Пепельный рассвет - Антон Демченко

— Понял, да? — печально усмехнулся Дим. — Сам во всём признаешься, а большего суду и не потребуется.

— И вот чего этот Пилам ко мне прицепился?! Нет, чтобы спасибо за Риберта сказать… — я еле слышно выматерился. Друг же только руками развёл.

— Работа у него такая, Мид. Ловить убийц, трясунов и воров. А ты, как ни крути, убил того корчмаря.

— Убийцу, Дим. Я убил убийцу. Тварь, ради золота отправившую на тот свет полторы дюжины человек и продавшую тёмным ни в чём не повинную девчонку только за то, что та услышала его разговор с другим убийцей и работорговцем.

— Но этого, кроме тебя никто не знает, ведь так? — со вздохом проговорил барон и, помолчав, добавил: — А больше это никому не интересно. Ну, кроме, может быть, той самой Лии. Но что может сделать обычная подавальщица, и кто, вообще, будет её слушать?

— А владетельный барон? — прищурился я. — Неужели к его словам в Горном никто не прислушается?

— К словам? Когда как, — усмехнулся он. — Но, действовать можно по-разному, не только уговорами, верно?

— Та-ак, — протянул я, глядя на ухмыляющегося друга. — По глазам вижу, ты что-то придумал. Вопроса два. Первый, что именно ты затеял? И второй: зачем нужно было пугать меня судом и виселицей?

— Я не пугал, а предупреждал о грозящей тебе опасности. Это первое, — деланно возмущённо отозвался Дим. — А затея моя проста. Тебе, для начала, нужно поучаствовать в операции томарцев по освобождению пленников Риберта, а потом переждать где-то месяц-другой, пока в Горный не прибудут судьи Трибунала. Письмо его преосвященству, отцу Тону, мы с Томваром уже отправили. А значит, определённый кредит доверия тебе будет обеспечен.

— То есть, судить меня всё-таки будут? — уточнил я.

— Совершенно необязательно, — мотнул головой мой бывший носитель. — Если мы всё сделаем правильно, то на Трибунале ты будешь свидетелем, как я или любой из братьев-рыцарей. А после него, Пилам даже коситься в твою сторону перестанет. Сам должен понимать, одно дело, копать под неизвестного никому ходока, и совсем другое — пытаться задеть известного жильца Горного, принявшего живейшее участие в уничтожении тёмного ковена окопавшегося на территории города. Героя, отыскавшего схрон контрабандистов-работорговцев, и участвовавшего в освобождении пленников. То есть, по сути, выполнившего работу самого дознавателя. Пилам не дурак, ему слава завистливой сволочи совершенно не нужна.

— А как же его репутация законника, непримиримого ловца убийц и трясунов? — поинтересовался я.

— Помнишь, как дед говорил? Нужно быть, а не казаться, — задумчиво произнёс Дим и усмехнулся. — Так вот, можешь мне поверить, Пилам этой поговорки, то ли не знает, то ли не желает следовать мудрости веков. Иными словами, делая выбор между декларируемым им долгом верного и неподкупного слуги закона и собственной репутацией, он выберет второе. Уж я этого змея изучил хорошо.

— Лию тоже придётся спрятать до Трибунала, — выслушав барона, я переключился на другую тему.

— Зачем? — не понял Дим, но уже через секунду до него дошло, и друг кивнул. — Верно. Её свидетельство на Трибунале может пригодиться. Да и от давления того же Пилама девочку нужно оградить. На всякий случай.

— Одна проблема… — вздохнул я. — Куда её девать? Не тащить же с собой в Пустоши на целый месяц?

— Дарина давно просит Гилда нанять для неё помощницу, — пожав плечами, отозвался Дим. — А в моём доме твою пассию никто не посмеет тронуть, да и Пилам до неё не дотянется… если девчонка не станет разгуливать по городу, конечно.

— Тогда, договорились? — спросил я.

— Договорились. Дарина присмотрит за твоей Лией, — кивнул Дим. — А ты, значит, решил прятаться в Пустошах, да?

— А где ещё? Сидеть в твоём доме, дожидаясь, пока в город нагрянет Трибунал, мне точно не с руки. Заскучаю же.

— Ну да, в Искажённых землях, конечно, повеселее будет, чем в четырёх стенах, — рассмеялся барон и мечтательно протянул: — знал бы ты, Мид, как я сам скучаю по выходам в Пустоши!

— Так, бросай свою баронскую корону в шкаф, и рванули вместе, — улыбнулся я. — Поохотимся на бредней, на чёрных кабанов… а?

— Чёрных кабанов — вдвоём? — фыркнул Дим. — Хорошая шутка, но я ещё жить хочу.

— Пф! Я их в одиночку добывал, когда мясо гумпов окончательно надоедало, — отозвался я. — Если хочешь, могу и тебя научить правильно на них охотиться.

— М-да? — в глазах моего собеседника промелькнули искры неподдельного интереса. — А что? Можно попробовать… но только после взятия лагеря тёмных.

— Договорились, — я согласно кивнул и, вспомнив кое о чём, вновь сменил тему. — А теперь, раз с новостями мы закончили и с планами определились, скажи мне, друг дорогой, когда это я успел стать жильцом Горного?

— Прошлой ночью, Мид, — невозмутимо ответил барон.

— И зачем оно мне было нужно? — осведомился я.

— Видишь ли, в противном случае, Альвис отказался бы принять твой донос. Особенности приграничного законодательства, — развёл руками Дим. — Да, деньги на житейский взнос я изъял из причитающейся тебе суммы за шкурки гумпов.

— Режь дальше, — насупился я. — Сколько?

— Шестьсот золотых, — ответил барон.

— Охренеть, опыт! Оплати поимку банды тёмных, и получи вид на жительство в задрипанном городке на окраине империи!

Это был просто крик души!

— Да не расстраивайся ты так, Мид. Горный — хороший город. Да и тебе, всё одно, пришлось бы где-то как-то легализоваться. Так почему бы и не здесь? Тем более, что в других городах, таких поручителей как мы с Томваром, тебе не сыскать. А без них… в смысле, без нас…

— Ну да, без вас, меня непременно приняли бы за ниеманского шпиона, — фыркнул я, успокаиваясь. Чуть подумал и, окинув взглядом сидщего напротив безмятежного и абсолютно уверенного в своей правоте барона, резко кивнул. — С тебя причитается, дорогой друг.

— Че-его? — опешил Дим.

— Копия данных с твоего бестиария. Карты, справочники, зарисовки… всё, — уверенно заявил я. — И я забуду, как ты выкинул МОИ шесть сотен золотых монет.

— А не жирно будет? — возмутился он. — Там одних карт на тысячу монет!

— Я же не собираюсь ими торговать, да и… именно карты, меня не особо интересуют. Пока. А вот справочники по тварям и растениям, это да, это мне пригодится.

— Ну… ну и наглец же ты, соседушка!

— От такого слышу! Это, между прочим, не я чужими деньгами направо и налево швырялся, — ответил я.

— Так ведь, для твоего же блага! Документы имперского подданного ты где и как брать будешь?! — повысил голос Дим. — Закажешь фальшивомонетчикам? Так погоришь в момент и "здравствуй, каторга"!

— Вот! Только поэтому, я не выбиваю из тебя право на продолжение отстрела гумпов, как намеревался, — воздев указательный палец вверх, провозгласил я. Барон аж поперхнулся.