Лорд из города теней - Оливия Штерн

— Идем, — скомандовал он и поволок вперед.

Я заковыляла следом, постоянно спотыкаясь. Кажется, надо мной смеялись. Кажется, кто-то швырнул в спину комок земли, который больно ударил меж лопаток. От усталости, напряжения и ужаса мысли мешались, а перед глазами мелькала цветная круговерть. А Танель все тащил и тащил, вперед, безжалостно. Возможно, он даже получал удовольствие оттого, что в его руках тряпочкой повисла беспомощная и совершенно беззащитная жертва. Эх, был бы при мне резерв!

«Ну и что бы ты сделала?» — спросила я себя, — «Ты ведь не знаешь ни одного боевого плетения, чтобы отсюда выбраться! И перемещение невозможно… Все, чему тебя научили — обновлять обивку кресел!»

А Эрис Аш-исси! Вот ведь мерзавец! Ладно, использовал меня, чтоб сбежать, но резерв-то мог и оставить!

Наверное, это была моя попытка возненавидеть шеда, и она почти удалась. Почти — потому что ненависть получилась вяленькая и слабенькая, словно трепещущий на осеннем ветру последний листок на дереве… Зато с необычайной ясностью я представила себе, как Эрис ненавидел меня — потому что я принадлежала к племени тех, кто мучил его все эти годы.

Танель втащил меня в один из шатров, и свист и улюлюканье быстро стихли. Алишс попросту швырнул меня вперед, как поломанную куклу, я упала на четвереньки. Глянула вперед из-под растрепанных волос: темнота кромешная, и лишь угли алым мерцают в очаге.

— Осма, приведи ее в порядок, — куда-то во мрак рявкнул вождь, — я хочу, чтобы после пира эта человечка грела мою постель.

— Как прикажет Первый среди алишс, — ответили ему бархатистым женским голосом.

Мне в сказанном почудилась насмешка. Танель фыркнул и, легонько пнув меня ногой, вышел прочь. Я же осталась в темноте, наедине с незнакомой алишс, но не видела ее. Что-то мелькнуло над углями, и тут же потянуло горьковатым ароматом благовоний.

— Поднимайся, — было сказано мне, — я знаю, что силы твои на исходе, но помогу.

— Поможете бежать? — тихо спросила я, безуспешно пытаясь разглядеть знахарку.

Она тихо засмеялась.

— Ты не поняла. Тебе надо восстановить силы, потому что они тебе скоро понадобятся…

Понятное дело, для чего. И, захлебываюсь в собственных отчаянии и нежелании принять неизбежное, я распласталась на шкурах, которыми был застлан пол шатра. Расплакалась.

Да, я всего лишь слабая девчонка, недавно покинувшая стены пансиона, где нас не баловали особо — но и не обижали понапрасну. Где с нами были честны. Где никого из нас не использовали в своих играх сильные мира сего.

Я никогда не хотела быть героем. Я никогда не мечтала о приключениях и опасностях. Предел моих желаний — немного повидать мир и, если совсем повезет, выйти замуж за человека, который не был бы мне противен.

Я никогда не думала, что окажусь в самом сердце интриги, где меня использовали, а потом и о существовании забыли. Ну, в самом деле — где же Лесли Уимбер, который наобещал столько всего хорошего? Ну и явился бы, чтоб спасти… Но, понятное дело, я ему уже не нужна, потому что свое дело сделала.

А как болело все тело! Место укуса. Голова. Скула, по которой прошелся кулак герцога. Меня как будто пропустили сквозь мельничные жернова. А впереди — незабываемая ночь с вождем алишс… Вот ее я точно не переживу. Он меня убьет. Сперва изнасилует, потом убьет…

Я дернулась, почувствовав, как на затылок опустилась тяжелая ладонь, и замотала головой, завертелась всем телом, попыталась отбиться руками. Пальцы в темноте натыкались на мягко выделанную кожу, потом алишс без особых усилий поймала мои слабые руки, стиснула запястья.

— Прекрати, глупая. Ну, посмотри на меня. И не бойся.

Она легко дернула меня вверх, заставляя приподняться и сесть. Потом отпустила руки и отвела мои спутанные волосы назад, приподняла подбородок, заставляя смотреть. И я увидела…

В жарком свете углей, перемешанном с густой тенью.

Это была молодая женщина. Весьма крупная, как и все алишс, но с правильными, даже миловидными чертами лица. Зеленая кожа лица и шеи сверкала золотыми узорами. Глаза — миндалевидные, черные, тоже были густо обведены золотой краской. А вот волос не было, они оказались сбриты, но место, где они должны расти, заполнили знакомые уже татуировки в виде переплетенных косичек.

— Ну, посмотрела? — спокойно спросила она, — уже не страшно?

Я набрала побольше воздуха и выпалила:

— Не вас я боюсь, и вы это должны понимать.

— Танеля? — она приподняла бровь, — не бойся. Он до тебя не успеет добраться. Только вот даже не знаю, хорошо это, или плохо.

Внутри все упало. Что еще должно со мной произойти?!

— Вы что-то увидели? — прошептала я, — умоляю вас, скажите!

Она вздохнула и погладила меня по голове, словно я была маленькой. В ответ на это простое прикосновение в груди как будто крошечный огонек зажегся. Слабая надежда на то, что я как-нибудь сумею выпутаться из этой жуткой передряги, в которую угодила.

— Как я тебе могу сказать? Я же не картинку вижу. Это приходит как знание, — негромко продолжила женщина, — глядя на тебя, я точно знаю, что Танелю ты принадлежать не будешь.

— А кому… буду?

Она усмехнулась и вдруг указал пальцем на мою прокушенную ключицу.

— Кому-то из них.

Я замотала головой.

— Но я… я не хочу! Как же так? Он мной воспользовался и бросил! И отобрал мой магический резерв! Так-то я смогла бы убежать… наверное, а без магии не смогу!

— Я ничего об этом не знаю, каждое видение приходит к нам не по нашей воле, — ответила алишс, — но давай-ка поступим так: пока Танель будет пировать, празднуя возвращение сестры, я тебе спою… Как положено спою, и, хоть ты и не привязана к нашей магии, силы вернутся.

Смысл сказанного с трудом доходил до меня. Потом, сообразив, я виновато посмотрела на алишс.

— Так, выходит, герцог держал в плену сестру вождя? И именно поэтому вы постоянно пытались брать штурмом замок, но ничего не получалось?

Алишс загадочно улыбнулась. Она устроилась удобнее, села напротив, скрестив ноги в шароварах. Длинные, чуть загнутые когти на руках и ногах тоже были покрыты золотой краской. Получалось интересное и красивое сочетание, золото и зелень. Пожалуй, можно было бы и полюбоваться, не окажись я в такой жуткой ситуации.

— Что ж, могу и об этом рассказать. Торопиться нам некуда. Пока быков зарежут и освежуют, пока пожарят, пока Танель с лучшими воинами будет пить вино из западных земель… Хочешь услышать?

— Конечно, хочу!

Возможно, и не слишком мне надо было знать о дурных поступках герцога, но казалось, что так станет чуть меньше лжи, в которой все эти годы спал прекрасный замок Ферн. А еще… Это отвлекало. Когда узнаешь нечто новое, забываешь о том, что надо бояться.