Профессорская дружка - Ардмир Мари

В ответ молчание и сопение.

— Девя-а-а-а-тый? — Не стыдно и взмолиться, лишь бы проснулся и помог.

А он, шумно выдохнув, перевернулся на другой бок.

— Профессор Лесски… — Я села на кровать, чтобы шепот мой был ему слышен. — Стихийник? — взялась за одеяло и потянула на себя. — ЛесДе?

В ответ сонный вздох и шорох одеяла, скользящего по спине, белеющей в темноте. Вот открылись его лопатки, крепкие мышцы спины, поясница… отстраненно подумала, что маг может спать без пижамы, и перестала тянуть. На мгновение задумалась, как же его разбудить. Ведь магией действовать нельзя, свет включать опасно, звать громче страшно, подушку сверху уронить некрасиво и водой побрызгать нельзя: из-за запаха проснется взбрык. Вдохнула-выдохнула и…

— Дейр, милый? — Ладошка нежно скользит по его плечу, достигает шеи и забирается в светлые локоны. — Проснитесь, дорогой, нам нужно поговорить…

В это мгновение я была уверена, что он от прикосновения проснется или, как и днем, отреагирует на слово «милый», но все оказалось куда более прозаично, он от другого подскочил на кровати.

— Поговорить?! — Сонный хрип и мужские ладони сходятся, чтобы сделать хлопок. Вовремя поймала его руки, не позволила зажечь свет, отчего он удивленно вскинулся: — Ирэна?!

— Я, — не удержала вздох облегчения, поняв, что стихийник проснулся, а вечнозеленый оккупант все еще спит.

— Что случилось? Почему вы здесь? — Профессор пересел ближе ко мне, взял за плечи. — Что-то плохое приснилось?

— Скорее стряслось. Скажите, вы с растениями хорошо ладите?

— Ну… — Видимо, такого вопроса он не ожидал и замешкался с ответом. — Я не сильно развивал этот дар.

— Но подчинить их своей воле можете, так?

— Могу. — И руками провел по моим плечам, спрашивая с иронией в голосе: — Так вы ко мне средь ночи явились из интереса?

— Не только, — возразила я и попросила сбивчиво: — Активируйте ваши маг-потоки древяниста и прощупайте основание шеи.

— Чьей?

— Моей.

Хмыкнул, сверкнув улыбкой в темноте, и, не убрав рук с моих плеч, подключил к прощупыванию потоки. Видимо, со сна он не сразу понял, где у меня основание шеи, вначале взялся за мочки ушей, затем ласково скользнул вдоль скул к подбородку, провел потоками по горлу и у самых ключиц наткнулся на взбрыка.

— Что за?!

— Подарочек от обитателей Академии МагФорм, он всю мою комнату оплел, выдохся и почему-то ко мне полез… погреться.

Девятый напряженно молчал и, погрузившись в тяжелые раздумья, ладонями несколько раз провел по моим рукам. Вниз-вверх.

— Погреться? Если бы, — протяжный выдох и признание, явно давшееся тяжелее вдоха, — он искал источник.

— Шутите? В паре метров от кровати была ванная, вот там уж водных источников неограниченное количество.

— Ирэн, он к вашим искрам потянулся и, кажется, пригрелся…

— Как? Я же… — С ужасом осознала, что он ко мне прицепился надолго, и во мне шевельнулась паника. — Нет, нет и нет! Снимите его с меня. Позовите, пожалуйста, пусть греется на ком-то другом.

— Я его уже минуту зову, не откликается, — признался Дейр виновато. — И сдается мне, императорский взбрык ощутил мощь вашего резерва, поэтому и…

Внутренне похолодела и сжалась от ужаса. Он не может быть императорским. Не может!

— Вы смерти моей хотите? — чуть ли не прорычала я. — Императорский, он же… он же… Он не жуткую аллергию вызывает, а травит и отправляет в мир иной восемь человек из десяти!

— И все-таки он именно императорский и весьма почтенного возраста. Наверняка совсем недавно был выброшен, как мусор, из оранжереи. — Стихийник задумался на мгновение и сказал: — А знаете, Ирэна, может быть, взбрык откликнется и подчинится вам, если действовать с лаской…

— Что-о-о-о?

— Ну, меня вы именно так и пробудили. — Профессор вновь потер затылок.

— Но откликнулись вы с совсем другими словами, — упрекнула я.

— Хорошо, в следующий раз я скажу то, что думаю. — Он просиял очаровательной улыбкой. — И с удовольствием посмотрю, как вы отреагируете на фразу: «Дорогая, замолчи и продолжай. Мне все нравится».

И мой страх перед зеленым оккупантом ушел на второй план из-за искреннего негодования. Да как девятый смеет подобное мне говорить, пусть я и служка, и маг-опекаемая криба, и псевдоневеста в одном лице, но никак не одна из этих его… не леди.

— Да как вы…

— Тихо! — Профессор оборвал меня на полуслове и резко притянул к себе. Сжал так, что мои ребра затрещали, а для слов попросту не хватило воздуха.

— Вы возбуждены и опасны.

От такого заявления я дернулась в его руках, но не была отпущена.

— То есть ваше возмущение может вызвать агрессию зеленого питомца, — сообщил Дейр серьезным тоном и, кажется, меня в висок поцеловал. — Ложитесь спать и не спорьте. Лучше всего ложитесь здесь, я как раз за вами понаблюдаю. — И, опрокинув безмолвную меня поверх одеяла, второй половиной накрыл, с самым честным видом сообщая: — Вдруг достучусь до спящего, пока вы здесь…

— А… но и…

— Утром, — приказал он тихо, а после, обхватив меня рукой, прижал к себе. — Спи.

* * *

Проснулась рано оттого, что меня словно бы раскачивает на волнах, под звуки тяжелого хрипа девятого:

— Ирэн! Проснитесь…

Просыпаться не хотелось, я в кои-то веки ощущала себя абсолютно защищенной, невесомой и словно бы парящей.

— Рэш… — совсем тихо позвал девятый. — Хватит грезить о светлом будущем, очнись! Быстрее, он же меня сейча-а-а-а…

Что и кто сейчас сделает с Дейром, я не поняла, но очнулась, едва различив раздраженный шелест взбрыка, который готовился к нападению. Распахнув глаза, некоторое время с удивлением взирала на нелепую картину. Я, укутанная в одеяло, вместе с подушкой лежу в люльке из стеблей, Лесски распят растением на кровати, и пятипалый зеленый изверг с листом над сердцевиной тянет к девятому простыню.

— Это что такое? — возмутилась я тихо.

Новоявленный агрессор дрогнул, повернул листик на меня и нетерпеливо переступил стеблями, как кот лапами, еще и «хвостом» вильнул.

— По ходу дела, это кляп, — со вздохом облегчения сообщил мой маг-опекун и, криво улыбаясь, попытался пошутить: — Уже и не сосчитать, в который раз за последние месяцы я радуюсь вашему пробуждению… — И увереннее: — Ирэн, отзовите его от меня, будьте так любезны.

— Как? — поднялась в раскачивающейся люльке и аккуратно ступила на кровать. — Это же, это же растение! Агрессивное и ядовитое, и…

— Обычный домашний питомец, — оборвал меня девятый, скосив взгляд на вечнозеленый ужас природы, чей лист напряженно дрожал, — ревнивый немного, но не ядовит, абсолютно… для вас.