Клим Первый, Драконоборец - Михаил Ахманов

– Кубок! – выкрикнул тощий в сине-зеленых штанах, снова грохнув жезлом о камень. – Королевский кубок, разгильдяи!

Девушки окатили Клима водой, паж поднес кубок. Он отхлебнул, поморщился, пробормотал: «Шампанское по утрам пьют или аристократы, или дегенераты» – и поманил к себе тощего:

– Ты кто таков, разноцветный мой?

– Астрофель диц Техеби к твоим услугам, сир. Советник Левой Руки, блюститель дворцовых покоев.

– Хм… Выходит, я во дворце… И как я здесь очутился?

– Не могу знать, твое величество. Прикажешь, чтобы явились мудрецы-чародеи?

– С мудрецами подождем, – промолвил Скуратов, оглядывая зал. – Скажи-ка мне, Филя, тут у нас что? Какое помещение?

– Твоя опочивальня, повелитель.

Клим принюхался и ткнул пальцем в сторону окон:

– А почему дымом и жареным пахнет да еще навозом? Что там?

– Твой дворец с кухнями и конюшнями, твой стольный град, а окрест – твоя держава. – Помедлив, Астрофель спросил: – Велишь начать аудиенцию?

Клим покосился на девиц, усердно поливавших его из кувшинов.

– Прямо сейчас? Голым и мокрым?

– Владыке Рипелю это не мешало, – отозвался блюститель покоев. – Он говорил, что голый король все равно король.

– Но голый и мокрый – это уже слишком, – возразил Клим, поднимаясь. – Ну-ка, красавицы, где у нас полотенца?

Полотенец ему не дали, но, хихикая и пересмеиваясь, вытерли досуха льняными простынями с изображением дракона. Должно быть, королевский герб, решил Клим и не ошибся – куча тряпья на кровати оказалась роскошной мантией, тоже затканной драконами. Мантию набросили ему на плечи, усадили к столу, налили игристого вина, похожего на шампанское, и Астрофель, стукнув посохом, распорядился насчет завтрака. Первого завтрака, малого, какой подается королю при восходе солнца, а ближе к полудню будет второй, с жонглерами, шутами и плясуньями.

Слуги потащили блюда с жарким, лепешками, медом и маслом, опустились на колени юные пажи с салфетками и мисками для омовения рук, снова полилось вино, явился лютнист и сыграл пару бодрящих мелодий. За окнами шумел, просыпаясь, стольный город, слышались крики торговцев, смех, перебранка, скрип тележных колес, топот копыт и лошадиное ржание. В небо поднимались дымы от сотен очагов, сверкали на солнце кровли башен и домов, и над стеной королевского замка взвился пурпурный стяг с вытканным золотым драконом. Клим слушал, ел и пил, поглядывал в окно и размышлял о новом своем состоянии, таком внезапном и странном. Король! Надо же, король! Хоть и неведомо где и непонятно как… Зато король! Непыльная служба – ни забот о жилье, ни дум о пропитании, и не нужно гоняться за всяким отребьем в лесах и горах. Сиди на троне и командуй. Опять же барышни здесь ничего, игривые…

Он вздохнул и покосился на оружие в соседнем кресле. Он точно помнил, сколько осталось патронов: две обоймы к «калашу» и три к «гюрзе»[1]. Еще гранаты, тоже три. Оружие было реальнее, чем королевский титул, во всяком случае, пока. Ибо бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Аудиенция… – снова начал блюститель покоев.

– Ладно, согласен! – Клим помахал рукой. – Но раз я король, то и выглядеть должен по-королевски, одетым и обутым. И еще… – Он бросил взгляд на огромное ложе и фривольные шпалеры на стенах. – Никаких аудиенций в спальне! Ни в спальне, ни на кухне, ни в сортире! Помещение должно соответствовать. Есть тут тронный зал?

– Есть, твое величество, как не быть, – подтвердил Астрофель диц Техеби.

– В нем и соберемся. Только высший комсостав, никаких шестерок, – сказал Клим и велел нести одежду.

Одевали его двое слуг, Бака и Дога. Процесс был непростым и долгим: шнурки, завязки, застежки, кружева. Рубаха тонкого полотна, исподнее, штаны в обтяжку – одна штанина алая, другая в синюю полоску. Пурпурный, шитый серебром кафтан с высоким стоячим воротником, подпирающим нижнюю челюсть. У кафтана имелись рукава, а поверх них спадали от плеч до коленей длинные нарукавники. На ногах – ботфорты с отворотами, на шее – цепь с золотым драконом, через плечо – перевязь с орденами и шпагой, на талии – чеканный пояс… Бака и Дога, трудившиеся под присмотром блюстителя, изрядно вспотели. Наконец туалет был закончен. Астрофель отложил посох, вытащил из сундука ларец, а из него – корону, блистающую самоцветами. Корону возложили Климу на голову, на руки натянули перчатки и опрыскали душистой водой.

– Хвала Творцу! Твое величество могуч и грозен как шердан, – с поклоном произнес блюститель.

– Это что за зверь? – полюбопытствовал Клим, пряча за пазуху пистолет.

– Увидишь, сир. В королевском зверинце один еще остался.

Продолжая кланяться, Астрофель подвел его к зеркалу. Ну и петух! – подумал Клим, всматриваясь в мутное изображение. Прямо король-солнце Людовик Четырнадцатый! Хотя тот Людовик был как будто в плечах поуже, ростом поменьше и вообще посубтильнее… Нет, не Людовик, признался он со вздохом, и даже не д'Артаньян – скорее, Портос.

Блюститель глядел на него, как мать на любимое дитя. Потом щелкнул пальцами и выкрикнул:

– Плащ! Оруженосец, королевский плащ!

Подскочил миловидный юноша в зеленом колете, набросил на плечи Климу тяжелый плащ с золотыми драконами и вытянулся по стойке смирно. Красавчик, решил Клим. Губки алые, глазки синие, ресницы длинные и светлые кудри до плеч. Тоже мне, оруженосец!

Но, оставив это мнение при себе, он кивнул парню и распорядился:

– Мою амуницию – в сундук. Головой отвечаешь! И с этой штукой поаккуратнее. – Он показал на автомат. – Ничего не нажимать, не совать пальцы в ствол, нести за ремень. Все понял?

– Да, сир! Все исполню, сир! – Голос у юноши был звонкий, и смотрел он на короля с тем же обожанием, что и блюститель покоев Астрофель диц Техеби, советник Левой Руки.

Раз есть левые советники, будут и правые. Пора на них взглянуть, подумал Клим и направился к двери. Шел он неторопливо и с удовольствием слушал, как звенят на груди ордена.

Астрофель ринулся следом.

– Постой, государь! Увы мне, увы! Забыл спросить, совсем забыл! – Он хлопнул себя по лбу. – Имя! Скажи мне свое благородное имя, дабы я мог объявить его придворным и всем иным сословиям!

Клим остановился.

– Майор Клим Андреевич Скуратов. Так и объявляй, боярин.

– Имя, достойное короля, – с почтением молвил блюститель покоев, шагнул за порог и стукнул жезлом в пол. – Государь пробудился и изволит следовать в тронный зал! Его величество Марклим андр Шкур! Приветствуйте короля!

– Вира лахерис! Баан! Баан! – грянуло за порогом. – Слава! Слава!

Глотки были здоровые. Прямо скажем, гвардейские глотки.