Пленники Зоны. О возвращении забыть - Сергей Коротков

– Прошу прощения, Михаил Федорович. – Генерал, еще не догоняя, шутит старик или нет, выпрямился от стола. – Я хотел как раз в конце вводной вас представить, когда будет подходящий момент.

– Можно и сейчас, а то майор Топорков силится снова задать вопрос и разрешить свои сомнения. Да, майор? – Старик привстал с коляски.

– Так точно, – Никита улыбнулся инвалиду и перевел уже серьезный взгляд на генерала, – как решит товарищ генерал!

– Ох ты! Топорков, Топорков. Влепить бы тебе как рядовому пару нарядов, но звание не позволяет твое. Ладно, проехали. Прошу знакомиться, – генерал указал рукой на инвалида, – Михаил Федорович. Мозг операции, соруководитель, организатор, стратег. Не наших служб, но утвержден Центром. Почему – станет ясно позже. Сейчас мне трудно объяснить, а вам понять. Итак…

Кажется, все удовлетворились туманными объяснениями генерала и сомкнули ряды у стола с картами, топосъемками, фотографиями. Один Никита почесал в раздумье бритый затылок, но, поймав дружеский взгляд старика, прильнул к плечам сослуживцев.

– Буду предельно краток. Инструкции все вы получите лично в конвертах плюс общий конверт у командира – полковника Рогожина. Вскрыть его можно будет строго по времени, указанному на нем. Задание особой важности и секретности. Код допуска – А. Шифр – ОС1. Ясно? Далее. Состав группы: полковник Рогожин – командир ГОНа; майор Топорков – замком ГОНа; майор Семаков; капитан Полозков; капитан Будынник. Полковник Рогожин, соберете с Топорковым толковых ребят, ну там, из своих, конечно. Никакой утечки за пределы части. Никаких федералов. Состав группы – не более десяти бойцов. Список согласовываю я лично. Плюс в ГОНе двое гражданских – Козуб и Мешков. Связь отсюда осуществляет КП. Состав КП: я; полковник Селезнев (прибудет позже, инструктаж проведу лично); радист-оператор и капитан Мохов. Это те, кто посвящен в подробности операции. Внеоперационные силы составят до десяти человек – пилоты, водитель-механик, начоружейки и, в случае провала рейда, дублирующая группа выручки.

Теперь о сроках, цели рейда и задачах. Срок и время операции – начало в 1:00 двадцать пятого апреля, на выполнение одни сутки, то есть двадцать четыре часа. Никаких продлений и форс-мажоров. Никаких выходов в эфир и контактов с цивилизацией. Предельная секретность, молчание в эфире, максимальная скорость и точное беспрекословное выполнение задач, – генерал бросил укоризненный взгляд на Топоркова, – и никаких обсуждений и отсебятины! За невыполнение приказа считайте, что вышка. Ясно? А приказ такой…

Группе особого назначения 10-й отдельной бригады специального назначения ГРУ Генштаба Российской Федерации под командованием полковника Рогожина с приданными ей военконсультантами Центра спецопераций в срок до часу ноль-ноль местного времени двадцать шестого апреля две тысячи шестого года скрытным марш-броском дислоцироваться в точку с координатами… и доставить в целости и сохранности груз «Z». Поставленные задачи боевой части ГОНа следующие.

Первая. Скрытный рейд в точку назначения.

Вторая. Доставка груза в точку назначения.

Третья. Доставка военконсультантов Мешкова и Козуба в точку назначения.

Четвертая. Обеспечение охраны и безопасности груза и военконсультантов по маршруту рейда и в точке назначения.

Пятая. После доставки груза – обеспечение полной его маскировки.

Шестая. Обеспечение успешной скрытной доставки военконсультантов по маршруту отхода.

Генерал обвел строгим взором всех присутствующих, записывающих основные сведения в ежедневники. Один Топорков в стойке «вольно» угрюмо впитывал информацию на слух. Хотя нет. В кулаке Никита сжимал диктофон. Чтобы потом не раз прослушать, подумать, оценить. Составить ПДД (план дальнейших действий).

– Непосредственное выполнение задач с первой по четвертую возлагаю на полковника Рогожина, – продолжил генерал, глядя на ручные часы, – пятая задача группе для выполнения по личным распоряжениям Мешкова и Козуба. План решения шестой задачи в конверте Рогожина. Подлежит вскрытию только после выполнения всех пяти предыдущих задач, по устному сигналу Козуба. Как понято?

– Так точно. Есть. Понятно, товарищ генерал, – отозвались офицеры вполголоса; каждый уже обдумывал условия приказа.

– Все остальное по уставу. Идем дальше, господа офицеры, – генерал провел крепкой ладонью по короткой прическе, – вооружение, амуниция, пайки – на выбор каждого. Я отдал соответствующие распоряжения начальнику оружейки. Запас БК по три единицы. Обязательно по два комплекта средств химзащиты и радиации, аптечек «Оса-2», комплектов серии SuperM. БК и средства защиты определяю неподотчетными. Ясно?

Офицеры вздохнули как-то облегченно и одобрительно. Ого! Не часто можно набрать боевых комплектов на складе ГРУ сколько и каких хочешь. Да еще и «неподотчет» – то есть не нужно возвращать и отчитываться до нервотрепки и седьмого пота. Браво, генерал, подарок всем. Все закивали в знак согласия, как дети малые. Один Мешков неуклюже мялся и не понимал смысла трети сказанного.

– Приятные новости у меня еще имеются. По окончании… замечу… успешном окончании операции, – генерал искоса взглянул на инвалида в коляске, – я лично буду ходатайствовать там о внеочередных званиях каждому, отпусках на месяц – понятно, в пределах Родины – и продвижении очередей на квартиры.

Почти все довольно заулыбались. Будынник вообще ощерился и стал похож на борова. Козуб остался невозмутимым, видимо, у него были другие интересы и «сахарки».

– Разрешите? – Старик в коляске прищурился, но как-то искренне, добро обвел взглядом всех и продолжил: – Кроме того, накануне, двадцать третьего апреля, всем участникам операции на их зарплатные карточки в банке будет переведен аванс – половина от того, что переведут всем в течение десяти банковских дней после завершения рейда. Чтоб не было обидно, всем офицерам будет выплачено вознаграждение в размере их годового заработка. Это касается и рядовых бойцов. Они же у вас контрактники, не так ли, генерал?

– Так точно. Но не рядовые, уважаемый Михаил Федорович. У нас здесь младшее звание – прапорщик. Ребята бывалые, проверенные, горячие. Ну, вы в курсе, наверное?

– Да-да. Наслышан и видел. Вот поэтому лично и прилетел. Так сказать, убедиться самому в правильности вашего выбора, генерал. Ну, смотрю, ребятки подготовленные. – Старик пробежался цепким взором по офицерам, чуть задержавшись на Топоркове, и далее, остановившись на Рогожине. – Полковник, как считаете, операция предстоит сложная? Справитесь?

– Товарищ генерал, разрешите обратиться к… мм… уважаемому меценату? – Рогожин аж каблуками клацнул.

Генерал кивнул, скрывая легкий румянец.

– Наше вам уважение, Михаил Федорович. Разрешите вопрос лично вам?

– Конечно, полковник.

– Вы, я так понимаю, раз представляете интересы не министерства, не ведомства… Вы из этих?

– Полковник Рогожин! – Генерал чуть подался вперед, но его остановил жест старика.