прогудел ему вслед Кверкус, — копайся в своем дерьме. Сам еще к нам попросишься, только мы тебя уже не возьмем…

«Вот ведь урод, — со злостью подумал Янус. — Аристократ по крови в …надцатом поколении, а туда же — за равные права борется. Зачем Кверкусу вообще университет? Сек бы тихо крестьян в родовом поместье…»