Сотерис - Дмитрий Таланов

— Дудки, — покосившись на него, насмешливо сказала Лилия. — Один будешь падать и замерзать.

— Я один не хочу, — сказал Сашка, беря ее за руку. — Давай вместе!

Какую-то секунду Лилия смотрела на него, будто соображая, что ответить. Потом всхлипнула и ткнулась носом ему в подбородок.

— Три недели, — едва слышно прошептала она. — С ума сойти. Какой же ты идиот!

Она гневно стукнула стоявшего столбом Сашку. У нее покраснел нос, на ресницах повисли слезы.

— Упрямый баран, — произнесла она сердито и опять ударила Сашку по плечу. Тот непроизвольно ойкнул, ибо удар оказался неожиданно сильным. — Вбил неизвестно что себе в голову и пропал, — яростно сверкнув глазами, сказала Лилия. — Ну почему ты такой? — почти выкрикнула она ему в лицо.

Сашка смутился. Глядя на пылающую гневом Лилию, он пробормотал:

— Лилька, не сердись! Близорукость, говорят, лечат. Лучше пойдем куда-нибудь. Что мы, как лошади в деннике, здесь стоим?

Лилия посмотрела на окружающий снег, уже изрезанный кое-где голубоватыми стрелами лыжни, исподлобья взглянула на Сашку и вздохнула.

— Тебе легко говорить «не сердись»… Вся школа теперь знает, что Петров ухаживает за Черницкой. И что он ревнив и в гневе страшен. Так что со мной теперь никто просто так не разговаривает, и вообще последние три недели вокруг меня образовался вакуум. Ладно, — усмехнулась она, глядя в беспомощно-виноватое Сашкино лицо, — ты, кажется, хотел кататься на лыжах. Пошли!

И первая повернула обратно к видневшемуся вдали пункту проката. Слабый ветерок легонько жег щеки, чуть шевеля разноцветными флажками. Воздух был наполнен игольчатым радужным блеском, который роился над слепяще-белым снежным покрывалом. Но, невзирая на всю эту красоту, Сашке вдруг расхотелось кататься на лыжах. Он покосился на идущую рядом Лилию, смерил взглядом ее лоб и нос, напомнившие ему профиль Нефертити в учебнике по истории, и вспомнил о лежавшем в столе неразгаданном ребусе.

— Слушай, Лилька, — неуверенно произнес он, — а ты знаешь какие-нибудь древние мифы? Или легенды?

— Вагон и маленькую тележку, — улыбнулась она. — Также страшные сказки и притчи. А тебе это зачем?

— У меня есть ребус, который никто не может разгадать.

Лилия с сомнением посмотрела на него.

— Так уж никто? А что за ребус?

— Мм… историко-географический, — сказал Сашка. — Там на основе древних мифов зашифрована реальная точка на карте. Его пытался разгадать один человек, но у него ничего не вышло. Слишком сложные там условия. Одно зависит от другого, другое от третьего, и так далее. Всё это надо сложить, и только тогда получится ответ.

— Но ты хоть знаешь, с чего начинать?

Сашка кивнул.

— Тогда объяснишь мне простое, а сложное я сама пойму, — заявила Лилия.

— Тот человек вообще-то профессиональный историк, — проговорил Сашка с сомнением.

— Да? — Она не смутилась. — Тогда это хуже, но попытка не пытка. А где ребус-то?

— Собственно, к этому я веду, — признался Сашка. — Он у меня дома. Расхотелось чего-то на лыжах кататься.

Лилия улыбнулась.

— То есть ты домой меня приглашаешь? — Пожав плечами, она добавила: — Так поехали!

В вагоне метро она спросила:

— А зачем тебе отгадывать этот ребус? Чем он так важен?

Сашка думал недолго.

— Просто интересно… Тебе разве неинтересно разгадывать что-нибудь непонятное?

Лилия задумчиво сдвинула брови. Она взяла его ладонь в свою и принялась водить пальцем по линиям, потом остановилась.

— Во дела! — пробормотала она и посмотрела на Сашку, приоткрыв рот. — Я такое первый раз вижу. А ну, дай вторую!

Он послушно протянул ей вторую руку. Лилия сравнила их между собой и озадаченно хмыкнула:

— Так не бывает!

— Чего не бывает? — спросил Сашка, уставясь на свои ладони.

Изумленная Лилия сказала:

— У тебя на одной руке нет линии жизни. Будто ты живешь вопреки чему-то!

— А как должно быть? — спросил Сашка.

Он потянулся за ее рукой, но она спрятала свои за спину.

— Не покажу! И не надейся применить силу, со мной этот номер не пройдет, — предугадав его намерения, быстро произнесла она.

Подумав, Сашка сдался и проворчал:

— У тебя, поди, на обеих руках нет этой линии, вот ты их и прячешь.

— Поди, — легко согласилась Лилия. — Не заслужила еще! — засмеялась она.

Был почти полдень, когда они вошли к нему домой.

— Ну, показывай свой загадочный ребус, — едва переступив порог, сказала Лилия и с любопытством огляделась.

— Ага, сейчас!

Сашка достал из стола в комнате переписанный ребус Механика с его пояснениями и вручил листы Лилии.

— Собственно, Андрею с Машей я это тоже дал. Всё выше шансы, что кого-нибудь из нас осенит.

— То есть я могу забрать их с собой? — мельком глянув в записи, спросила она.

— У меня осталась копия, — подтвердил Сашка. — Пошли, обедать будем! Я ж кормить тебя обещал. А обещания должны выполняться, как постоянно внушает моя мать.

— А где она сама? — останавливаясь на пороге кухни, спросила Лилия.

Теребя косичку, она смотрела, как Сашка шурует в холодильнике в поисках съестного.

— На работе, — не оборачиваясь, объяснил он. — Последнее время как с цепи сорвалась, у нее постоянно сверхурочные. Хорошо, если поздно вечером придет.

— А отец где?

— Нет у меня отца, — без выражения ответил он. — Погиб в тот день, когда я родился.

— Извини!

— Да ладно, — рассеянно бросил Сашка. — Слушай, а ведь жрать-то нечего! Мать замоталась и не приготовила обед. Что делать будем? Отраву, что на улице продают, ты не ешь.

— Ты же обещал пирожками кормить, — прищурилась Лилия. — Вот и делай! — Она устроилась на том табурете, на котором любил восседать Андрей, и уставилась на Сашку зелеными глазищами. — А я посмотрю, что ты за мастер-кулинар!

Сашку этим она не смутила. Водрузив перед ней банку компота и вручив ложку, чтоб не скучала, он полез в шкаф за мукой и остальными ингредиентами. И столь энергично принялся за дело, что уже через минуту в муке были не только его руки, но и лицо. Лилия наблюдала за ним, не забывая про выданный ей компот. Когда банка закончилась, она сняла свитер и присоединилась к нему.

У нее тоже очень скоро даже кончики косичек оказались в муке. Лицо, однако, оставалось чистым, так что в какой-то момент Сашка не вынес несправедливости. Выждав момент, он мазнул ее нос мукой. Лилия в ответ вымазала его. Оскорбленный Сашка попробовал повторить маневр, да не тут-то было — насмешливо улыбаясь, Лилия, словно змея, ускользала от него. Всё же Сашка медленно, но верно загонял ее в угол. И когда ему это удалось, щелкнул дверной замок.